Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Евгений Гаврилов

Формула покоя: как хабаровская яма натолкнула меня на открытие

Середина апреля в Хабаровске. Это значит, что на градуснике +3, под ногами каша из прошлогодней листвы и того, что осталось от снежной зимы, дворники размазывают по стеклу уже не реагент, а какую-то первобытную взвесь амурской пыли. Еду не спеша, потому что спешить в такую погоду — неуважение к законам физики. И пока я объезжал яму, которая здесь, кажется, ещё с царских времён и несмотря на то, что её ежегодно уничтожают, перекрывают и закапывают, снова по весне возрождается, как феникс, в голову пришла мысль. Я вывел формулу счастья. Не того, которое в рекламе йогурта, а того, что позволяет дышать ровно, даже когда в известном мессенджере висит непрочитанное сообщение от бывшего одноклассника с предложением «встретиться, поностальгировать». Формула такова: Счастье — это отсутствие стыда за прошлое, стресса в настоящем и страха за будущее. Звучит как название тренинга в районном ДК, но давайте по пунктам. Пункт первый: стыд за прошлое. На днях в телефоне всплыло «Воспоминание 15 лет н

Середина апреля в Хабаровске. Это значит, что на градуснике +3, под ногами каша из прошлогодней листвы и того, что осталось от снежной зимы, дворники размазывают по стеклу уже не реагент, а какую-то первобытную взвесь амурской пыли. Еду не спеша, потому что спешить в такую погоду — неуважение к законам физики. И пока я объезжал яму, которая здесь, кажется, ещё с царских времён и несмотря на то, что её ежегодно уничтожают, перекрывают и закапывают, снова по весне возрождается, как феникс, в голову пришла мысль. Я вывел формулу счастья. Не того, которое в рекламе йогурта, а того, что позволяет дышать ровно, даже когда в известном мессенджере висит непрочитанное сообщение от бывшего одноклассника с предложением «встретиться, поностальгировать».

Формула такова: Счастье — это отсутствие стыда за прошлое, стресса в настоящем и страха за будущее.

Звучит как название тренинга в районном ДК, но давайте по пунктам.

Пункт первый: стыд за прошлое.

На днях в телефоне всплыло «Воспоминание 15 лет назад». Я стою на фоне Амура, причёска — короткий ёжик (она у меня с юности не менялась, ибо удобно), а на носу — узкие прямоугольные очки, за которыми глаз не видно. Выгляжу как персонаж, которого в корейском триллере вызывают для решения деликатных вопросов. Мне стыдно? Раньше — да. Раньше я думал: «Боже, ну почему я не носил нормальные оправы, как у людей?». А сейчас смотрю — и улыбаюсь. В этом весь и есть покой поколения: ты перестаёшь стыдиться того пацана в узких очках, потому что понимаешь — он и не думал выпендриваться. Он просто выбрал то, что не слетает с носа при хабаровском ветре. И ковёр на стене? Да, он был. В моей квартире, в которую мы въехали больше двадцати лет назад и до сих пор в ней живём. Ковра давно нет, а стыда за то, что он был, — тем более. Прошлое — это не музей позора, это склад стройматериалов, из которых ты построил свою нынешнюю башню из слоновой кости и ипотечной тишины.

Пункт второй: стресс в настоящем.

Вот тут я, признаюсь, долго был как белка в колесе от старого «Урала». Мне казалось, что если я не контролирую всё, то всё рухнет. Особенно, когда в доме растёт ребёнок. Но, товарищи, у меня новость. Дочь поступила в университет. Сама. Она отличница. Причём отличница не потому, что кто-то над ней стоял с ремнём и задачником по физике, а потому что ей самой интересно учиться. Она совершенно самостоятельна. Я не знаю, где её зачётка и какой у неё пароль от личного кабинета студента. И представляете? Стресс рухнул. Он лежит где-то под Амурским мостом вместе с остатками льда.

Я вспоминаю себя: в моём детстве папа раз в неделю ходил к классной руководительнице. Сейчас я звоню дочери, только чтобы спросить: «Ты не знаешь, куда делся соевый соус?». И в ответ слышу: «Пап, он на второй полке, на двери холодильника. Не мешай, у меня сессия». Настоящее перестало давить ровно в тот момент, когда я понял, что вырастил человека, который лучше меня ориентируется в этом мире. И теперь мой главный стресс — это выбрать, какое кино посмотреть вечером, чтобы не уснуть на пятой минуте.

Пункт третий: страх за будущее.

Мы, дальневосточники, вообще народ с особым отношением к будущему. Оно у нас то туманное, как апрельское утро над Амуром, то слишком конкретное: «Когда закончат ремонт дороги на проспекте?». Я долго боялся, что будущее наступит, а я в нём буду выглядеть нелепо. Что не смогу объяснить молодым, кто такой Виктор Цой и зачем мы слушали музыку на кассетах.

Страх ушёл, когда я перестал воспринимать будущее как экзамен. Дочь выучится, уедет, возможно, в Казань или ещё куда — и слава Богу, значит, всё сделал правильно. Я же останусь в нашей квартире, где двадцать лет уже каждая полочка прибита моей рукой. Буду сидеть у окна, смотреть, как в Хабаровске наступает лето, и носить свои узкие очки — просто потому, что мне в них комфортно. Не будет летающих машин? Да и фиг с ними. Зато не будет дедлайнов, родительских собраний и бессонницы от мыслей «а что, если?».

Я доел пельмени, вытер рот и понял: вот оно. Тишина. Никто не дёргает в известном мессенджере. В прошлом остался смешной парень с хорошим вкусом в музыке и странным в очках. В настоящем — самостоятельная дочь и тёплый пол в ванной. В будущем — просто следующий день, и я знаю, что справлюсь.

Ну, а пока, учусь жить без стыда, стресса и страха. Пока получается на твёрдую четвёрку. И это нормально.

Телеграм

Канал в МАХ