Те, кто говорят, что раз в год и палка стреляет, очень сильно заблуждаются – она стреляет намного чаще! Если это та палка, о которой мы сегодня с вами будем говорить…
Услышав об «огненной палке» XII века, любой представит нечто несерьезное, дымящуюся игрушку, способную напугать разве что воробьев.
Реальная же хроника рисует другую картину: внезапный грохот, ослепительная вспышка, облако раскаленных осколков, и многотысячная армия, которая до этого считалась непобедимой, бежит, сверкая пятками.
Ну что, вам тоже интересно, каким образом связка самого обычного бамбука и пороха смогла не просто напугать, а переломить ход многих сражений XII века? Если да, то давайте скорее разбираться в этом чудо-технике.
И начнем мы с того, что уже к 15 сентября 1132 года, когда армия чжурчжэней вплотную обложила Дэань, Чэнь Гуй имел уже устойчивую репутацию не военного, а администратора с незаурядным инженерным мышлением.
Пока враг стягивал к стенам передвижные осадные башни, «небесные мосты», он не сидел на месте и уж тем более не ограничился пассивной обороной. В это время тот перестраивал крепостные стены, выстраивал системы залпового огня из камнеметов и арбалетов, корректируя их с закрытых позиций.
Но все же главный козырь был еще впереди, его строили в мастерских города, в которых спешно собирали невиданное доселе оружие.
Осада шла не первый год. С 1127-го чжурчжэни не жалели ни сил, ни ресурсов: около семидесяти укрепленных лагерей вокруг города, сторожевые башни с флаговой сигнализацией днем и огневой ночью. «Небесные мосты» сооружали пленные плотники и кузнецы из окрестных деревень. Эти самые мосты были такими огромными, что подкатить такую махину к стене могли только несколько десятков человек.
Как понимаете, именно эта фаза штурма оставалась самой уязвимой. Разумеется, Чэнь Гуй это знал. В «Шоу чэн лу», «Записях об обороне городов», написанных им самим, зафиксирован приказ: изготовить двадцать длинных бамбуковых огненных копий. Судя по всему, таким образом было положено начало палкам, которые стреляют сильно чаще, чем раз в год…
Внешне оружие напоминало обычное копье. К древку была намертво примотана толстостенная бамбуковая трубка, это и был тот самый «хо цян». Трубку набивали не просто порохом, а утрамбованной смесью селитры, серы и убойной начинки из осколков керамики, фарфора, а иногда и из металлических шариков.
Ну что, как вам такое начало, такая начинка для палки?
Один конец наглухо запечатывали, с другого выводили фитиль. Ствол, чтобы не лопнул от давления газов, обматывали веревками или полосами сыромятной кожи. Да, эта манипуляция делала оружие тяжелее, зато оно было более надежно и долговечно. Из-за веса и длины, нередко это орудие составляло более двух метров с древком, такой «дробовик-огнемет» обслуживал расчет из двух бойцов.
Отметим и то, что ранний дымный порох XII века был далек от идеального соотношения. Пороховые составы эпохи Сун содержали около пятидесяти-шестидесяти процентов селитры, значительно меньше оптимальных семидесяти пяти, что, в свою очередь, делало смесь скорее зажигательной, чем метательной.
Осколки фарфора предпочитали камню: острее, да и в осажденном городе не дефицит. Выброс пламени и поражающих элементов составлял до трех метров. И, похоже, что это была и дальность, и прицельность, и все вместе взятое.
Таким образом, это было не дистанционное оружие и вовсе не то, что принято называть огнестрельным, скорее это была одноразовая машина ближнего ужаса, но выглядело эпично и устрашающе, тут точно не поспорить.
Стреляющие палки впервые пошли в дело, когда «небесные мосты» вплотную приблизились к стенам. Что тут еще сказать-то? Чэнь Гуй выбрал просто идеальный момент. По его приказу распахнулись западные ворота, и на врага понеслись быки с подожженной на хвостах паклей. Обезумевшие от боли животные врезались в ряды осаждающих, ломая строй. В этот самый миг из ворот выдвинулся отряд из шестидесяти копейщиков. В рукопашную они не шли, их задачей было поднести «огненные копья» на дистанцию выстрела и одновременно поджечь фитили. Враг, толкавший громоздкие башни, оказался в западне…
Именно тогда со стен и из ворот на них обрушился огонь. Защитники атаковали сверху и снизу, нанося удары и по платформам, и по носильщикам у их основания. Атакующие были отброшены назад.
После этого началось самое интересное – разбор полетов.
После битвы победители осматривали поле. Осколки фарфора, выброшенные из бамбуковых стволов, действительно пробивали вражеские доспехи, хроники фиксируют это как бесспорный факт.
Но ровно в то же время возникало весьма любопытное противоречие: количество реально павших на поле боя и тяжелораненых от этих осколков было несоизмеримо мало, чтобы объяснить паническое бегство целой армии. Что-то иное, невидимое, сломало волю противника.
Похоже, что то самое «огненное копье» под Дэанем выиграло не убойной силой и точно не эффективностью поражающих элементов. Всему виной грохот десятков одновременных выстрелов, ослепительные вспышки, токсичный дым и град раскаленных осколков, все это обрушилось на людей, которые не только никогда не видели ничего подобного, но даже не имели слов, чтобы описать происходящее.
Через столетие бамбук заменили металлом, и «огненное копье» превратилось в «ручную пушку» шоу чун. Через монгольские завоевания оружие попало на Ближний Восток и в Европу, став прародителем аркебуз и мушкетов. Но все же первый шаг с примотанной к древку бамбуковой трубкой был сделан именно там, в 1132 году, под стенами Дэаня.
Такая вот любопытная история, друзья. Ставьте палец вверх, если тоже поражаетесь сообразительности китайцев того времени, и если вам понравился мой сегодняшний материал.
На сегодня все. До скорого, друзья!