Он контролирует каждый мой шаг. Телефон. Звонки. Сообщения. Друзей. Я в клетке. Золотой. Дорогой. Но клетке. Я пишу Денису письма. Каждый день. «Я люблю тебя. Я скучаю. Прости меня». Я не отправляю их. Он не должен знать. Не должен искать. Не должен страдать. Я спасаю его ценой себя. А он думает, что я предала. И это легче, чем правда.
Месяц после свадьбы тянулся как вечность.
Я жила в доме Тапкина. В золотой клетке.
Окна от пола до потолка. Вид на Москву-реку. Шёлк. Хрусталь. Дорогая мебель.
Но я чувствовала себя как в тюрьме.
— Елизавета, — сказал Тапкин за завтраком. — Сегодня ужин с партнёрами. Ты будешь присутствовать.
— Хорошо, — сказала я.
— Надень синее платье. Оно подчёркивает твои глаза.
— Хорошо.
— Ты будешь улыбаться.
— Хорошо.
— И не смей разговаривать с мужчинами.
— Хорошо.
— Ты можешь сказать что-то кроме «хорошо»?
— Хорошо.
Он усмехнулся.
— Ты издеваешься?
— Нет, — сказала я. — Я просто соглашаюсь. Это дешевле, чем спорить.
— Умная женщина.
— Я знаю.
Он встал.
— Я уезжаю на совещание. Вернусь к вечеру. Будь дома.
— А куда мне идти?
— Никуда. Ты моя жена. Твоё место здесь.
Он ушёл.
Я осталась одна.
Достала телефон.
Нет сигнала.
Тапкин заблокировал связь. Я не могла звонить. Не могла писать. Не могла выходить в интернет.
— Ксения, — прошептала я. — Если ты меня слышишь…
Но Ксения не слышала.
Я была одна.
В золотой клетке.
«ПИСЬМА, КОТОРЫЕ НИКТО НЕ ПРОЧИТАЕТ»
Я села за стол. Достала ручку. Бумагу.
Начала писать.
«Денис, здравствуй. Это моё первое письмо. Я не отправлю его. Ты никогда его не прочитаешь. Но я должна писать. Чтобы не сойти с ума.
Я люблю тебя. Я скучаю. Каждый день. Каждую минуту. Каждую секунду.
Ты жив. Это главное. Я знаю, что операция прошла успешно. Ксения сказала. Ты поправишься. Будешь строить дома. Будешь счастлив. Без меня.
Прости, что ушла. Прости, что не сказала правду. Прости, что сделала тебе больно. Я не могла иначе.
Я вышла замуж за Тапкина, чтобы спасти тебя. Он дал деньги. Двадцать миллионов. Твоя жизнь стоила двадцать миллионов. Я продала себя. Но ты жив. Это всё, что имеет значение.
Я не прошу прощения. Я не прошу понимания. Я просто хочу, чтобы ты знал: я люблю тебя. Всегда любила. И буду любить. Даже когда умру.
Твой Денис. Твоя Лиза. Твоя навсегда».
Я сложила письмо. Спрятала в шкатулку.
Там было уже тридцать писем.
Тридцать дней. Тридцать писем. Тридцать раз я говорила ему, что люблю.
Он не знал.
Он не знал ничего.
Он думал, что я предала.
И это было легче, чем правда.
«ДЕНИС»
Денис выписался из больницы через три недели после операции.
Он был здоров. Впервые за долгое время.
Врачи сказали: ремиссия. Надежда. Будущее.
— Вы можете жить нормальной жизнью, — сказал онколог. — Но наблюдайтесь регулярно.
— Спасибо, — сказал Денис.
— Вы кого-то ищете? — спросила медсестра, видя, как он оглядывается.
— Да, — сказал он. — Девушку. Мою невесту. Она подписывала документы. Она оплатила операцию.
— Я не знаю, кто это был. Анонимный спонсор.
— Это была она. Я знаю.
— Но её нет в списках посетителей.
— Она приходила ночью. Я чувствовал. Она стояла у моей кровати. Целовала в лоб. Уходила.
— Вам приснилось.
— Нет. Подушка пахла её духами.
Медсестра пожала плечами.
Денис вышел из больницы.
Сел на скамейку.
Достал телефон.
Набрал номер Лизы.
— Абонент недоступен, — сказал голос.
Он набрал Ксению.
— Алло, — сказала она.
— Ксения, это Денис.
— Я знаю.
— Где Лиза?
— Она уехала.
— Куда?
— Не знаю.
— Ты врёшь.
— Не вру.
— Она приходила ко мне в больницу. Ночью. Я чувствовал.
— Тебе приснилось.
— Не приснилось. Подушка пахла её духами.
— Денис…
— Где она?
— Я не могу сказать.
— Почему?
— Она не хочет, чтобы ты знал.
— Я люблю её.
— Она знает.
— Я хочу её вернуть.
— Не получится.
— Почему?
— Она замужем.
У Дениса остановилось сердце.
— Что?
— Она вышла замуж. За Анатолия Тапкина. Бизнесмена.
— За того, кто…?
— Да. За того, кто богаче.
— Зачем?
— Не знаю. Спроси у неё.
— Я не могу. Ты сказала, она уехала.
— Уехала.
— Куда?
— В Европу. В свадебное путешествие.
— Когда вернётся?
— Не знаю.
— Ты врёшь.
— Не вру.
— Я найду её.
— Не найдёшь.
— Найду.
Денис положил трубку.
Сжал кулаки.
— Я найду тебя, Лиза, — прошептал он. — И спрошу. Почему ты ушла. Почему вышла за другого. Почему спасла меня, если бросила.
Он встал.
Пошёл по улице.
Без цели. Без надежды.
Но с верой.
Он найдёт её.
Он узнает правду.
Даже если правда убьёт его.
Тапкин вернулся вечером.
— Ты сегодня писала письма? — спросил он.
— Откуда вы знаете?
— У меня камеры по всему дому.
— Вы следите за мной?
— Я забочусь о своей собственности.
— Я не собственность.
— Ты — моя жена. Это одно и то же.
— Вы не имеете права.
— Имею. Контракт.
— Контракт не даёт вам права читать мои письма.
— Я не читал. Я видел, как ты пишешь. Кому?
— Себе.
— Врёшь.
— Не вру.
— Если я узнаю, что ты пишешь ему…
— Что вы сделаете?
— Аннулирую оплату. Деньги вернутся. Он умрёт.
— Вы не посмеете.
— Посмею. Я — дьявол. А дьяволы всегда забирают своё.
Он ушёл.
Я осталась одна.
Сжала шкатулку с письмами.
— Я не отдам, — прошептала я. — Я не дам ему умереть. Я буду писать. Я буду молчать. Я буду терпеть. Он будет жить. Это главное.
Я спрятала шкатулку.
Легла в кровать.
Закрыла глаза.
Перед глазами был Денис.
Здоровый. Живой. Счастливый.
Без меня.
И это было лучше, чем смерть.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...