26
Сергей Сергеевич отложил бумаги и смотрел теперь на сыновей, от которых ждал, что, как минимум, дадут провести отпуск без потрясений. Но пришлось срочно возвращаться. А ведь, казалось, такой ситуации сложиться не должно было. Он оставлял в своём кресле Вениамина, подозревая, что тот может наделать ошибок хотя бы из самонадеянности, но при этом был уверен: Артём будет следить за братом и ошибки эти не пропустит. Так ему виделся тандем. Один изо всех сил старается понравиться отцу, другой из кожи вон лезет, чтобы поймать брата. В итоге всё стабильно, всё работает. Только вот Артём за Вениамином, как оказалось, не следил, а вообще чёрт знает чем занимался. Как только додумался всё-таки поднять документы…
Сергей Сергеевич посмотрел на Вениамина с неприязнью. Так похож на отца внешне и так… правильнее было бы сказать – туповат, но подобные формулировки он старался не применять. Всё-таки это его сын, старший и лучше всего, если бы остался и единственным. Судя по физиономии старшего, младший объяснял ему, как он неправ, не только словами. Вряд ли Вениамин получил в нос где-то в пьяной драке. Это Артём порой ходил по офису ободранный, как последний гопник из его маргинального района. Вот и сейчас, если присмотреться, руки исцарапаны, прячь их под длинным рукавом толстовки или не прячь. И вырядился же снова, как тот самый гопник… Как же ему нравится всех раздражать!
Да, надо признать, Катя ловко заморочила Сергею Сергеевичу в своё время голову, клялась, что бесплодна и никаких сюрпризов от их связи не будет. И получите, пожалуйста. Сюрприз, внешне даже похожий не на него, а на бабку по матери.
– Едете один в Челябинск, второй – в Новосибирск, – сказал Сергей Сергеевич, – разбираетесь там на месте, договариваетесь, перезаключаете договоры.
– И всё? – спросил Артём, рассматривая брата. – Ну ты его хоть в стенку толкни, что ли. Он тебе отпуск испортил.
– Отпуск испортил мне ты, – разозлился Сергей Сергеевич. А ведь пытался остаться спокойным! – Ты должен был брата контролировать!
– Ха-ха, – сказал Артём. – А почему ты меня не предупредил, что твой шпион – это я? Я полагал, у тебя тут раскинута целая сеть…
Уничтожить потомка взглядом всё равно бы не получилось. Артём имел на подобные взгляды какой-то иммунитет и с раннего детства никого не боялся. Поэтому даже бить его было бесполезно. В этом плане Вениамин был проще.
Когда сыновья ушли из кабинета, Сергей Сергеевич продолжал думать об Артёме, очередной раз всё испоганившем. Зачем он вообще родился? Ведь не нужен был ни отцу, ни даже матери! Та завела его исключительно с целью манипуляции. Чтобы было на кого клянчить деньги, чтобы, возможно, увести мужика из семьи. И никогда бы ей это не удалось, если бы не смерть Татьяны. Да и чёрт с ними, с женщинами. Он сам – нормальный отец! И если бы детей не растили в основном их бабки, то и результат вышел бы другим. Только между работой и наследниками никак не разорвёшься. Теперь он принялся размышлять – что бы получилось, если бы бабушки сыновей их не разбаловали. Определённо всё было бы куда лучше! Но что выросло, то выросло. Вениамин ограничен, самонадеян и слабоволен. Артём… Это даже сформулировать не удавалось. Казалось бы – интеллект высокий, способность работать и решать сложные задачи – в наличии, но при этом абсолютная неуправляемость и даже порой невменяемость. Если бы на Вениамина действительно можно было положиться, отношения с Артёмом Сергей Сергеевич закончил бы в день его выпускного из школы и никогда не пытался восстановить. Но так вышло, что запасной сын всё-таки понадобился. И даже сначала ему казалось – а этот-то удался получше, несмотря ни на какие обстоятельства. Оказалось – показалось.
Включив компьютер и открывая последние данные, Сергей Сергеевич снова вытаскивал из памяти какие-то эпизоды, доказывающие – Артём был в этом мире излишеством. Хотя все вокруг твердили им с Катей, что он просто активный и любознательный ребёнок и ничего плохого в этом нет. Но нет… Это им было ни к чему. А может быть, если бы Вениамин сейчас не ощущал давления от конкуренции с Артёмом, ошибки бы он и не допустил? Или не в таком количестве. Всё могло быть по-другому!
– Я выбираю Н-ск, – на пороге нарисовался Артём. – В зоопарк давно хотел сходить. Посмотреть на других обезьян, кроме братика. Кстати, папа, ты не сказал главное – теперь мы с Веником кто? Видишь ли, я уже запутался. То я помощник, то заместитель, то снова помощник. Не хочется в один прекрасный день проснуться техничкой.
– Я ещё не решил.
– Я жду определённости. Ты сам говорил – мы уже не дети, нужна стабильность.
– А в остальном твоя жизнь, конечно, уже стабильна. Только не хватает должности.
– И зарплаты. Много уходит на баб, сам понимаешь. Оклад помощника очень ограничивает.
Артём смотрел на него и непонятно – собирался то ли психануть сам, то ли вывести отца. Сергей Сергеевич молчал, и Артём продолжил:
– Скупаю изделия номер два ящиками. Чтобы не наклепать детей, которые потом нахрен не нужны.
Всё-таки Артём своего добился. Сергей Сергеевич вскочил и начал на неблагодарного потомка орать. Он всё для него делал! Он ему всё дал! Да последние двадцать семь лет он только тем и занимается, что наступает себе на горло ради этих вот двух! А мог бы прекрасно без них обойтись! Некому оставить бизнес? Да и чёрт бы с ним. Если бы всё можно было повернуть и переиграть! Если бы!
– Разбей телефон, – предложил Артём. – Это немного помогает.
И как ни в чём не бывало ушёл. Видела бы эту сцену Катя. Пусть бы тоже понервничала! Но… Катя психовала только пока Артём был мал и Сергей Сергеевич намекал, что может от них отказаться, и она изо всех сил старалась показать, что её сыночек ничуть не хуже Вениамина. Стоит его только красиво одеть и успокоить. Не мальчик – картинка. То, что Катя нервничает, ему было удобно. Так он ей и мстил – навязала себя с мальчишкой, и держал в тонусе – пусть не расслабляется. Теперь Катя его уже не стеснялась, её смущало только мнение посторонних. Нужно было, чтобы все думали – у них в семье порядок. А то, что порядка нет в помине и Сергей Сергеевич это понимает, её уже не волновало.
И вот теперь она продолжает отдыхать в Европе, а он – разгребай то, что наворотил её сын.
О том, что Вениамин виноват тоже, он уже забыл. Вениамин не врывался в его кабинет и не нёс всякий бред.
Сергей Сергеевич посмотрел на новый замок в кабинете – старый на днях выломал Артём – и снова подумал: почему жизнь нельзя переиграть, как шахматную партию? Он бы всё сделал по-другому!
27
– Надеюсь, Артёму не попадёт от его семьи за вот это, – закручивая банку с облепиховым вареньем, намекнула мама на то, что Артём не обобрал ягоды с дерева, а нарезал их прямо с ветками. Некоторые садоводы это практиковали, но многие считали варварством.
– Его семье нынче не до ягод, – сказала Лиза и ушла к себе.
В «Параллельном мире» сейчас не лучший момент. Вернулся Сергей Сергеевич, и Рябчиков каждый день сыпал новостями. Эллу начальник уволил, Рябчикова оставил в экономическом отделе. Артём с Вениамином отправились в командировки.
Вспомнив Артёма, Лиза шмыгнула носом и снова расстроилась. Последняя их встреча была ужасна. Это мама ещё не знает, что Лиза уволилась и теперь ей нужно снова искать работу!
А уж что ей Артём наговорил! Было очень обидно…
Но вот теперь, когда прошло немного времени и Лиза начала успокаиваться, ей вдруг пришло в голову посмотреть на ситуацию его глазами. И выходило, что она и правда выглядела странно и подозрительно. Теперь её расстраивало даже не то, что Артём на неё так… наехал. Беспокоил собственный имидж в его глазах. Он мог решить – она и верно перевлюбляется по щелчку в кого угодно, лезет целоваться к кому попало и вообще ей импонируют пьяные мужики. А план она настрочила, чтобы втереться к нему в доверие и рейдерски захватить компанию. Хотя это было уже откровенной чушью, но Лиза решила не давать себе поблажек. Надо было, конечно, как-то всё Есенину объяснить.
Но в этом тоже была проблема! Объяснить без признания не получится. А значит, ей придётся сообщить Артёму, что влюблена. Это пугало. Она бы предпочла, чтобы признался он… В любовной прозе обычно это делали как раз мужчины. Но там им было в чём признаваться. Что к ней чувствует Артём? Явно ничего доброго.
Несколько дней подряд Лиза открывала электронную почту и начинала Артёму писать. Но потом письмо удаляла. Всё получалось как-то нелепо или ещё подозрительнее, чем раньше.
И решилась окончательно только тогда, когда произошло нечто неожиданное. Мама с папой ушли на работу, Лиза сделала вид, что тоже отправилась туда, поскольку правды им пока не сказала, и приготовилась сидеть за компьютером – сочинять новый вариант послания и просматривать вакансии. Тут-то и позвонил из банка Егор. Спросил, не рассосались ли у Лизы семейные обстоятельства и не хочет ли она в банк вернуться.
– Была тут вместо тебя одна. Кошмар и ужас. Такое впечатление, что она знала не все буквы и цифры. А туда же.
Объяснив Егору, что пока прозябает дома с гипсом, но вот-вот уже от него избавится и будет готова вернуться в банк, Лиза так же решительно открыла почту. Невнятно у неё получается только потому, что она пытается скрыть часть информации. И чем больше будет скрывать, тем глупее это письмо станет выглядеть.
Поэтому она напишет всё полностью. С того первого дня, как её поразило солнечным ударом. И даже если Артём всё-таки будет считать её влюблённой сумасшедшей, ей уже не в чём будет себя упрекнуть. В любовных историях, которые она читала, чаще всего основная проблема как раз заключалась в том, что герои не могли поговорить и понять друг друга правильно.
На составление послания ушёл почти весь день. Лиза перечислила всё – что она делала и почему, что ей показалось и когда. И в завершение сообщила, что перевлюбленность в другого для неё в принципе невозможна. Потому что она однолюб. Не нужно ему это? Да на здоровье. Она может обожать его на расстоянии! План зря составила? Да она Луну бы ему достала, если б понадобилось! Но… насильно мил не будешь, и она желает ему счастья. Ей от него ничего не нужно, только чтобы он был счастлив. Неважно с кем и как!
Нажав «отправить», Лиза разволновалась, представила, как Артём это всё читает, и от волнения удалила почтовый ящик. Чтобы у него не было шанса написать – ха-ха, как смешно. Пусть всё знает, но не может ответить!
Оказывается, сюрпризы этого дня не закончились. Никита пришёл поздно, лицо у него было серьёзней некуда, и Лизе он сказал:
– Я встретил девушку.
– Интересно, где – под столом в экономическом отделе?
Лиза знала, что работают там женщины в возрасте, начальник – вообще мужчина, а больше Рябчиков нигде не бывает.
– В отделе продаж. Вероника пришла на практику, – невозмутимо сказал Рябчиков. – Мы сели вместе в столовой. А Борисов там какую-то чепуху девчонкам с производства нёс.
– И?
Никита немного помолчал и сообщил, что в общем-то был в шоке, когда Вероника признала Борисова балбесом.
– Бедный Никита, – вздохнула Лиза. – Твой мир перевернулся.
– Она смотрела на меня, как будто я ей нравлюсь! Поэтому я позвал её в кафешку в следующий перерыв. А вот завтра у нас вечером будет свидание. Она мне очень нравится. А тебе, Лизок, я сразу рассказываю, чтобы всё происходило… адекватно. И ей о тебе я сразу расскажу. У нас будет всё правильно, не как у вас с Есениным.
– Об Артёме – ни слова!
– Ну прости. В самом деле, ты нагородила ого-го. Ты его, беднягу, чуть с ума не свела!
Вот это было уже что-то новенькое.
– В каком смысле?
– А после того, как он тебя выгнал, стал ещё более странным, чем обычно. Ходил по компании как законченный гот – весь в чёрном, физиономия бледная, глаза ненормальные! И я думал, он из Новосибирска быстрее вернётся. А он там ещё по области поехал, какие-то новые контакты устанавливать. Может, ты его так поразила, что он решил – с тобой в одном городе находиться опасно?
Конечно, другу Лиза про взлом кабинета рассказала. И вообще, он имел наиболее полную обо всём информацию. Но выводы Никитос сделал ложные.
– Рябчиков, Артём просто ответственный! А Венечка натворил дел. Он переживает за бизнес отца! Любой бы переживал! Я тут ни при чём.
– Тебе, конечно, виднее, – не очень искренне согласился Никитос. – Но я теперь думаю… Может, когда вы передо мной выпендривались, его в самом деле зацепило? Ну согласись, о том, что он нажрётся, подерётся и будет тебя у бара целовать, вы не договаривались. Это была его личная инициатива. Вот я бы к девушке, которая мне не нравится, не полез даже после вискаря!
– Ты не знаешь, что делал бы после вискаря! – напомнила ему Лиза. – Ты не проводил эксперимент.
Никитос замолк и задумался о чём-то своём. Наверное, о Веронике и будущем свидании. Неужели у Никитоса действительно появится живая девушка? Не фантазия и не чёрт знает кто вроде Эллы? И они станут парой и всё у них будет хорошо?
– Всю жизнь мне будешь обязан, – сказала Лиза.
– Это ты о чём?
– Если с Вероникой сложится. Если бы не я, ты бы не попал в «Параллельный мир»!
– Купидонша, – заржал Никитос. – Варенье трескать завязывай, а то не взлетишь потом с колчаном стрел.
– Купидоны все толстые, – отмахнулась Лиза.
Рябчиков прикалывался, вес у неё не растет несмотря ни на какие варенья. И фигура вообще… очень даже. Он не знал, что Лиза пару раз примерила красное платье, купленное Артёмом. Из комнаты она в таком не выйдет ни за что, но походить по комнате... Зеркало показывало ей не Лизу, но вполне привлекательную молодую женщину. Жаль, что видит её только это зеркало!
– Пошёл я, – объявил намерения Рябчиков. – Лизок, не кисни. И на твоей улице перевернётся грузовик с мужиком твоих фантазий. Ну как только ты переживёшь заскок с Есениным.
Лиза порылась в дисках, которых теперь на столе лежало немало – она всё искала, что её поразит и ей понравится, и поставила «Арию». Теперь она знала, откуда эта песня, которая звучала по радио у Артёма в машине и которую он выключил. Сама песня была депрессивная, но слова – «Возьми моё сердце, возьми мою душу, я так одинок в этот час, что хочу умереть» – ей нравились. Как будто Артём был одинок, но она могла взять его сердце и душу и спасти его этим.