Утром за завтраком Катя рассказала Артёму о новой песне. А потом сказала:
— Я написала её для тебя.
Артём с удивлением уставился на Катю:
— Ты серьёзно?
— Да, Артём. Тебе пора возвращаться на сцену, — ответила она.
— Нет. Это исключено.
— Почему? — спросила Катя.
— Музыка меня давно не интересует. Можешь сама исполнить эту песню.
— Но этот трек про тебя. Он о твоих неудачах, о потерянной любви и неудовлетворённости жизнью. Там текст от лица мужчины. Он твой, — настаивала она.
После этого Катя дала Артёму послушать демозапись песни.
— Это шедевр, — с блеском в глазах сказал Артём.
Поначалу Катя обрадовалась в надежде, что он согласится на её предложение, но не тут‑то было.
— Да, песня очень чувственная, эмоциональная, наполнена смыслом. Но эта история для меня закончилась много лет назад. У меня всё давно отболело и прошло. Сейчас у меня есть семья и любимая работа, и я больше не живу под прицелом фотокамер.
— Это значит «нет»? — поинтересовалась она.
— Это «нет», — подтвердил Артём. — Возвращаться — плохая примета.
— Да ну их, эти приметы, — вздохнула Катя.
— Зря ты так.
— Я понимаю, ты не хочешь ломать свою спокойную жизнь ради шоу‑бизнеса.
Они не раз об этом говорили.
— Именно, — ответил он.
— Артём, ну пожалуйста. Исполни эту песню. Хотя бы один раз… Ты произведёшь фурор, — уговаривала Катя.
— Кому я нужен? Поклонницы давно выросли. У них семьи и другие интересы.
— Ошибаешься. Многие не верят в твою смерть и ждут твоего возвращения.
Несмотря на слова Артёма, она надеялась, что рано или поздно он всё‑таки примет её предложение.
Тем временем снова пошли слухи о том, что Артемий Вяземский жив. В интернете вышла статья с фотографией, где Артём и Катя вместе в ресторане. Он — в костюме, она — в облегающем вечернем платье лавандового цвета. Вяземский целует её в щёку.
После этого Артём понял, что больше не может скрываться. Один раз его уже подловили, но тогда он вышел сухим из воды, сохранив своё инкогнито. Второй раз вряд ли ему так повезёт.
— Ты правда думал, что в век цифровой информации никто о тебе не узнает? — спросила Катя.
— Ну, я на это надеялся, — ответил он.
— Ну тогда надо было пластическую операцию сделать и выбрать другую профессию. Ты ведь со звёздами работаешь.
— Ну да. На операцию я не решился. А другие профессии не рассматривал, так как со школьных лет увлекался фотографией.
— Знаешь, многие ждут твоего возвращения на сцену, — сказала она.
— Ты серьёзно?
— Да. Можешь посмотреть комментарии под своими старыми выступлениями.
Артём зашёл в поисковик и нашёл видео со своим концертом, который проходил четырнадцать лет назад. Сразу же зашёл в комментарии — и там действительно было много новых сообщений от поклонников.
«Если слухи о нём — правда, я хочу, чтобы он вернулся», — писала одна из фанаток.
«Спасибо за детство», — писали другие.
«Таких музыкантов, как он, больше нет, — писала ещё одна поклонница. — Нам вас так не хватает».
Все сообщения были вот такими. После этого Артём всё‑таки решился. Он принял предложение Кати.
— Вот и отлично, — сказала она. — Завтра поедем на студию, а потом у тебя будет фотосессия для обложки песни.
— Хорошо, — согласился он.
Артём испытывал смешанные чувства. С одной стороны, возвращаться не хотелось: перспектива вновь стать объектом повышенного внимания его совсем не радовала. Ему казалось, что музыка — это уже не для него. Когда он начинал, в конце девяностых годов, не было такой конкуренции в шоу‑бизнесе. А теперь индустрия изменилась: поют все, чуть ли не у каждого блогера есть песня. Все продвигаются через интернет.
«Получится ли у меня войти в одну реку дважды?» — думал Артемий.
Но, с другой стороны, его очень зацепила песня Кати. Он понял, что она права: это его история. Кате удалось мастерски его прочувствовать, хотя они мало говорили о том периоде — да и вообще о неудачах в личной жизни.
«Если и возвращаться, то только с такой песней», — промелькнуло в его голове.
Они сидели в гостиной и обсуждали предстоящую работу.
— Надо будет ещё сниппет для тебя снять, — сказала Катя.
— Что такое сниппет? — спросил он.
— Это короткий ролик под твою песню. Сейчас очень популярны короткие видео, — объяснила она. — Во всех соцсетях они есть.
— Да, только я не знал, что они так называются. Вот это я отстал от жизни, — ответил Артём. — Раньше только клипы снимали. Я и мои коллеги кучу денег на них тратили.
— Ну да. Индустрия за четырнадцать лет очень поменялась. Клипы сейчас не так актуальны, как короткий контент.
Потом Катя сказала:
— Что касается визуала, я хочу сделать всё очень просто, минималистично, без страз и перьев.
— Да, я тоже этого не хочу. Вся эта мишура мне никогда не нравилась, — ответил он.
— А почему ты надевал такие костюмы?
— Потому что на этом настаивал продюсер. Ты же понимаешь?
— Да, сама через это прошла. Мне кажется, что ты во всём этом обилии сияния смотрелся очень неорганично.
И вот наконец‑то настал тот день. Артём очень волновался, боялся, что что‑нибудь может пойти не так. Он отвык от музыки и сцены. Но очень быстро выяснилось, что его переживания напрасны.
В студии с тёмным интерьером их встретил звукорежиссёр — старый друг Артёма. Он был рад его видеть.
Наконец приступили к записи песни. Артём зашёл в специальную кабинку и надел наушники. Наконец зазвучал его голос, молчавший четырнадцать лет, словно разрезая тишину. В нём появилась сила, мощь, которой не было очень давно. Катя контролировала процесс и предлагала разные идеи.
— А ты можешь затянуть в конце строчки букву «о», как только что сделал? «Ты знаешь, у меня давно всё хорошо», — пропела она, с акцентом на последнее слово.
Он сделал то, о чём она попросила. Теперь в песне чувствовалась не только грусть, но и настоящая боль с надрывом.
— Отлично, — похвалила Катя. — Очень красиво. Эмоции удалось передать. Получилась не просто грусть, а драма вселенского масштаба.
— Спой ещё отдельно «вернусь». Можешь спеть этот момент с хрипотцой? Я слышала, что она у тебя есть, и ты не сможешь меня обмануть, — добавила Катя.
Артём выполнил то, о чём попросила Катя. Его голос прозвучал с хрипотцой.
Чуть позже Катя записала мелодию на электрогитаре. Это было минорное звучание, и её пальцы как будто летали по струнам. Она была погружена в процесс; иногда игра Кати сопровождалась взмахом волос.
— Она далеко пойдёт, — сказал Артём звукорежиссёру. — Талантливый человек талантлив во всём.
— Кто талантливый? — не поняла Катя.
— Ты, — ответил Вяземский.
— Нет, — сказала она.
— Ну ты же песню написала?
— Да.
— Запись в студии организовала?
— Да.
— Выступаешь в роли продюсера?
— Ну да.
— Значит, у тебя талант, граничащий с гениальностью, — похвалил Артём.
— Ну скажешь тоже. Какая гениальность? — смущённо улыбнулась Катя.
— Кать, ну не скромничай. Ты правда очень талантлива, — добавил он.
Катя и Артём ехали домой. Она пребывала в состоянии радости:
— Поверить не могу — мы это сделали!
— Да, всё благодаря тебе, — ответил он.
— Знаешь, я поверить не могу. Никогда не думала, что напишу песню для своего кумира, для настоящей легенды российской эстрады.
— Скажешь тоже. Какая легенда? — смутился Артём.
Перед выходом песни, как и планировалось, была проведена фотосессия. Съёмка проходила в студии. Артём снимался в чёрном пальто на сером фоне, снимки сделали чёрно‑белыми. Фотографом была Нина — в прошлом тоже артистка.
А на следующий день Катя сняла видео для песни. Она впервые выступила в роли режиссёра. Артём снимался в том же образе и в тёмных очках: открывал рот под песню, а ещё позировал, сидя на стуле, с грустным выражением лица. Также Артемий закрывал лицо от вспышек — по задумке режиссёра.
Ещё он снимался возле стены с несколькими зеркалами, что смотрелось очень необычно. Спонтанно у Кати родилась идея, и она предложила:
— А давай ты встанешь на колени. Вот так, — показала она. — А мы тебя сверху снимем — и будет очень эффектно смотреться. Здесь есть стремянка: я на неё встану и сниму тебя.
— Да, — согласился Артём.
Катя поднялась на неё. Также они поставили ветродуй, благодаря которому пальто Артемия очень красиво развивалось на ветру.
Артём остался доволен проделанной работой. Кадров было очень много, поэтому Катя решила смонтировать не только короткие видео, но и полноценный клип.
На следующий день она неожиданно обнаружила в почте сообщение от диджея с предложением о совместной работе.
«У меня уже есть готовая аранжировка песни и текст. Мне нужен только женский вокал», — писал музыкант.
Катя послушала зажигательную мелодию и сразу согласилась на его предложение. Таким образом она решила вернуться в музыку. В тот же день у неё возникла идея — выступать в шлеме, скрывающем почти всё лицо.
На тот момент уже существовал популярный артист Лёха Солнечный, выступающий в маске, и ей казалось, что собственный проект с такой же концепцией может стать успешным. Она решила привлечь аудиторию загадочностью. Только вот Артём не оценил идею:
— Мне кажется, тебя сразу узнают. Ведь ты была в популярной группе, — сказал он.