Предисловие. Тайны чердака мертвого дома.
Некоторое время назад обстоятельства вынудили меня
сменить место жительства.
Двухэтажный коттедж, ставший моим прибежищем, располагался на одном из многочисленных островов в дельте реки
Невы. Новая квартира казалась мне идеальным местом для
завершения фундаментального труда, которому я посвятил
боvльшую часть жизни.
Соседей, стариков-пенсионеров, доживавших свой век,
практически не было ни видно, ни слышно. Изредка на лестнице попадались мне навстречу полулюди-полутени, беззвучно кивавшие головой в ответ на мое приветствие. Круглые
сутки ни единого звука не доносилось из-за плотно закрытых
дверей. Меня это радовало, ибо мог я в любое время, днем и
ночью, полностью погрузиться в работу, не опасаясь быть отвлеченным от своих размышлений. И уже с любовью называл
я свое жилище «Мертвым домом»...
Квартира находилась на втором этаже, рядом в стену была
замурована скобовая стремянка, ведущая на чердак. Как и положено в наше неспокойное, насыщенное трагическими событиями время вход чердака был закрыт на замок и опечатан.
Закончилось первое лето моего проживания на островах.
Однажды утром меня разбудил ужасный грохот. Я вскочил с постели, не понимая, что происходит: глухой топот за
дверью, чьи-то крики на улице. Подойдя к окну, я отодвинул
край плотной шторы и увидел стоящий перед домом фургон.
Рабочие сгружали на асфальт большие листы кровельного железа, длинные металлические трубы, кто-то сразу же нес их
в дом, затаскивал на чердак. По традиции, в последний момент начиналась подготовка к отопительному сезону: нужно
было успеть заменить прохудившуюся кровлю, восстановить
74
систему парового отопления. Неожиданно нагрянувший ремонт резко изменил мои планы. Полностью отдаваться работе днем я уже не мог и вынужденно выбрал компромиссный
вариант: трудиться по ночам, а день посвятить прогулкам по
островам. Уходить из дома я старался как можно раньше, а
возвращался назад, убедившись, что на чердаке никого нет.
Но однажды, проведя всю ночь в многочасовых умственных
рассуждениях, погрузился я в спасительный для моего изможденного мозга сон так глубоко, что даже грохот на крыше не
смог его прервать...
...Проснулся я в полнейшей тишине. Понимая, что состояние покоя обманчивое, быстро собрался и поспешил на улицу.
На лестничной площадке, случайно бросив взгляд на потолок,
я заметил, что дверь на чердак приоткрыта. Время было полуденное, скорее всего, кровельщики ушли обедать и не стали
закрывать вход на замок.
Сам не знаю, какая сила подтолкнула меня, я забрался наверх и пролез через люк.
...Где-то рядом ворковали голуби, сквозь многочисленные
дыры в кровле пробивался солнечный свет. Я осмотрелся: брошенные на полу листы оцинкованного железа, оставленный
рабочими инструмент, какая-то старая мебель, аккуратно расставленная вдоль стены, и несколько прикрытых брезентом
коробов в дальнем углу чердака. Стараясь ступать осторожно,
я подошел поближе. Ничего особенного: покрашенные зеленой краской деревянные ящики, в армии они обычно используются для перевозки боеприпасов. Я открыл верхний и увидел пачку тетрадок в коленкоровой обложке, перевязанных
бечевкой, несколько пакетов из плотной черной бумаги и противогаз в потертой холщовой сумке. Я взял один из пакетов —
в нем оказались старые черно-белые фотографии. Для меня
они не представляли интереса: групповые снимки людей на
фоне заводских цехов, панорамы промышленных предприятий, доменные печи, дымящие фабричные трубы, небольшие
трубы кочегарок. Я мельком глянул на снимки, бросил пакет в
ящик и поднял противогазную сумку — под ней на самом дне
75
лежал ноутбук. Он был изготовлен еще на заре компьютерной
техники: старомодный корпус с накладным позолоченным
логотипом неизвестной ныне фирмы-изготовителя.
«Чердак не самое подходящее место для хранения таких
игрушек, — подумал я, — да и соседи по дому вряд ли даже в
молодости пользовались компьютерами».
Я взял свою находку и спустился вниз...
Несколько раз я пытался включить ноутбук, всякий раз на
экране высвечивалась надпись на английском языке, извещающая о какой-то системной ошибке. В отчаянии я собирался
прекратить безрезультатные попытки, но вдруг из глубины
корпуса раздался звук: заиграла старинная музыкальная заставка, экран наконец-таки вспыхнул — техника ожила!
Загружался компьютер очень медленно, так же медленно
открывались и немногочисленные папки, разложенные на
рабочем столе. Владелец по большей части использовал ноутбук в качестве печатной машинки, что и неудивительно при
таком объеме жесткого диска и минимальной оперативной
памяти.
В основном это были какие-то скучные финансовые отчеты: откуда поступили и на какие нужды были истрачены
деньги, но неожиданно я наткнулся на весьма любопытную
папку. Раскрыл ее, начал читать тексты, а затем решил срочно их скопировать. Ноутбук был архаичен: в нем не было
предусмотрено устройство для записи цифровых дисков, не
было и гнезда для подключения внешних накопителей. Однако компьютер имел разъем для подключения к Интернету!
Иначе и быть не могло: во все времена главной задачей разработчиков и производителей оргтехники было завлечение
как можно большего числа людей в сети всемирной паутины.
Я благополучно зашел в почтовый ящик и отправил письмо,
содержащее всю интересующую меня информацию. Сделано
это было весьма своевременно: вскорости ноутбук завис. Как
я ни старался, перезагрузить его мне не удалось. Я лишь констатировал его смерть.
76
Еще большее разочарование ожидало меня при вторичном
посещении чердака, уже после того, как завершился ремонт
кровли.
Я уговорил техника-смотрителя открыть чердак, мотивируя это необходимостью осмотреть помещение над своей
квартирой в связи с постоянными шумами по ночам, якобы
мешающими мне спокойно спать. Я лелеял надежду прихватить из ящика хотя бы несколько тетрадок и пакетов с интересующими меня фотографиями.
...Все также ворковали голуби, но уже в полной темноте:
кровля была отремонтирована — ни единого солнечного луча
уже не пробивалось снаружи. Я включил фонарик, начал шарить лучом по сторонам. Мебель, как и прежде, стояла вдоль
стены, пол был прибран: исчезло кровельное железо, трубы,
пропали и деревянные ящики в дальнем углу чердака. Неожиданно луч выхватил из темноты противогазную сумку. Доставая из ящика свою находку, я машинально повесил сумку на
гвоздь, вбитый в деревянную балку перекрытия. Верно, люди,
забиравшие ящики, в темноте не заметили висящий на стене
противогаз, но, впрочем, он мог быть им и не нужен...
Все, что у меня осталось: сломанный ноутбук на книжной
полке, противогаз в выцветшей холщовой сумке и письмо,
блуждающее по сетям Интернета.
Я полностью сохранил стилистику и последовательность
изложения материала, позволив лишь внести небольшие
комментарии: многие события произошли так давно, что
современный читатель вряд ли о них слышал, да и фамилии
большинства лиц, упоминающихся в тексте, нынче полностью позабыты.
В связи с этим я не вправе называть себя автором данного
произведения.
Я всего лишь — человек, нашедший старый ноутбук на чердаке своего «мертвого» дома.
Глава 1. Космический старт.
Я медленно брел по аллее Центрального парка культуры и
отдыха в сторону залива. Время для прогулки было не самое
подходящее: пронизывающий ветер с моря и мелкий осенний дождь отнюдь не способствовали поднятию жизненного
тонуса.
За все время, проведенное на островах, я не повстречал ни
одного прохожего, но до конца насладиться своим одиночеством не мог — кричащие над головой чайки сопровождали
меня всю дорогу. Стаи птиц резвились в небесах...
Судорожно маша крыльями в потоках встречного ветра,
чайки зависали на месте, высматривая среди травы и кустов
что-либо пригодное для пропитания, а затем резко бросались
вниз, стараясь опередить друг друга...
***
— Чайки давно не ловят рыбу в море... — услышал я позади
себя чей-то хриплый голос и, обернувшись, увидел стоящего
невдалеке человека в синем комбинезоне с нашивкой «ЦПКиО им. С. М. Кирова» и с большим черным полиэтиленовым
пакетом в руках.
«Мусорщик, — отметил я, сплюнул под ноги и поднял повыше воротник пальто, поеживаясь от холода, — человек на
работе, ничего не поделаешь...»
Он и, правда, даже в такую погоду был при деле: поднял с
земли пустую пивную банку, со скрипом сжал в кулаке и бросил в пакет, затем уже громче, чеканя каждое слово, повторил,
как бы приглашая меня к беседе:
— Чайки давно не ловят рыбу в море!
78
— Да, да, — поддерживать разговор отнюдь не хотелось, но
я все же произнес первое, что пришло в голову, — на берегу
хватает отбросов...
— Вот именно! — мусорщик схватил меня за руку. — Чайки
давно не ловят рыбу в море — на берегу хватает отбросов!
Я ничего не успел ответить, а он уже тащил меня за собой.
— Ну что же вы, прогуливаетесь, птичками любуетесь! Время уходит! Давайте скорее, все давно собрались...
— Позвольте? Куда вы меня тащите? — я смог вырвать руку
и попятился от него.
— Как это куда? — засмеялся мусорщик, вновь протягивая
свою мозолистую клешню. — Вы что, забыли какой сегодня
день?..
— Четверг, кажется...
— Четверг, четверг! А что должно произойти в четверг? После дождичка в четверг...
— После дождичка в четверг?.. — переспросил я, ничего не
понимая.
— Вот именно, в четверг! В четверг и больше никогда! Да,
на троих вы соображать будете! Все уже накрыто, кушать, как
говорится, подано...
— А что, самое время, — я перестал сопротивляться и покорно поплелся за ним, — при такой погоде в самом деле грамм
по сто пятьдесят не помешало бы...
Мы продирались напролом через кусты и вышли наконец
на открытое место в районе Масленичного луга.
— Странно, — я с удивлением рассматривал стоящее на газоне сооружение, — сколько ни гулял по парку, ни разу не видал эту штуковину.
Огромная черная труба, высотой с пятиэтажный дом. Типичный атрибут кочегарки сороковых годов. Труба наверняка
свалилась бы на землю, если бы не стальные фермы, поддерживающие ее с боков. На земле у основания конструкции суетились люди в синих комбинезонах, таких же, как у моего попутчика. Они подносили пластиковые мешки и высыпали их
содержимое прямо на землю, сортировали принесенное, тут
79
же плющили несмятые пивные банки каблуками, а затем все
закидывали лопатами в раскрытую дымящуюся топку. Скорее
всего, рабочие сжигали мусор, собранный в парке.
— Вот они, издержки современной цивилизации! Ради того,
чтобы уничтожить два-три мешка отходов, строится чуть ли
ни целый завод! Сооружение, впрочем, довольно забавное и
очень похожее на...
Я не успел закончить фразу, как из-под основания трубы с
шипением вырвались клубы пара и дыма.
— Космический корабль! Ну конечно же, это космический
корабль «Союз» перед стартом на космодроме Байконур. Бригада мусорщиков открывает новый аттракцион — «КОСМИЧЕСКИЙ ПОЛЕТ». Hi-Tech по-цэпэкиовски. Ужасно топорная
работа. Руки мастерам оторвать бы за нее, но для парка — сойдет.
— Ну наконец-то, — от толпы отделился человек с мегафоном в руках, наверное бригадир, подбежал и рявкнул на
меня: — Где вы шляетесь?!
— Разрешите доложить: объект обнаружен на берегу, —
мусорщик отбросил пакет в сторону, вытянулся перед начальником и, щелкнув по-военному каблуками, четко отрапортовал: — Птичек наблюдал, Сокол!
— Я гулял по парку... Погода сами понимаете, для прогулки
не самая подходящая, а тут вот он... Сообразим, дескать, на
троих... Я, впрочем, не против...
— Погоди, — бригадир сорвал с меня кепку, по-рачьему
выпучил глаза, рассматривая в упор, закричал прямо в мегафон: — Кто это? Ты кого привел?!
— Третий, Сокол... — неуверенно произнес мусорщик. — Все
в соответствии с инструкцией. Пароль: «Чайки давно не ловят рыбу в море». Отзыв: «На берегу хватает отбросов». Вы же
всегда сами на предстартовом брифинге в кочегарке говорили: случайность совпадения исключена...
Вся бригада бросила работу и обступила нас.
— Мы летим или нет? — пожилая женщина с большой хозяйственной сумкой, явно нервничая, посмотрела на наручные часики.
80
— Да погодите вы, Марь Иванна! — бригадир полез в карман, достал упаковку таблеток, сунул одну под язык. — Без вас
тошно!
— А что? Чем не Сокол! — среди людей в комбинезонах неожиданно возник мужчина в космическом скафандре. Он с
аппетитом поглощал квашеную капусту прямо из целлофанового пакета.
— Третьим будешь? — космонавт потряс рукой, смахивая с
пальцев капусту, похлопал меня по плечу.
— Слава богу! — успокоился я. — Человек дело предлагает.
А то я уж подумал, здесь одни психи собрались. Дурдом какой-то...
— Давайте-ка, ребятки, присядем перед стартом! — пропел
космонавт. — У нас еще в запасе четырнадцать минут... Ну,
братишка, сообразим на дорожку?
— Конечно, сообразим, — я забрал кепку у бригадира, улыбнулся космонавту, — согреться бы не помешало. А вы что, аттракцион открываете?
— Угу! — космонавт отправил в рот очередную порцию капусты. — Сегодня новый аттракцион! «Полет на Луну»! Налейте ему за компанию и полетели! Тетя Маша права, время
уходит! Апогей, перигей, лунные ворота, в конце концов, закроются...
— Не знаю даже, — неуверенно произнес бригадир, немного успокоившись после приема лекарства, — если что, с меня
голову снимут...
— Да если что, ты и так башки лишишься! Это же не просто
полет, сам знаешь! Нам лететь надо, а без третьего балансировка нарушается!
— Кончай базарить! Действуем согласно уставу! — Марь
Иванна достала из сумки флакон, скомандовала: — Беркут,
дозаторы!
Затем повернулась ко мне, улыбнулась по-матерински:
— Выпей с нами, Соколик! Нам без третьего никак нельзя...
— Без третьего мы, сам понимаешь, как «Челленджер» загрохочем! Прямо на старте медным тазом накроемся! — в руках Беркута уже побрякивали граненые стаканчики. — Какая
81
нам разница, с кем лететь. Главное — в нужный момент успеть
стартовать! Там разберемся...
Марь Иванна зубами сорвала пробку-бескозырку с поллитровки — откупорила бутылку.
— Беркуту, Соколу, а это мне!
Женщина долила остатки водки в свой стакан и швырнула
пустую бутылку в кусты.
— Как в аптеке: глаз — алмаз! — Беркут протянул мне наполненный до краев стакан. — Что, друг, не обидели?
Мы дружно чокнулись.
Марь Иванна и Беркут залпом выпили по целому стакану
водки, захрустели капустой. Космонавт протянул пакет мне,
но тот выскользнул из руки и упал на землю. Затем они, поддерживая друг друга, направились к трубе.
Я тоже, стараясь не пролить ни капли, выпил до дна, тепло
разлилось по телу.
— Х-х-ороший напиток, я н-н-икогда такого не пробовал!
Закусить-то дайте...
Ноги подкосились, я присел на холодную мокрую траву и
протянул дрожащую руку в сторону пакета с квашеной капустой. Заветная закуска была рядом, я беспомощно шевелил
пальцами, но никак не мог до нее дотянуться...
— Ладно, все по местам! — бригадир с ненавистью пнул пакет в сторону. — Объявляю пятиминутную готовность!
Мусорщики подхватили меня под руки, подтащили к аттракциону, на ходу стаскивая с меня пальто. Двое рабочих
мгновенно опутали меня системой каких-то трубок и шлангов, натянули скафандр. Затем усадили в кресло, прилепленное к основанию трубы. После того, как надели шлем с большим выпуклым стеклом, наступила полная тишина.
— Герметично сделано, — отметил я и почувствовал, что
кресло поползло вверх.
— Я знаю, я уже видел однажды во время прогулки. В кресле
поднимают наверх и резко бросают вниз. Страшно, конечно,
все кричат истошно, но ничего, пережить можно, главное —
не обделаться с испуга...
82
— С-с-окол, Б-Б-Беркут! Командир экипажа, Ча-Чайка, приветствует вас на б-б-орту нашего к-к-осмического ап-п-парата! — раздался из динамиков заплетающийся голос Марь
Иванны. — Ка-а-ак самочувствие, мальчики?
— А г-г-де вы? — я попытался повернуть голову, чтобы посмотреть, откуда доносится звук.
— Да л-л-адно, тетя Маша! «С-с-окол», «Беркут», «Чайка» —
анахронизм! Не пу-пу-гайте человека! М-м-ужик, мы тоже на
трубе. Образуем равносторонний треугольник и балансируем
друг друга, чтобы завихрения не начались.
— Что т-т-ы его п-п-аришь! Он все р-р-авно ничего не
п-п-оймет... А инструкцию надо соблюдать. Прик-к-азываю:
д-д-ействуем согласно уставу! С-с-окол, Бе-бе-ркут, как самочувствие?
— Л-л-ладно, до-к-кладывает борт-т-инженер космического корабля, летчик-астронавт России Беркут: п-п-полный
п-порядок! У нас между собой внутренняя связь. Так что,
С-с-окол, еже ли что, не м-м-молчи.
— Док-к-ладывает лет-т-чик-астронавт Р-рос-с-ии Со-оокол, — принимая условия игры, отрапортовал я, — по-о-олный
п-п-порядок! К по-по-корению космоса го-о-тов!
— Внимание! На связи центр управления полетом! — бригадир мусорщиков вышел на связь. — Сокол, Беркут, Чайка!
Приготовиться! Начался обратный отсчет. Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре... Ключ на старт... Три, два...
Протяжка... Один... Пошла кабель-мачта... Старт!!!
Краем глаза я заметил, как рабочие при помощи ломов завалили фермы, подпиравшие трубу, и бросились сломя голову
во все стороны.
Снизу поднимались клубы дыма, труба задрожала и медленно поползла вверх.
— С-с-окол, Сокол! Я — Беркут! Что кричать-то надо?! Соображай быстрее!
— П-п-оехали! — заорал я что есть мочи. — П-п-оехали!!!
— П-п-оехали!!! — в один голос вопили Беркут и Марь
Иванна.
83
Сквозь стекло скафандра я отчетливо видел кроны уходящих вниз деревьев, крыши домов, блеснул в лучах солнца
шпиль какого-то собора. Движение ускорялось, пошли облака. На меня навалилась тяжесть.
— Восьмикратные п-п-ерегрузки... — прохрипел Беркут.
Внезапно голос его оборвался.
В голове мелькнула мысль, что Беркут не выдержал и умер.
— С-с-окол, ты не бойся, переживем... — прошептала и затихла Марь Иванна.
— Нет! — до меня наконец стало доходить, что происходит,
но эйфория от выпивки не позволяла по-настоящему испугаться. — Это не аттракцион! Мы летим в космос...
Перегрузки становились все сильнее. В глазах у меня потемнело, и я начал проваливаться в небытие.
«Господи! — успел я подумать в последний миг. — Может,
это ненадолго. Сделаем один виток вокруг Земли и домой...»
Продолжение следует.
Юрий Зверлин. Редактировал BV.
Все произведения автора читайте здесь.
======================================================
Друзья! Если публикация понравилась, поставьте лайк, напишите комментарий, отправьте другу ссылку. Спасибо за внимание.
Подписывайтесь на канал. С нами весело и интересно! ======================================================
Желающие приобрести книгу "Краткий курс астронавтики" обращайтесь к автору - u-zverlin@yandex.ru или 8-921-651-69-92
======================================================