Гид по жизни

— Ты ей ещё шезлонг с зонтиком прикупи, Серёжа, чтобы морской бриз не слишком растрепал её великолепие! — Вероника с грохотом опустила тяжелую чугунную сковороду на кухонную плиту. — А что, полмиллиона с лишним на депозите ведь исключительно для того и лежат, чтобы Маргарита Семёновна под пальмами свои суставы грела! — Ника, ну не начинай, — Сергей виновато отвёл взгляд и прицельно ковырнул вилкой остывшую яичницу с помидорами. — Маме доктор сказал: нужен сероводород и морской воздух. В её возрасте суставы — это не шутка...

— Ты хотя бы помнишь, где лежит карта, на которую мне перечисляют бонусы за перевыполнение плана? — Женя стояла посреди коридора и пристально смотрела на мужа, который вдохновенно пытался упаковать в походный рюкзак старую надувную лодку. — Женюша, не начинай с утра суету, — Олег даже не поднял головы, методично утрамбовывая ногой резиновый бок плавсредства. — В доме должен быть порядок и покой. Карта лежит там, где ей и положено быть. В тумбочке под документами. — В тумбочке под документами лежит...

— Платон, я, конечно, женщина с ангельским терпением, но твоя мама только что совершила подвиг, достойный международного трибунала! Наталья стояла посреди участка, уперев руки в бока, и свирепо смотрела на то место, где еще утром аккуратной стопкой лежали сорок метров новенького профнастила приятного шоколадного цвета. Рядом пылилась кучка гравия и грустно торчали два деревянных колышка, обозначивших будущую границу владений. Теперь там был только примятый бурьян да свежие следы от тяжелых протекторов грузовика...

— У тебя под диваном линолеум от стыда пузырями пошел, Маргарита! Марина Владиславовна опустилась на корточки с ловкостью бывалого спецназовца и ткнула длинным, безупречно накрашенным ногтем куда-то в темноту под мягкой мебелью. На дворе стоял знойный начало августа. За окном плавился асфальт, пылали петунии на балконе, а в трехкомнатной квартире Риты температура мгновенно упала до абсолютного нуля. — Там просто упала сушка, Марина Владиславовна, — спокойным, тренированным тоном ответила Рита. Она медленно вытерла руки о кухонное towel и посмотрела на маму своего мужа...

— Ты мне ещё про Конституцию почитай, юрист комнатный! — Светлана Сергеевна с треском вогнала штепсель электрочайника в розетку так, будто вбивала осиновый кол в упыря. — В этом доме Конституция — я. А твоя пластиковая карточка — это общее семейное достояние, а не твоя личная офшорная зона! Ирина молча вздохнула и аккуратно вытерла тряпкой край стола. В воздухе стойко пахло кипящим лимонным желе и давними свекровиными обидами. На календаре красовалось пятое августа. За окном жара плавила асфальт, а на кухне температура стремительно приближалась к точке кипения...