Глава 21. Москва, 2001 год.
- Я надеюсь, что наша беседа получится предельно откровенной, Владимир Владимирович? – спросил журналист, молоденький парнишка лет двадцати двух – двадцати трёх от роду, в меру нахальный, в меру напористый и в меру талантливый.
Влад посмотрел на него чуть насмешливо. В свои тридцать лет он уже мог позволить себе надсмехаться над такими вот прыткими мальчиками, изо всех сил старающимися прыгнуть выше головы. Правда, в журналистике талант – далеко не самое главное и даже не первостепенно важное. Гораздо больше здесь ценится умение идти по головам. А ещё связи. Всё остальное, по большому счёту, было несущественным.
Когда он в своё время начинал, у него не было никаких связей. Зато у него действительно оказался редкий талант. Божий дар.
Видимо, правду говорят о том, что настоящий талант всегда пробьётся.
- Что конкретно вы имеете в виду? – слегка подколол он журналиста.
Но парень ни капли не смутился. Молодец, далеко пойдёт.
- Я имею в виду, что это первое такое большое интервью, которое вы даёте, - пояснил он. – И я надеюсь, что ваши ответы будут предельно искренними и откровенными!
Влад мысленно похвалил парня, а вслух сказал:
- Надежда умирает последней.
Но его слова опять-таки не напугали молодого журналиста. Он лукаво улыбнулся и попросил:
- Расскажите, пожалуйста, с чего вы начинали?
Влад про себя невольно пустился в воспоминания. С чего он начинал?.. Выйдя из больницы, в которой он провёл в общем и целом больше года, он вообще не знал, с чего начать. После такой жуткой травмы карьера каскадёра, конечно же, была закончена, а чем ещё можно заняться, Владимир теперь просто не представлял. Ему казалось, что он навсегда выпал из обоймы, и теперь все оставшиеся годы будет жить лишь воспоминаниями…
Но предаваться воспоминаниям не было времени. У него на руках оказались жена и четырёхлетняя дочка, и Владимир должен был обеспечить им тот уровень жизни, к которому они привыкли.
На телевидение он попал чисто случайно. Один его старый друг, тоже вышедший на пенсию каскадёр, как-то предложил ему попробовать себя в качестве продюсера своей передачи об ушедших на покой ветеранах киноиндустрии. Владимир попробовал. И у него это неплохо получилось. Однако, полного удовлетворения не принесло.
Так же, как не принесла полного удовлетворения и уже готовая передача. Посмотрев её в первый раз, Владимир ощутил жуткое разочарование. И тут же параллельно у него возникло несколько идей по поводу того, как сделать её более зрелищной. Понимая, что сейчас никто не станет его даже слушать, Владимир, тайком от всех, провёл ночь в монтажной, смонтировав передачу так, как он считал нужным, а утром сразил всех наповал, показав свой вариант. И это было лишь начало.
В эфир вышел его вариант, и передача побила все рейтинги. А Владимир в одночасье стал известным сценаристом и режиссёром, заполучить которого стремились все каналы.
Некоторое время это его вполне устраивало. Он колесил по стране, делал передачи для различных каналов, писал блестящие сценарии и вовсю наслаждался этой неожиданно свалившейся на его голову славой и популярностью. Света тоже была рада тому, что муж, наконец-то, снова нашёл себя, и при этом его новая работа оказалась не такой опасной, как прежняя. Владимир делал передачи на самые разные темы и о самых разных людях; для него не существовало препятствий; и все эти его передачи непременно собирали огромную зрительскую аудиторию. Они могли нравиться или не нравиться, их и ругали, и хвалили, - но, несмотря ни на что, неизменным было только одно: они никого не оставляли равнодушным.
Но, неделя за неделей, месяц за месяцем, и Владимир почувствовал, что его уже начинает тяготить то, что он делает. Если говорить начистоту, он безумно устал от того, что вечно работает по чьему-то заказу и именно над тем, что от него требуют. У него никогда не было никакой особой свободы действий, и Владимир осознавал, что работает далеко не в полную силу, потому что ему попросту негде развернуться. У него всё чаще возникала мысль о собственной передаче, в которой он смог бы показать всё то, что хочет, и сделать это именно так, как он сам посчитает нужным, без чьей-то указки сверху.
Понемногу эта, на первый взгляд, не совсем реальная мысль крепла и обрастала идеями. Он уже совершенно чётко представлял себе, какой именно будет эта передача. Ежедневной. Короткой, - всего минут пятнадцать – двадцать. Но за эти пятнадцать – двадцать минут он должен будет успеть выдать в эфир столько самой свежей, самой оперативной информации, сколько не дают и все остальные вместе взятые информационные передачи за целый день. И именно этим его новая программа и должна будет принципиально отличаться от других.
У Владимира даже уже совершенно ясно сложился образ ведущего этой передачи. Он представлял его спокойным и хладнокровным в любых ситуациях, сдержанным, корректным и лаконичным. Никаких эмоций. Ни радости, ни гнева. Только самая свежая информация, - море достоверной информации, представленной телезрителям таким образом, что они просто не смогут не запомнить её. Речь – очень быстрая, но чёткая; основной упор будет сделан на безупречную дикцию, которой Владимир не без оснований гордился, и на изящные, по возможности, остроумные обороты, которые на следующий день будут с восторгом повторять все те, кто принимает этот канал.
Кроме того, он задумал слегка изменить своё имя, поскольку имя «Владимир» казалось ему несколько расплывчатым и не совсем подходящим для такого чёткого и собранного образа. Он решил назваться Владом, - это звучало как-то короче, чётче и твёрже и придавало ему совершенно иной облик, более решительный и мужественный.
Владимир поделился этими планами со своим хорошим другом, Эдуардом Топорковым, продюсером, и тот, выслушав, с восторгом поддержал его идею. Они вместе сделали пробный выпуск, - пятнадцатиминутную передачу, которую так и назвали – «15 минут», - и предложили её нескольким телекомпаниям. Но эта новая передача была настолько же оригинальной, насколько и взрывоопасной, и поэтому ни одна телекомпания не решилась сразу дать положительный ответ. Влад и Эдуард не стали терпеливо ждать, пока они надумают; они просто попытались найти богатых спонсоров, способных купить эфирное время. На это ушло немало сил и средств, - в том числе, и из их собственных карманов, - но эта идея, в конце концов, себя оправдала. Всего лишь после нескольких выпусков «15 минут» стала одной из самых популярных программ сначала на местном, а потом и на центральном телевидении, и Влад Молотов, словно по мановению волшебной палочки, превратился буквально в общенационального героя и всеобщего идола.
Это был изнурительный ежедневный марафон, который мог свести с ума кого угодно, но только не Влада. Поначалу помимо него в «Минутах» было ещё двое ведущих, но именно его телезрители ждали с особым нетерпением и именно его боготворили так, как, наверное, ни одного другого тележурналиста. Он без страха показывал им то, что они хотели видеть. Изнанка всех военных конфликтов, политическая подоплёка любых скандалов и сплетен, сенсационные расследования и разоблачения крупных политических фигур, - ни один другой журналист не решался освещать события под этим углом зрения. Только Влад Молотов. Он всегда говорил только то, что думал, и показывал то, что считал нужным показать, не пытаясь ни приукрасить, ни очернить, и люди – простые, измученные потоками лжи с экранов люди – слепо верили ему, понимая, что каждое его слово – правда.
Для Влада не было ничего невозможного. Он выводил на чистую воду политиков и бизнесменов, артистов и крупнейших дельцов мафии, делая это настолько естественно, изящно и лаконично, что ни один человек не мог относиться к этой передаче и к самому ведущему безразлично и равнодушно. Его любили и ненавидели, боготворили и отвергали, но, наверное, во всей стране не было ни одного взрослого разумного дееспособного человека, который не слышал бы о нём.
Письма от восхищённых поклонников приходили мешками. Бесчисленным угрозам тоже не было конца. И сам Влад, и другие члены съёмочной группы, - а у них к тому времени образовался довольно тесный, сплочённый и дружный коллектив, - быстро привыкли и к тому, и к другому. Влада узнавали на улицах. Женщины с визгом бросались чуть ли не под колёса его машины. Мужчины уверяли его в вечной преданности и дружбе и стремились во всём ему подражать. Власти выражали своё недовольство и неодобрение, но открыто заткнуть ему рот пока никто не решался.
Это было даже больше того, о чём Влад вообще когда-либо мог мечтать. Скромный невзрачный мальчонка из никому не известного провинциального уральского городка Чапаевска вдруг в одночасье стал кумиром миллионов. У него был свой собственный неповторимый стиль; он не был похож ни на кого другого; и люди, уставшие от постоянной лжи представителей власти и явно прикрывавших их журналистов, воспринимали его крохотную пятнадцатиминутную передачу как глоток живительного свежего воздуха…
Влад поднял глаза на своего собеседника и всё же попытался сосредоточиться на интервью.
- Как мы начинали?.. – задумчиво переспросил он. – Так же, как и все. Задумали передачу и сделали её. Результат вы можете наблюдать своими собственными глазами.
- Неужели всё было так легко и просто? – удивился молодой журналист. – И никаких трудностей и проблем?..
- Проблемы бывают у всех, - равнодушно пожал плечами Влад. – Нужно лишь уметь их решать. Наверное, нам просто повезло.