— Ты кто вообще такой, чтобы мне указывать?!
Пятнадцатилетний Димка стоял посреди кухни, сжимая в руке телефон. На экране — пауза, игра заморожена. Он даже не обернулся, когда Сергей вошёл.
— Убери телефон. Уроки сделал?
— А тебе какое дело?
Сергей поставил пакет с продуктами на стол. Медленно. Не торопясь. Достал молоко, хлеб, поставил кастрюлю.
— Твоя мать вернётся в восемь. К восьми чтоб уроки были сделаны.
— Ты мне не отец, — Димка наконец повернулся. Глаза злые, подбородок вперёд. — Понял? Не. Отец.
— Понял.
— Тогда не лезь.
Сергей открыл холодильник. Внутри — почти пусто. Кефир просроченный, половина луковицы, яйца. Он достал яйца, поставил сковородку.
— Есть будешь?
— Нет.
— Ладно.
Димка смотрел, как он разбивает яйца. Одно, второе, третье. Никакой реакции. Никаких нотаций. Это раздражало больше, чем если бы он орал.
— Чего молчишь?
— А что говорить? — Сергей помешал яичницу. — Сам всё сказал.
— Ты специально так делаешь.
— Как?
— Вот так. Молчишь. Типа я сам должен догадаться.
— Ты умный парень, — Сергей снял сковородку с огня. — Догадаешься.
Димка хлопнул телефоном по столу. Не сильно — но демонстративно.
— Мать зачем на тебя женилась вообще?
Сергей разложил яичницу по тарелкам. Поставил одну перед Димкой. Тот смотрел на неё.
— Ешь. Остынет.
— Я сказал — не буду.
— Ну и не ешь.
Он сел напротив, начал есть сам. За окном темнело. Где-то в подъезде хлопнула дверь. Димка сидел, смотрел в тарелку. Потом взял вилку.
Ел молча. Сергей тоже молчал.
— Она любит тебя или как? — вдруг спросил Димка. Тихо. Не как наезд — как вопрос.
Сергей поднял взгляд.
— Это у неё спроси.
— Я у тебя спрашиваю.
— Надеюсь, что любит. — Он отложил вилку. — Я её — точно.
Димка хмыкнул. Доел. Встал, поставил тарелку в раковину. Ушёл к себе, не сказав ни слова.
Сергей остался за столом. Взял телефон Димки — тот забыл. Игра на паузе. Персонаж стоит посреди какого-то руинированного города, вокруг — враги.
Он положил телефон туда, где взял. Пошёл мыть посуду.
Валя вернулась в начале девятого. С порога — запах духов и усталость в каждом движении.
— Поели?
— Поели, — Сергей забрал у неё сумку.
— Дима как?
— Нормально.
Она прошла на кухню, увидела чистые тарелки в сушилке. Две штуки.
— Значит, вместе ели?
— Ну.
Валя опустилась на табуретку. Сняла туфлю, потёрла пятку.
— Он что-нибудь говорил?
— Говорил, что я ему не отец.
— Серёж...
— Правду говорил. — Сергей налил ей чай. — Не отец. Всё верно.
Она взяла кружку обеими руками, грела ладони.
— Он хороший мальчик. Просто...
— Я знаю, что хороший.
— Ты не обижаешься?
Сергей сел напротив. Посмотрел на неё — на эту усталость вокруг глаз, на волосы, чуть растрепавшиеся за день.
— Нет.
— Врёшь.
— Немного, — он чуть улыбнулся. — Но это пройдёт.
Из комнаты Димки — тишина. Потом звук. Тихий, но различимый. Что-то упало.
Валя дёрнулась встать.
— Сиди, — Сергей уже поднимался. — Я гляну.
Он постучал. Раз. Второй.
За дверью — молчание. Потом:
— Чего надо?
— Упало что-то.
Пауза.
— Полка. Сама отвалилась.
Сергей открыл дверь. Полка над столом и правда висела криво — один дюбель вылетел из стены, книги рассыпались по полу.
Димка стоял, смотрел на них. Вид такой, будто это он виноват, хотя явно не трогал.
— Дрель есть? — спросил Сергей.
— Откуда я знаю.
— Найду. Завтра починю.
Он прикрыл дверь. Пошёл обратно к Вале.
Дрель нашлась в кладовке. В субботу утром Сергей достал её, набрал дюбелей, взял перфоратор.
Постучал в Димкину дверь.
— Чего?
— Полку чинить.
Долгая пауза.
— Заходи.
Димка сидел за столом, делал вид, что читает. Книги с пола он собрал — аккуратной стопкой у стены. Сергей посмотрел на полку, потрогал стену.
— Старый дюбель был. Держал на честном слове.
— Мать просила починить ещё год назад.
— Понятно.
Сергей начал сверлить. Димка морщился от звука, но не уходил. Когда перфоратор замолчал, спросил:
— Ты вообще кем работаешь?
— Инженером. На заводе.
— Много платят?
— Хватает.
— На нас хватает или только на себя?
Сергей вставил дюбель, примерил полку.
— На нас.
— Мой отец тоже так говорил, — Димка отложил книгу. — А потом оказалось, что у него вторая семья. Там тоже «хватало».
Сергей не ответил сразу. Прикрутил полку, проверил уровень — ровно.
— Давай книги.
Димка подал стопку. Сергей расставил.
— Я — не твой отец, — сказал он наконец. — Уже говорили. Но я и не он.
— Все так говорят.
— Может. — Сергей убрал дрель в сумку. — Проверяют не словами.
Димка смотрел на полку. Ровную, крепкую.
— И чё, ты типа проверку проходишь?
— Не знаю. — Сергей застегнул сумку. — Это ты решаешь, не я.
Он вышел. Димка остался сидеть.
Через минуту поставил на полку ещё одну книгу. Ту, что держал отдельно, на подоконнике. Как будто проверял — выдержит ли.
Выдержала.
Звонок пришёл в среду. Сергей был на работе, когда телефон завибрировал — незнакомый номер.
— Алло?
— Вы Сергей Николаевич? Отчим Дмитрия Краснова?
— Да.
— Это из школы. Ваша жена не берёт трубку. У нас ЧП.
Валя была на совещании. Сергей бросил всё, поехал.
Димка сидел в кабинете завуча — нижняя губа разбита, на скуле красное пятно, куртка порвана на плече. Напротив — другой парень, крупнее, с мамой в норковой шубе. Мама говорила громко и не останавливалась.
— Мой сын первый не начинал! Ваш мальчик сам полез! Мы будем жаловаться, это не первый раз, у Димы репутация!
Завуч смотрела в стол.
Сергей вошёл. Огляделся. Подошёл к Димке, присел на корточки, посмотрел на губу.
— Сильно?
— Нормально, — Димка отвернулся.
— Вы отец? — мама в шубе развернулась.
— Нет.
— Тогда вы вообще не имеете права здесь находиться! Где мать?!
— Едет.
— Это безобразие! Ребёнка отправляют в школу без нормального контроля, без воспитания, и мы должны терпеть?!
Сергей встал. Спокойно. Без спешки.
— Ваш мальчик сам начал? — спросил он у парня напротив.
Тот молчал.
— Артём, не отвечай ему! — мама шагнула вперёд.
— Артём, — повторил Сергей тихо. — Сам начал?
Пауза. Завуч подняла взгляд.
— Он первый сказал, — буркнул Артём. — Про его мать.
— Артём! — мама задохнулась.
— Ну правда же.
Тишина. Сергей повернулся к Димке.
— Что сказал?
Димка смотрел в пол.
— Что мать мужиков меняет как перчатки. Что ты — уже третий.
— Второй, — сказал Сергей.
Димка наконец поднял взгляд. Первый раз за всё время — прямо, без злобы.
— Ты полез из-за этого?
— А ты бы не полез?
Сергей помолчал секунду.
— Полез бы.
Мама в шубе открыла рот, закрыла. Завуч что-то записывала. Артём смотрел в окно.
Дверь открылась — Валя. Влетела запыхавшаяся, увидела Димкину губу, схватила его за лицо.
— Господи, что случилось?!
— Всё нормально, — сказал Сергей. — Разбираемся.
Валя посмотрела на него. Он чуть качнул головой — потом, мол. Она выдохнула. Осталась рядом.
Мама в шубе уже говорила тише. Потом и вовсе замолчала — завуч наконец подняла голову и начала говорить сама. Чётко, без лишних слов.
Димка сидел, прижимал рукав к губе.
Сергей стоял рядом. Не впереди. Не позади. Рядом.
Домой ехали молча. Валя сидела впереди, Димка — сзади, смотрел в окно.
У подъезда она не выдержала.
— Дима, ну объясни мне. Зачем было лезть в драку?
— Мам, не надо.
— Как не надо? У тебя губа разбита, куртка порвана, завтра к директору...
— Мам.
Она замолчала. Посмотрела на Сергея. Он заглушил мотор.
Димка вышел первым. Пошёл к подъезду. На третьем шаге остановился, обернулся.
— Сергей.
— Да.
— Ты сказал — полез бы. Ты правда так думаешь?
Сергей вышел из машины. Облокотился на дверцу.
— Правда.
Димка смотрел на него секунду. Две.
— Ладно, — сказал он наконец. Не улыбнулся. Но что-то в лице чуть отпустило. — Идёте?
Они пошли вместе. Сергей, Валя, Димка.
В лифте было тесно втроём. Димка нажал кнопку этажа, уставился в стену. Валя тихонько взяла Сергея за руку. Он не убрал.
Дома Димка сразу прошёл к себе. Через минуту открыл дверь.
— Там яйца в холодильнике. Я видел.
Сергей заглянул в коридор.
— И что?
— Ну, — Димка пожал плечом. — Можно яичницу сделать. Если хочешь.
Сергей снял куртку. Повесил на крючок.
— Иди руки мой. Сейчас сделаем.
Димка ушёл в ванную. Валя стояла в коридоре, смотрела на Сергея.
— Как ты это делаешь? — спросила она тихо.
Он пожал плечом.
— Яичницу?
Она засмеялась. Первый раз за весь вечер.
На кухне зашумела вода — Димка мыл руки дольше обычного. Как будто не торопился.
Сергей достал сковородку.