Это возвращение туда, где тревога ещё не выдержана. И поэтому там всё сильнее. Больше страха. Больше ярости. Больше разрушения. Потому что это не «раньше». Это незавершённое. То, что не смогло стать мыслью. И когда человек регрессирует, он не теряет себя. Он попадает туда, где ещё нет формы. Где объект либо идеален, либо разрушен. Где невозможно держать вместе. И это пугает. Хочется вернуть «норму». Собрать. Стабилизировать. Но именно здесь и происходит работа. Не в устойчивости. А в распаде. Потому что только там можно впервые выдержать. И тогда регрессия перестаёт быть провалом. Она становится шансом. Доделать то, что однажды не получилось. ©Элеонора Красилова • TG ©Элеонора Красилова • MAX
Регрессия — это не откат.
Это возвращение туда,
где тревога ещё не выдержана.
И поэтому там всё сильнее.
Больше страха.
Больше ярости.
Больше разрушения.
Потому что это не «раньше».
Это незавершённое.
То, что не смогло стать мыслью.
И когда человек регрессирует,
он не теряет себя.
Он попадает туда,
где ещё нет формы.
Где объект либо идеален,
либо разрушен.
Где невозможно держать вместе.
И это пугает.
Хочется вернуть «норму».
Собрать.
Стабилизировать.
Но именно здесь и происходит работа.
Не в устойчивости.
А в распаде.
Потому что только там
можно впервые выдержать.
И тогда регрессия
перестаёт быть провалом.
Она становится шансом.
Доделать то,
что однажды не получилось.
