Я стояла перед судьёй. Говорила. Громко. Чётко. Чтобы все слышали. «Я вышла за него не по любви. Он купил меня. Двадцать миллионов. За мою свободу. За моё тело. За мою жизнь». Тапкин кричал: «Она врёт! Она сумасшедшая!» Я не останавливалась. Рассказала про побои. Про синяки. Про страх. Про то, как мечтала сбежать. Судья слушал. Молчал. А потом сказал: «Брак признаётся фиктивным и подлежит аннулированию. Елизавета Завьялова свободна». Я заплакала. Денис обнял меня. А Тапкин смотрел. И улыбался. Такая улыбка, от которой стынет кровь.
Зал суда был серым. Холодным. Официальным.
Скамьи. Флаг. Герб.
Судья — женщина лет пятидесяти. С острыми глазами и колючим взглядом.
— Слушается дело по обвинению Мошкина Дениса Андреевича в похищении Завьяловой Елизаветы Сергеевны, — прочитала она. — Истец — Тапкин Анатолий Борисович. Ответчик — Мошкин Денис Андреевич.
— Я здесь, — сказал Тапкин.
— Я здесь, — сказал Денис.
— Елизавета Завьялова, вы здесь?
— Да, — сказала я.
— Приступаем.
Адвокат Тапкина встал. Гладкий. Масляный. Как уж.
— Мой клиент утверждает, что ответчик похитил его жену из дома, применив физическую силу.
— Это ложь, — сказал Денис.
— Тишина в зале! — пристукнула судья. — Слово предоставляется ответчику.
Денис встал.
— Я не похищал Елизавету. Она ушла сама. Потому что хотела свободы.
— Она ваша любовница? — спросил адвокат.
— Она моя невеста.
— Она замужем.
— Фиктивно.
— Это вам так кажется.
— Это правда. Она вышла за Тапкина не по любви. А потому что он заплатил за мою операцию.
— Какая операция?
— Рак. Метастазы. Мне нужны были деньги. Тапкин дал их. В обмен на брак.
— У вас есть доказательства?
— Есть свидетели.
— Кто?
— Ксения Зобр.
Судья посмотрела в зал.
— Ксения Зобр, пройдите к трибуне.
Ксения встала.
Подошла.
— Расскажите, что вы знаете.
— Всё, — сказала Ксения. — Я знала про диагноз. Про операцию. Про деньги. Я пыталась отговорить Лизу. Но она сказала: «Если я не сделаю этого, он умрёт».
— Вы присутствовали при заключении сделки?
— Нет. Но я видела последствия. Синяки. Слёзы. Страх.
— Спасибо. Садитесь.
Ксения села.
Судья посмотрела на меня.
— Елизавета Завьялова, вы хотите что-то сказать?
Я встала.
Сердце колотилось.
Но я не боялась.
«МОИ ПОКАЗАНИЯ»
— Я вышла замуж за Тапкина не по любви, — сказала я. — Он купил меня. Двадцать миллионов. За мою свободу. За моё тело. За мою жизнь.
— Это ложь! — крикнул Тапкин.
— Тишина в зале! — пристукнула судья.
— Он обещал, что брак будет фиктивным, — продолжила я. — Год. Никакой близости без моего согласия. Я согласилась. Потому что умирал Денис. Потому что у меня не было денег. Потому что я не знала другого выхода.
— Он вас заставлял?
— Нет. Я согласилась сама. Но потом он начал меня контролировать. Забрал телефон. Запретил выходить. Следил за каждым шагом.
— Он вас бил?
— Да.
Я подошла к судье.
— Вот, — я показала на синяк под глазом. — Это от его руки.
— Покажите.
Судья посмотрела. Побледнела.
— Сильно болело?
— Не очень. Но страшно было.
— Почему вы не обратились в полицию?
— Боялась. Он сказал, что если я уйду, он вернёт деньги. Денис умрёт.
— А теперь?
— Денис здоров. Ему ничего не угрожает. Теперь я могу говорить правду.
— Вы хотите расторгнуть брак?
— Да. Он фиктивный. Он построен на лжи. На страхе. На деньгах.
Судья посмотрела на Тапкина.
— Что вы скажете?
— Она врёт, — сказал Тапкин. — Я не бил её. Я не контролировал. Она ушла сама. С любовником.
— У вас есть доказательства?
— Есть свидетели. Охрана. Они видели, как он украл её.
— Охрана работает на вас. Их показания не объективны.
— Тогда почему она не ушла раньше?
— Боялась.
— Чего?
— Меня, — сказала я. — Я боялась вас. Ваших угроз. Ваших денег. Вашей власти.
— Я не чудовище.
— Вы чудовище. Вы купили меня. Вы били меня. Вы мучили меня. А теперь хотите посадить в тюрьму человека, который меня спас.
Судья подняла голову.
— Я приняла решение.
«ВЕРДИКТ»
— Брак между Тапкиным Анатолием Борисовичем и Завьяловой Елизаветой Сергеевной признаётся фиктивным и подлежит аннулированию, — сказала судья. — Елизавета Завьялова свободна. Мошкин Денис Андреевич по обвинению в похищении оправдан за отсутствием состава преступления. Дело закрыто.
Зал ахнул.
Тапкин вскочил.
— Это неправосудие!
— Садитесь, — сказала судья.
— Я буду подавать апелляцию!
— Подавайте. Но сейчас дело закрыто.
Тапкин посмотрел на меня.
— Ты ещё пожалеешь, — сказал он.
— Не пожалею, — сказала я. — Я свободна.
Он вышел из зала.
Хлопнул дверью.
Я посмотрела на Дениса.
Он улыбался.
— Мы победили? — спросила я.
— Мы победили.
Он обнял меня.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я тебя люблю.
— Теперь мы вместе. Навсегда.
— Навсегда.
Ксения подбежала к нам.
— Девочка моя! — она обняла меня. — Ты молодец!
— Это ты молодец. Ты не бросила меня.
— Я никогда тебя не брошу. Вы моя семья.
Мы обнялись втроём.
Зал опустел.
Только судья смотрела на нас.
— Будьте счастливы, — сказала она.
— Спасибо, — сказали мы хором.
Мы вышли из здания суда.
Солнце светило.
Птицы пели.
— Лиза, — сказал Денис.
— Да?
— Ты свободна.
— Я знаю.
— Что ты хочешь сделать?
— Поесть мороженого.
— Серьёзно?
— Я не ела мороженое год. Тапкин не разрешал. Говорил, что это для детей.
— Тогда поехали.
Он взял меня за руку.
Мы пошли к машине.
Ксения осталась на ступеньках.
— Вы идите, — сказала она. — Я вас догоню.
— Ты уверена? — спросила я.
— Уверена. Вы заслужили этот день.
— Спасибо, Ксюша.
— Не за что.
Она улыбнулась.
Мы уехали.
А она осталась.
Смотрела нам вслед.
— Будьте счастливы, — прошептала она.
И пошла в другую сторону.
Одна.
Но счастливая.
За нас.
Мы сидели в кафе.
Ели мороженое. Смеялись. Плакали.
— Денис, — сказала я.
— Да?
— Ты не боишься?
— Чего?
— Что Тапкин вернётся?
— Не вернётся.
— Откуда ты знаешь?
— Он проиграл. Он гордый. Он не будет возвращаться.
— А если вернётся?
— Тогда мы снова победим.
— Ты уверен?
— Я уверен в нас.
Он взял меня за руку.
— Лиза?
— Да?
— Выходи за меня замуж. По-настоящему. Без контрактов. Без сделок. Просто — по любви.
— Ты делаешь мне предложение?
— Да. Сейчас. Здесь. С мороженым в руках.
— А кольцо?
— Кольцо будет. Позже. Сначала — ответ.
— Да, — сказала я. — Да, я выйду за тебя замуж.
— Ты серьёзно?
— Я никогда не была серьёзнее.
Он поцеловал меня.
В кафе.
При всех.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я тебя люблю.
— Теперь мы будем вместе. Всегда.
— Всегда.
Она улыбнулась.
Он улыбнулся.
И они ели мороженое.
И строили планы.
На жизнь.
На любовь.
На счастье.
Которое наконец-то стало возможным.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...