Казалось бы, что может связывать ставшее японским окинавское тодэ, специфические силовые практики Китая и древнюю идею-трактат из области «внутренних практик» Нэйгун? Ответ довольно прост – генезис систем саморазвития в рамках единой традиции, основанной на даосско-буддийской философии.
Силовая практика, входящая в состав Ходзё Ундо (закаливания тела) в системе традиционного каратэ, включает в себя работу с довольно специфичными снарядами в виде каменных замков, штанг и молотков различной формы и веса. Современные последователи старательно сохраняют подобного рода практики, несмотря на то, что так называемые «пионеры» каратэ первой трети 20-го века (особенно я бы выделил здесь Мияги Тёдзуна) зачастую свободно перенимали упражнения с более удобными «европейскими» гирями, гантелями и штангами из металла, так как, по всей видимости, отдавали себе отчёт, что использование традиционного тренировочного набора было обусловлено, в первую очередь, его доступностью, а не какой-то особой значимостью.
Однако сводить такого рода методы силовой подготовки к обычной силовой гимнастике было бы совершенно неправильно, так как выбор «инструментов», может быть, и был вызван дешевизной, но вот сами по себе упражнения основывались на весьма специфической концептуальной базе.
Для начала придётся перенестись во времени и пространстве на историческую родину окинавского тодэ, т.е. «Танской руки» (по наименованию легендарной китайской династии). Мы окажемся в среде народного ушу, которое самым тесным образом переплеталось с многочисленными практиками «внутреннего культивирования», на базе которого «вырос» в том числе и современный цигун.
Здесь мы обнаружим не только те же самые «инструменты», подобные окинавским, но и сходного рода тренировочные методы по развитию силы тела. Только вот, методы эти в рамках серьёзных уважаемых школ ушу опираются не на идею простого напряжения и расслабления мускулов под нагрузкой, а на развитие так называемого «единого тела» - целостной и скоординированной структуры тела, управляемой сознательно через центр даньтянь посредством развития определённого рода усилий костно-сухожильной и мышечной тканей. Последнее, в свою очередь, приводит нас к идеям, выраженным в Ицзиньцзин (Канон об изменении сухожилий), где подразумевается создание определённого рода условий для развития упомянутого выше усилия Цзинь в теле практикующего.
Сам Канон не предполагает активного оперирования отягощениями, однако практики, подобные Ходзё Ундо логично дополняют идеи Канона, логично развивая их. Будут ли это каменные замки или современные гантели из металла – не так важно. Важным является то, как и для чего они применяются. Правильно подобранная методика даёт отличный результат не только для увеличения специфической силы тела, применимой в рамках боевых искусств, но и для общего повышения увеличения силы, а также для улучшения функционального состояния здоровья и даже для развития сознания. Последнее опять возвращает нас к Ицзиньцзин, являющемуся важной частью даосских и буддийских методов «взращивания осознанности».
Интересным моментом в общей культурной традиции Китая является практика поднимания экзаменационных камней, принятая во многих традиционных школах традиционного ушу и перекочевавшая в экзаменационную систему Цинского двора, где для соискателя должности в государственной системе требовалось умение продемонстрировать недюжинную физическую силу – ведь надо было поднять камень весом до 200 кг!
Во многих школах ушу было также принято владеть железной алебардой, весившей 40-70 кг. Понятно, что успешно пройти подобного рода «тесты» и «не надсесться» можно только при условии не только развитого мышечного каркаса, но и за счёт умения равномерно распределять сверхнагрузки на костный скелет при посредничестве крепких сухожилий, что всё вместе входит в понятие «единое тело» и «линейное выравнивание».
Удивительно то, что китайские обычаи выявлять силачей весьма схожи и с японскими: во дворах многих японских храмов можно приметить подписанные чьими-то именами каменные валуны. Это не есть остатки знаменитых каменных садов, а тикара-иси («камни силы») —памятное напоминание, кто и когда на народных праздниках смог оторвать от земли столь неподъёмный груз, увековечив свою силу астерство на столетия в виде памятных надписей, выбитых на этих самых камнях.
Так, древние обычаи (скажем сразу, вовсе не уникальные – в западных культурах подобного рода богатырские забавы тоже встречались) превратились в серьёзный тренировочный метод, опиравшийся на весьма тонкие философские концепции и впоследствии вплетённый в некоторые «искусства Пути»…