Подставить другого человека. И этот другой…
Лена вздрогнула, ошеломленная словами Толи, и уставилась на Мию – не в силах поверить в это.
- Ты хотела подставить меня? - спросила Лена - Это из за Ани? Ты иди.тка?! Аня никогда с тобой не будет. Смирись уже.
Мия молчала, она сжала кулаки и сидела спокойно.
– Каким же образом Мия собиралась подставить Лену? Для этого требовались сфабрикованные улики – например, нож, которым она ударила в грудь Игоря. При первом убийстве времени на это не было. Тогда Мия просто задушила Олега и быстро покинула место преступления. Я говорил, что в первый раз нам отчаянно не хватало улик, но их так же было мало и убийце. Поэтому, лишив жизни Игоря, она специально испачкала нож кровью жертвы и спрятала его под полкой стеллажа – а потом, выбрав подходящее время, собиралась подбросить Лене. В обычных условиях это выглядело бы слишком примитивно – но здесь, в бункере, другое дело: времени мало, а последний срок все ближе. Представим, что мы так и не нашли бы никаких иных доказательств, кроме подброшенного ножа, – а нам пришлось бы что-то решать. Как бы мы поступили?
Что ж. Очень может быть, что мы и правда не стали бы разбираться дальше, а приняли бы на веру, что тот, у кого нож, и есть убийца, обвинили его, а потом набросились все вместе и заставили – если нужно, то и силой – вертеть лебедку. До сих пор мы вели себя разумно. Чтобы план сработал, Мие надо было подождать, пока до финального срока не останется совсем мало времени. Тогда все впадут в панику и уже не будут ничего анализировать. Потому она и припрятала орудие преступления – выжидала подходящий момент. Но прежде, чем он наступил, ее подстерегла Маша.
И ее пришлось убить.
– Мий, ты хочешь что-то добавить? – спросил Толя, взглянув на нее.
– Не хочу.
– Ну что ж. Тогда на всякий случай задам еще один вопрос. Что было в телефоне Игоря?
Мия впервые замялась, прежде чем ответить.
– Дело в том, что… на его фото попала веревка, которой я задушила Олега. В первый наш вечер здесь Игорь щелкал камерой направо и налево. Помните? Сам он эту веревку, естественно, не заметил. Но фото было из комнаты, куда никто, кроме меня, не заходил. Если бы кто-то присмотрелся повнимательнее, меня могли вычислить.
– Понятно, – отозвался Толя. Кажется, его эта информация не особенно взволновала.
Остальные тоже не заинтересовались. Теперь, когда все знали имя убийцы, всем стало казаться, что действовать надо немедленно.
– Итак, пора решать, кто останется внизу. Давайте это обсудим, – сказал Толя, не сводя взгляда с Мии, которую все обступили кольцом.
Все глядели на нее, как рассматривают сквозь прутья клетки пойманного зверя. Заговорить никто не пытался – как будто стараясь угадать, о чем она думает, по выражению лица.
– Пусть умрет, – пробормотала Полина. Марина поспешно закрыла ей рот ладонью.
– Правильно! – доброжелательно, словно воспитательница малышу, ответила Мия.
Что делать с Мией, никто не знал.
Уговаривать ее? Принуждать? Пытать – используя имеющиеся инструменты?
Никто не был морально готов к тому, что убийце придется смотреть в глаза. Все лишь молча надеялись, что Мия предложит пожертвовать собой сама.
В конце концов заговорил Толя:
– Мия, ты ведь продумала все до мельчайших деталей. Наверняка и возможность такого исхода учла. Что ты планировала делать, если потерпишь неудачу?
– Неудачу я вообще не планировала.
Она по-прежнему не спешила откровенничать.
Да, Мия была убийцей, она жестоко расправилась с другими людьми. И все-таки… Заставить ее остаться под землей тоже было равносильно убийству. В чем тогда разница? Решаться ли все на такое? Все шестеро оставшихся, задаваясь этими вопросами, сомневались и медлили.
Наконец, обнимая за плечи Полину, заговорила Марина:
– Пожалуйста. Спаси нас.
За ней последовал и Дима:
– Мий… пожалуйста… Может, ты согласишься? Больше некому…
Лена обратилась к ней почти нежно.
– Мий, прошу тебя. Спаси всех.
Она с каким-то удивлением глядела на трех человек, склонивших перед ней головы.
– Мия, я верю, что ты способна принять наиболее рациональное решение в трудных обстоятельствах, – произнес Толя в своей обычной манере – словно учитель, вразумляющий упрямого ученика.
Все это напоминало какой-то театр абсурда. Марина и Дима потеряли друзей. Лена чуть сама не пошла на мучительную смерть по ложному обвинению. А теперь все трое кланялись виновнице, умоляя ее о спасении.
Слова они подбирали очень осторожно: чтобы не разозлить Мию и при этом не произносить вслух, что просят ее умереть. Все для того, чтобы потом, когда выберутся на поверхность, убедить себя в том, что они не повинны в ее гибели.
Аня молчала, хотя Мия ждала хоть слова от нее.
А Аня вспомнила, о чем они говорили на лестнице несколько дней назад: про игру на выживание. С какой стати ей жертвовать собой ради всех, если она никому не нужна и все только и ждут, чтобы она умерла?
И потом – неужели она действительно преступница? Аня не видела логических изъянов в рассуждениях Толи, но и в то, что Мия безжалостно убивала людей, ей было трудно поверить…
Казалось, Мия все это время ждала, чтобы с ней заговорила именно Аня, пока наконец не потеряла надежду.
– На самом деле я знала, что так и будет. Ничего. Я поверну лебедку. В конечном счете все к лучшему, – произнесла Мия с легкой улыбкой.
Кто, оказавшись преступником, без принуждения согласится остаться под землей? Наверное, Мия.
До окончания срока оставалось чуть больше девяти часов.
Мие предоставили возможность распоряжаться этим временем, как она пожелает. Все помогали ей собраться – подготовиться к тому, чтобы провести последние часы в затапливаемой комнате после того, как она сбросит камень.
Ей отдали пауэрбанк для мобильного и пакет на молнии, принадлежавшие ранее Олегу. Толя принес свою книгу в мягкой обложке. Все дарили ей вещи, которые могли пригодиться.
Дима протянул открытую упаковку с оставшимися желейными конфетами.
– Хочешь? Бери, – сказал он дрогнувшим голосом.
– Спасибо. Возьму тогда, – ответила Мия, бросив взгляд на мультяшные картинки.
Все это призвано было скрасить остаток ее жизни. Она окажется взаперти в похожей на пещеру комнате, следя, как поднимается ледяная вода. Сколько это продлится? Может, она умрет от нехватки кислорода раньше, чем захлебнется?
Толя, сходив вниз проверить уровень воды, вернулся с известием, что, как ему показалось, вода прибывает быстрее. Впрочем, разница была не столь велика, чтобы ощутимо сдвинуть финальный срок. Мие он об этом говорить не стал.
Та ожидала назначенного часа в столовой, поставив на зарядку телефон с пауэрбанком и с безмятежным видом листая полученную от Толи книгу.
Остальные наблюдали за ней издалека, опасаясь подходить слишком близко, чтобы не потревожить.
Кроме того, все как будто сговорились держать подальше от Мии, Аню
ни на секунду не оставляли с ней наедине – очевидно, считая, что, поговорив с ней, она может передумать.
Мия все еще ждала, ждала пока Аня подойдет к ней. Но не дождалась.
Наконец до срока осталось два часа.
– Мия, пора, – ровным голосом обратился к ней Толя.
– Хорошо.
Она поднялась с места.
С самого начала Мия выглядела совершенно спокойной, но в этот момент содрогнулась всем телом, будто от страха. Перекинув через плечо небольшой рюкзак, она медленно, но твердо зашагала по коридору.
Перед тем как спуститься на второй этаж, она захотела зайти в машинное отделение – и, включив мониторы, какое-то время глядела на происходившее снаружи. Там, впрочем, все было по-прежнему: ни у основного, ни у запасного выхода ничего не изменилось.
– Ну что, идем. Не стоит затягивать, – через пару минут сказала Мия, как будто удовлетворенная увиденным.
Мы подошли к лестнице. На минус втором этаже вода была уже почти по пояс.
На глазах у всех Мия надела рыбацкий комбинезон, спустилась по ступенькам и, зайдя в воду по колено, обернулась ко всем.