— Кристина, открывай, это мы, свои! — громовой голос сестры свекрови Зинаиды разрезал утреннюю тишину апреля в шесть утра, как тупой нож режет недозрелый помидор.
Кристина подскочила на кровати, едва не сбив увлажнитель воздуха. В висках застучало. Шесть утра субботы. В это время даже приличные воры еще спят, не то что родственники из Пскова. Олег рядом жалобно хмыкнул, натянул одеяло на лысину и сделал вид, что он — часть ландшафта.
— Олег, вставай, там твои кочевники приехали, — Кристина толкнула мужа локтем в бок. — Судя по звуку, Зинаида привезла с собой не только дочь, но и весь запас оптимизма Псковской области.
В коридоре уже вовсю грохотало. Ключ у свекрови, Марины Борисовны, был — стратегическая ошибка давности, когда Кристина наивно поверила, что это «на случай пожара». Пожар случился, но не в виде огня, а в виде делегации.
— Проходите, девочки, не стесняйтесь, — соловьем заливалась Марина Борисовна из прихожей. — Кристиночка спит еще, барыня. А время-то позднее уже, птички поют!
Кристина вышла в коридор, кутаясь в махровый халат, который знавал лучшие времена. Картина маслом: прихожая завалена сумками-баулами, от которых пахло копченой колбасой и дорогой плацкартной жизнью. Зинаида, монументальная женщина в леопардовых лосинах, уже скидывала кроссовки, а ее дочь Лия, бледная девица с выражением лица «весь мир мне должен по факту рождения», уткнулась в телефон.
— Ой, Кристин, ну ты и соня! — Зинаида полезла обниматься, обдав Кристину запахом вокзального кофе. — А мы решили сюрпризом! До сентября у вас поживем, пока Лиечка в университет поступать будет. Нам Марина сказала, места у вас — хоть конем гуляй.
— До сентября? — Кристина оперлась о косяк, чувствуя, как внутри закипает не праведный гнев, а холодное, расчетливое изумление. — Сейчас апрель, Зина. В сентябре листья желтеют, люди замуж выходят, а некоторые даже съезжают. Вы решили у нас пять месяцев гостить?
— Ну а что такого? — Марина Борисовна, маленькая и суетливая, как воробей на помойке, уже выгружала из сумки банки с огурцами. — Квартира трехкомнатная. Вы в одной, Витенька в другой, одна пустая стоит. Не в гостинице же им деньги тратить? Там цены — как в космос слетать! Я вчера в магазине видела десяток яиц по сто сорок рублей, это же грабеж средь бела дня.
— Мама, в «пустой» комнате у Олега кабинет, — Кристина старалась говорить ровно, хотя в голове уже крутилась песня «Врагу не сдается наш гордый Варяг». — Там его документы, рабочий стол и коллекция моделей танков, на которые нельзя даже дышать.
— Танки подвинутся, — отрезала Зинаида, затаскивая в гостиную сумку, которая по весу могла сравниться с небольшим бегемотом. — А если тесно будет, Витька твой может и к вам в комнату на диванчик перебраться. Он же сын, свой человек. Или на кухне на раскладушке. Молодой, кости не заржавеют.
Из своей комнаты выплыл сонный Витя. В двадцать лет он обладал удивительной способностью игнорировать реальность, но вид леопардовых лосин тети Зины в шесть утра пробил даже его броню.
— Мам, это что, выставка достижений народного хозяйства? — спросил он, глядя на гору сумок.
— Это твои родственники, Витя. Они приехали нас спасать от скуки до самой осени, — Кристина посмотрела на мужа, который наконец выполз в коридор, виновато подтягивая треники.
— Олежа! — взвизгнула Зинаида. — Совсем исхудал на этих городских харчах! Ничего, я сейчас сальца нарежу, Лиечка, неси пакет с хлебом!
Олег виновато посмотрел на жену. Он знал этот взгляд. Так смотрят саперы на мину, у которой сорвали чеку.
— Кристин, ну... они же ненадолго. По делам приехали, — пробормотал он, стараясь не смотреть в глаза. — Лие надо курсы, документы подавать...
— «Ненадолго» — это выходные, Олег. До сентября — это уже колонизация, — Кристина прошла на кухню.
Там уже хозяйничала Марина Борисовна. Она с грохотом переставляла кастрюли, инспектируя содержимое холодильника.
— Кристина, у тебя в холодильнике мышь повесилась, — констатировала свекровь. — Два йогурта и кусок сыра, который явно помнит еще Брежнева. Чем мужиков кормить собираешься? Олежа у тебя прозрачный скоро станет. Я вот привезла свинину, сейчас нажарим.
— В семь утра свинину? — Кристина присела на табуретку. — Мама, мы завтракаем овсянкой. И вообще, почему я узнаю о великом переселении народов последней?
— Так сюрприз же! — Зинаида вплыла в кухню, уже переодетая в домашний халат, который явно был ей мал в районе стратегических запасов. — Мы с мамой посоветовались: Лиечке нужен покой для учебы. А у вас тут город, возможности. Мы за коммуналку, может, даже подкинем... рублей пятьсот в месяц. Если сдача останется.
Лия зашла следом, брезгливо отодвинула со стола вазу с сухоцветами, которую Кристина любовно выбирала в Икее перед ее закрытием, и поставила свой ноутбук.
— А пароль от вай-фая какой? — спросила она, не здороваясь. — У меня лекция через час, мне интернет нужен скоростной. И желательно, чтобы в этой комнате никто не орал и не жарил ничего.
Кристина почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это был не страх, это было осознание масштаба катастрофы. Пять месяцев. Пять месяцев борьбы за право сходить в туалет без очереди и съесть свой йогурт без осуждающего взгляда свекрови.
— Зина, а как же твоя работа? Твой муж? — попыталась воззвать к логике Кристина.
— Ой, работа не волк, — махнула рукой золовка. — Уволилась я. Все равно платили копейки, на одни колготки только и хватало. А Валера мой... ну, он в Пскове остался, за квартирой приглядывать. И за собакой. Собака же у нас, Лаки, помесь овчарки с недоразумением. Если что, я его тоже выпишу через месяц, скучать будем.
Кристина представила в своей трешке еще и овчарку по имени Лаки и поняла, что пора переходить к активной обороне. Но прежде нужно было понять, насколько глубоко окопался противник.
— Значит так, — Марина Борисовна уже вовсю резала привезенную свинину на разделочной доске, которую Кристина использовала только для хлеба. — План такой. Зина с Лией занимают комнату Олега. Олежа переносит компьютер в гостиную. Витя... ну, Витя подвинется. Лиечке надо много заниматься, она у нас на юриста метит. Будет судьей, всех нас потом отмажет, если что.
— Отмажет от чего? От статьи за превышение пределов самообороны в собственной квартире? — Кристина налила себе воды. Руки слегка подрагивали.
— Ты, Кристиночка, не язви, — свекровь прищурилась. — Мы семья. Должны помогать. Ты вот в прошлом году сапоги купила за пятнадцать тысяч, я же слова не сказала, хоть это и баловство. А тут ребенку будущее строить надо.
Кристина посмотрела на «ребенка» Лию, которая в этот момент с аппетитом выковыривала из общего блюдца последние кусочки дорогого сыра, который Кристина берегла для особого случая. Лия жевала и смотрела в окно с таким видом, будто за окном был не двор в спальном районе, а как минимум Лазурный берег, который ее не впечатлил.
— Мам, я в душ, — заявила Лия, вставая. — А где у вас полотенца чистые? Желательно пушистые, у меня кожа нежная.
— На полке в шкафу, — механически ответила Кристина, провожая взглядом будущую «судью».
Через минуту из ванной донесся шум воды. Кристина знала этот звук — Лия включила горячую на полную мощность. Счетчик воды в коридоре, наверное, сейчас крутился так быстро, что мог бы вырабатывать электричество для небольшого поселка.
— Зина, а на что вы жить собираетесь пять месяцев? — вкрадчиво спросила Кристина. — У Олега сейчас на работе не самые лучшие времена, премии урезали, у меня в отделе тоже затишье.
— Ой, да ладно тебе прибедняться! — Зинаида аппетитно захрустела огурцом. — Мама сказала, вы на отпуск копили. В Турцию хотели? Обойдетесь в этом году без Турции, на даче посидите. Воздух тот же, зато Лиечка образование получит. Мы ж не чужие. Продукты будем пополам покупать. Ну, в смысле, хлеб там, соль... А мясо мы вот привезли, на неделю хватит.
Кристина посмотрела на кусок свинины. На неделю? При аппетитах Зинаиды и растущем организме Вити этого хватило бы ровно до обеда.
Весь день прошел в каком-то липком кошмаре. Зинаида осваивала пространство, развешивая свои синтетические платья в шкафу Олега, бесцеремонно сдвинув его костюмы в угол. Марина Борисовна критиковала чистоту окон и отсутствие «нормальной» еды, попутно засыпав всю кухню мукой — решила напечь блинов на всю ораву.
— Кристина, у тебя сковородка неправильная, — кричала она из кухни. — Все горит! И масло какое-то жидкое, небось, самое дешевое брала в сетевом по акции?
Кристина молчала. Она зашла в комнату сына. Витя сидел на кровати, заваленный учебниками, которые Лия уже успела выселить из «кабинета».
— Мам, это надолго? — шепотом спросил он. — Она у меня зарядку от ноутбука забрала, говорит, ей нужнее. И вообще, она странная. Спросила, сколько я зарабатываю на своей подработке.
— Спокойно, сын. Это тест на стрессоустойчивость. Мы в реалити-шоу «Последний герой», просто пальм нет и кормят свининой, — Кристина погладила его по плечу.
К вечеру напряжение достигло апогея. Олег, пытаясь угодить и жене, и матери, окончательно запутался и просто сидел в углу дивана, стараясь не отсвечивать. Зинаида включила телевизор на полную громкость — там шло какое-то ток-шоу, где все кричали друг на друга.
— А что, Кристин, — Зинаида повернулась к ней, обмахиваясь журналом. — Мы вот подумали, надо бы Лиечке гардероб обновить к лету. В городе-то магазины получше наших. Ты завтра не поводишь нас? Заодно и присмотришь что-нибудь, у тебя же глаз наметан на скидки.
— Завтра я планировала лежать в позе звезды и смотреть в потолок, — ответила Кристина. — А на покупки у вас, я так понимаю, бюджет заложен?
— Ну... мы рассчитывали, что вы с Олегом как принимающая сторона... — Зинаида замялась. — Ну хоть по паре кофточек? Ребенку же поступать! Встречают по одежке!
Марина Борисовна одобрительно закивала:
— Правильно, Зиночка. Олег обязан племяннице помочь. Он мужчина или где? Кристина, не будь жадиной, деньги — дело наживное.
Кристина встала. В голове щелкнуло. Она вспомнила старый фильм, где герой говорил: «Я требую продолжения банкета». Только вот банкет был за ее счет, и меню ей категорически не нравилось.
— Знаете что, дорогие родственники, — Кристина мило улыбнулась, и Олег вздрогнул. — Я всё поняла. Вы правы, семья — это главное. Мы должны делить и радость, и тяготы.
— Вот! — обрадовалась Марина Борисовна. — Наконец-то голос крови заговорил!
— Именно, — Кристина подошла к окну и посмотрела на темнеющий двор. — Раз уж вы у нас до сентября, то и правила будут общие. Я как раз сегодня получила уведомление.
— Какое уведомление? — Зинаида подозрительно прищурилась.
— О капитальном ремонте, — Кристина обернулась, и ее глаза подозрительно блеснули в свете люстры.
Но муж и представить не мог, что удумала его жена, когда утром тайком от всех отправила всего одно короткое сообщение своей давней подруге из санэпидемстанции.
Конец 1 части. Вступайте в наш клуб и читайте продолжение по ссылке: ЧАСТЬ 2 ➜