Свежие сигналы Минпромторга России, озвученные в том числе представителями ведомства, следует рассматривать не как декларацию политики поддержки отечественного производителя, а как указание на переход к модели жёсткой верификации происхождения продукции и усиления ответственности участников закупочного процесса. В сложившихся условиях правоприменительная практика демонстрирует смещение акцента с формального соответствия требованиям на проверку фактических обстоятельств производства и поставки товара.
Регулирование, основанное на положениях Постановления Правительства РФ № 719 и функционировании Реестра российской промышленной продукции (РРПП), в настоящее время приобретает качественно иное значение. Если ранее включение продукции в реестр воспринималось участниками рынка как достаточное условие для подтверждения её российского происхождения, то в текущей конфигурации РРПП рассматривается как юридически значимый источник сведений, подлежащих последующей проверке. При этом ключевым становится не только сам факт включения, но и поддержание актуальности реестровой записи.
Введённый механизм обязательной отчетности производителей об отгрузке продукции, включенной в РРПП, с установленным сроком представления сведений до 1 июля, влечёт автоматическое исключение соответствующих записей из реестра при нарушении данного требования. Правовое значение такого исключения заключается в утрате продукцией статуса российской. Соответственно, поставка товара по контракту, предусматривающему применение национального режима, при отсутствии действующей записи в РРПП на момент исполнения обязательств, квалифицируется как поставка товара, не соответствующего условиям закупки. Это, в свою очередь, создаёт для заказчика правовые основания для отказа в приемке и оплате, а также для одностороннего отказа от исполнения контракта. Для поставщика указанная ситуация сопряжена с риском включения в реестр недобросовестных поставщиков и наступления иных неблагоприятных последствий.
Наиболее существенные риски, однако, возникают в связи с практикой поставки иностранной продукции под видом российской с использованием реестровой записи. Подобные действия при наличии умысла на введение заказчика в заблуждение относительно страны происхождения товара могут образовывать состав преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ (мошенничество), поскольку связаны с получением денежных средств путём обмана. В случаях, когда такие действия носят системный характер, реализуются группой лиц либо хозяйствующими субъектами в рамках согласованной модели поведения, не исключается дополнительная квалификация по статье 178 УК РФ как ограничение конкуренции посредством заключения антиконкурентных соглашений. Таким образом, схемы, основанные на использовании «номинальных» производителей, формальном соблюдении критериев постановления № 719 без фактического производства, а также на подмене происхождения товара в цепочке поставок, попадают в зону повышенного внимания как антимонопольных, так и правоохранительных органов.
Дополнительным фактором усиления контроля является переход к активной модели постконтроля. Обозначенные Минпромторгом подходы предусматривают проведение выездных проверок, в том числе по обращениям заказчиков. Это означает, что проверке подлежит не только наличие записи в РРПП, но и фактическое наличие производственных мощностей, реальность производственного процесса, а также соответствие поставляемой продукции заявленным характеристикам. Введение механизма детализации сведений в РРПП, включая указание моделей, марок и технических параметров продукции, фактически исключает возможность формального соответствия требованиям реестра без фактической идентичности поставляемого товара заявленным данным.
Следует также учитывать риски, возникающие для заказчиков. В условиях трансформации РРПП в инструмент доказательственного значения принятие товара при отсутствии действующей реестровой записи либо при наличии признаков несоответствия происхождения продукции может повлечь претензии со стороны контрольных и надзорных органов, включая органы финансового контроля и прокуратуру. В зависимости от установленных обстоятельств действия должностных лиц заказчика могут быть квалифицированы как нецелевое расходование бюджетных средств, халатность, а при наличии доказательств осведомлённости о подлоге — как соучастие в мошенничестве. Таким образом, на заказчика фактически возлагается обязанность проявления повышенной осмотрительности при приемке продукции.
Отдельное значение имеет практика применения постановления Правительства РФ № 1875, регулирующего запреты и ограничения на допуск иностранной промышленной продукции. Существенный рост количества заявок на получение разрешений на поставку иностранной продукции свидетельствует о попытках участников рынка адаптироваться к установленным ограничениям, одновременно формируя массив данных, используемый государственными органами для выявления схем обхода и последующего реагирования.
В совокупности изложенное позволяет сделать вывод о том, что РРПП перестаёт быть формальным элементом закупочной процедуры и трансформируется в инструмент, имеющий самостоятельное правовое значение при оценке действий участников закупок. В этих условиях для бизнеса критически важно выстраивать внутренние механизмы контроля, направленные на обеспечение достоверности сведений о происхождении продукции, актуальности реестровых записей, а также соответствия фактически поставляемого товара данным, содержащимся в РРПП. Игнорирование указанных требований выходит за пределы административных рисков и при наличии соответствующих обстоятельств может повлечь квалификацию действий в уголовно-правовой плоскости.
Юлия Лещук - адвокат по картелям и антиконкурентным соглашениям.
Telegram: @Julia_Leshchuk