Ирина Николаевна открыла электронную почту. Все было так, как она и предполагала: коммунальные платежи за квартиру, где жили ее сын и дочь, не оплачиваются уже третий месяц.
А ведь три недели она была у них и предупреждала, что, если долг не будет закрыт, она просто выселит их.
Эту квартиру они с мужем купили за год до его cмepти. Михаил сказал, что им нужно заключить брачный договор, по которому новая двухкомнатная квартира будет принадлежать ей.
– Это твоя подушка безопасности. Если со мной что-нибудь случится, ты не будешь считать копейки, – сказал муж.
Ирина не стала с ним спорить, хотя она думала, что лучше отдать эту квартиру детям – они молодые, им надо вставать на ноги, вить свои семейные гнезда. А что может быть лучше, чем своя квартира?
Детей у них было двое – Арсений, симпатичный, высокий молодой человек двадцати восьми лет, и Эля – такая же высокая, как брат, стройная блондинка. Эля была на два года младше Арсения.
Как-то так случилось, что и сын, и дочь решили создать семьи в один год. Эля вышла замуж в июле, Арсений женился в октябре.
Обе пары сначала снимали квартиры, но сразу после Нового года обратились к матери с просьбой – пустить их в ту квартиру, которую она сдавала.
– Мама, ты сама сдаешь, так что представляешь, какие сейчас конские цены, – сказал Арсений. – Мы так никогда не накопим на свое жилье. Давай мы с Элькой займем по комнате, думаю, что не подеремся.
Квартиранты как раз собирались съезжать через три недели, поэтому Ирина согласилась. Только поставила два условия: не ссориться и вовремя оплачивать коммуналку.
Они согласились, пообещали, что все именно так и будет, и вскоре въехали. Комнаты – одну в четырнадцать квадратных метров, другую – в шестнадцать, они разыграли по жребию.
Полгода все было нормально. Потом начались трения. Ничего особенного – все как бывает в коммунальных квартирах. Кто-то не убрал за собой в ванной, кто-то долго занимает кухню, кто-то пригласил гостей и шумел весь вечер, когда другому хотелось тишины. И так далее.
Но была одна особенность – на две семьи приходила одна квитанция на свет, одна – на воду и отопление. Договаривались платить пополам.
Начались споры.
– Твоя жена, – говорила Эля брату, – почти каждый день принимает ванну. А мы пользуемся душем. Почему я должна оплачивать воду, которую расходует она? У нас что – больше не на что деньги тратить? Я никак не могу себе новые туфли купить.
– А твой Никита по полночи за компьютером сидит – в игрушки играет. А за свет мы одинаково платим, – возражал Арсений.
В общем, слово за слово, а закончилось все тем, что квитанции не стал оплачивать никто: ни Арсений с Ритой, ни Эля с Никитой.
А когда мать пришла к ним с вопросом, и сын, и дочь вывалили на нее все претензии друг к другу и заявили, что она должна разделить счета и установить другие счетчики, чтобы было понятно, кто сколько тратит воды и электроэнергии.
– И вообще, – сказала Эля, – у Арсения комната на два метра больше, значит, он и за тепло должен больше платить – там с площади считается.
– Два квадратных метра – это не больше полутора процентов от той суммы, что начисляют за тепло, – сказал брат.
– Полтора процента, но мои, – возмутилась Эля, – почему я должна вам их дарить? У нас и так денег нет!
– У вас денег нет, потому что вы новую машину в кредит взяли! Сколько ваша ласточка стоит? Четыре миллиона восемьсот тысяч! А зачем она вам? Ты на работу пешком ходишь, а Никита по два часа каждый день в пробках стоит, хотя на метро он в три раза быстрей до работы добирался бы.
– Не ваше дело – считать наши деньги! – возмутилась Эля. – Да, мы купили новую машину, зато мы на Мальдивы в отпуск не летали, как вы с Риточкой! Мама, скажи им!
– Так, все, хватит! – громко сказала мать. – Вы взрослые люди. Все четверо работаете. Куда тратить свои деньги – вы решаете сами. Но только после того, как оплатите то, о чем мы с вами договаривались. Когда вы просили меня пустить вас жить в эту квартиру, я пошла вам навстречу, хотя могла бы сдать ее и получать доход. Но вы – мои дети, и я посчитала, что ваше удобство гораздо важнее тех денег, которые я могла бы получить от арендаторов. Единственное, о чем я вас попросила, – это не сориться и вовремя оплачивать счета. Вы не выполнили ни то, ни другое. Я даю вам еще месяц. Если ничего не изменится, я попрошу покинуть мою квартиру.
Это было сказано три недели назад. И вот месяц близится к концу.
«Ладно, – подумала Ирина Николаевна, – у них есть еще неделя. Подожду».
– Ты надеешься, что за эту неделю что-то изменится? – спросила Ирину ее подруга – Лариса. – Три месяца не платили, а тут вдруг у них проснется совесть?
– Хотелось бы верить, – ответила Ирина.
– Ну, ну, свежо предание, да верится с трудом! А если не заплатят, что будешь делать? Неужели выселишь?
– Не хотелось бы, но придется.
– А может, подождешь? Дашь им еще шанс? – спроси Лариса. – А вдруг у них реально нет денег?
– Лариса, ты серьезно думаешь, что у четверых работающих людей, в сумме получающих около четырехсот тысяч, нет денег, чтобы оплатить квитанции? Там каждый месяц примерно пятнадцать-семнадцать тысяч. Конечно, если не платить три месяца, сумма соберется приличная. Но это не моя ответственность.
– Не знаю. Все-таки это твои дети. А ты не думаешь о том самом «стакане воды»?
– Ларочка, посмотри на муниципальные дома престарелых: сколько там стариков, которые точно были уверены, что им будет кому подать этот самый стакан. Но вместо этого получили казенную койку, – горько усмехнулась Ирина.
Она подождала еще неделю. А потом приехала в квартиру к детям.
– Месяц прошел, счета не оплачены. Теперь уже за три месяца. Что будем делать?
– Мама, но у нас реально нет денег! – сказал Арсений.
– А у вас их никогда не будет. Вернее, они у вас есть на что-то более важное, а оплату квитанций можно отложить. Это же не вам звонят из управляющей компании и напоминают о долге, – сказала мать. – Или вы ждете, что я, чтобы не портить себе репутацию, сама закрою все эти долги? Когда вы жили на съемных квартирах, вы когда-нибудь позволяли себе задерживать оплату?
– Но там была отдельная квартира, а здесь только комната, – сказал Никита.
– Но там, насколько я помню, вы платили сорок пять тысяч за саму квартиру, плюс еще за коммуналку. А здесь вы живете бесплатно. Но за воду и свет, которые вы тратите, надо платить. В общем так: даю вам еще три дня. Если к понедельнику счета останутся неоплаченными, вы съезжаете, – сказала мать.
После этого она ушла и не слышала того, о чем продолжили разговаривать Арсений, Эля и их «половинки».
– Да, ладно! Никуда она нас не выселит, – заявил Никита.
– А если выселит? – спросила Рита, которая до этого молчала. – Может, хотя бы за один месяц заплатим. А потом понемножку выплатим остальное.
– Рита, не смеши! – перебил жену Арсений. – Ну, придет мать через три дня, скажет: «Выселяйтесь!» Мы что, послушно кинемся собирать вещи? Не насильно ведь она будет нас гнать из квартиры. А насчет долга… Она – законопослушный человек. Сама заплатит.
Прошло три дня. В понедельник ничего не случилось. Мать даже не позвонила им. Во вторник – тоже тишина.
– Вот видите. Что я вам говорил? – сказал Арсений.
А когда они пришли с работы в среду, то не смогли попасть в квартиру. Замок на входной двери стоял новый.
Арсений бросился звонить матери:
– Мама, ты поменяла замок в нашей квартире! Но там наши вещи! Привези ключ – мы не можем ночевать в подъезде.
– Сеня, во-первых, я поменяла замок в своей квартире, а не в вашей, во-вторых, ваших вещей в квартире больше нет. Я их отправила курьерской службой к родителям Риты и Никиты. Позвоните им, они уже, наверное, их получили. Если я что-то не упаковала, позвоните, я верну.
Оказывается, поняв, что ни сын, ни дочь не собираются оплачивать квитанции, Ирина обратилась в службу, которая оказывала услугу «переезд под ключ». Приехали люди в униформе, с коробками и упаковочными материалами и быстро упаковали вещи обеих семей. А курьерская служба доставила их по адресам, указанным Ириной.
Квитанции ей пришлось оплачивать самой. Зато через неделю она нашла новых арендаторов – семью с двумя детьми, которым квартира нужна была на длительный срок.
Ни Эля, ни Арсений не звонили матери больше года. Но потом Рита родила сына, а еще через полгода у Эли и Никиты родилась дочь. Помощь мамы снова понадобилась – пришлось извиняться.
Ирина не отказала им, но теперь все договоренности выполнялись неукоснительно.
Автор – Татьяна В.