За четыре года Великой Отечественной войны было доставлено 10,7 миллиардов писем. «Треугольники надежды», как их называли, доставлялись через тысячи километров под вражескими пулями и в любую погоду. Полевая почта работала даже во время блокады Ленинграда и осады Севастополя. Всё это требовало отваги, мужества и героических усилий фронтовых почтальонов.
Письма из тыла на фронте были важны не меньше, чем боеприпасы или продовольствие. Они воодушевляли, поддерживали боевой дух, объединяли людей. Почтовые вагоны было предписано прицеплять ко всем видам поездов по первому требованию, в том числе и к воинским эшелонам.
Уникальный памятник и реальный прототип
Бронзовая фигура почтальона с винтовкой за спиной и связкой писем в руках установлена у здания Федеральной почтовой связи Воронежской области (Воронеж, проспект Революции, 25). Уверенный и устремлённый вперёд, спешащий доставить важную корреспонденцию для генералов и «треугольники надежды» для солдат. Герой Великой Отечественной, который не считал себя героем, а просто делал свою работу. Редкий памятник. На данный момент, это единственный памятник в мире, посвящённый фронтовым почтальонам.
Точные сведения про какие-то нормативы военных почтальонов и вес почты не сохранились, но они переносили по 15-20 кг за раз. Это была тяжёлая физическая работа, осложнённая фронтовыми условиями: обстрелами, бездорожьем, погодой. На передовую доставлялись не только письма, но и газеты, посылки, наградные листы.
У бронзового солдата-почтальона в Воронеже есть реальный прототип - ефрейтор Иван Исаакович Леонтьев, уроженец Курганской области, красноармеец 333-го стрелкового полка 6-й Краснознаменной стрелковой дивизии, защищавшей Воронеж летом 1942 года.
В мае 1943 года Леонтьев был награждён медалью «За боевые заслуги», в январе 1944 года родные получили от него последнее письмо, на тот момент он участвовал в боях под Никополем...
Памятник в Воронеже увековечил и легендарные письма-треугольники времён Великой Отечественной.
«Треугольники» и почтовые карточки
Писем была лавина, а конвертов не хватало. Поэтому от них отказались в первые же годы войны. Красноармейцы писали или на почтовых карточках, или на любой бумаге, которая была под рукой - даже на упаковках от еды. Лист складывали треугольником и закрывали на «клапан». Адрес писался на наружной стороне листа.
Письма не заклеивались - сначала их вычитывали спецслужбы, все «спорные места» вымарывались чёрными чернилами, а уже после этого ставился специальный штамп «просмотрено военной цензурой» и их доставляли адресату. Почтовая марка не требовалась.
Пожелтевшие от времени фронтовые письма, истончившиеся в местах сгибов, с поблёкшими штампами полевой почты и отметками военной цензуры до сих пор хранятся как драгоценные реликвии в семьях и музеях нашей огромной многонациональной страны - на Алтае, в Карелии, Башкирии, Калмыкии, Дагестане... Повсюду! Они, как огромная книга памяти, написанная простыми людьми в годы военного лихолетья.
Существует интернет-проект «Письма с фронта», который бережно хранит такие письма. Фото оригинала на сайте сопровождается полной расшифровкой текста. Некоторые читаешь, и до слёз...
Три письма с фронта
- Письмо было передано в музей Байкинской средней школы Республики Башкортостан семьёй Константина Павловича Гундорина из Уфы, погибшего через два месяца после его написания - 29.03.1943 года.
- «Здравствуйте, Таня! Получил от тебя открытку, спешу ответить. Взгляни на оборот и карточку, прочти и вспомни, нашу счастливую жизнь нарушил людоед Гитлер, но пусть он помнит, что мы его в прах разнесём. Ты, вероятно, слышишь радостные вести с фронта, это только начало, придёт время, и на нашей стороне будет праздник. Про себя: живу всё по-старому, жив-здоров, желаю тебе успеха в работе, пиши чаще и больше, кстати, как работает у тебя радио. Какая стоит у Вас зима. Передай привет всем, и товарищу Белоусову, что-то он мне не ответил на письмо, видимо, времени нет. Пиши чаще и больше. Крепко целую. 30-1-43».
- Письмо в Сталинабад (ул. Ленина, дом 5, кв. 65), адресовано Елене Тимофеевне Иванченко: «15.10.43 г. Привет! Милая, Лёлик. Не получаю от тебя писем в течение 10 дней, что очень меня беспокоит, зная о том, что у тебя ерундовское здоровье. О себе писать нечего, всё время в походах, всё гоним и гоним немцев, знаешь, как сейчас приятно читать сводку информбюро, везде, почти на всех фронтах бьют и в хвост и в гриву немецкую нечисть. Скоро будет два года, как я тебя не видел, из них полтора года на фронте всё старею, и если суждено будет по приезду к тебе, и на лбу будет тысяча и одна морщинка, но как ни странно, нет ни одного седого волоса, а по положению должны быть, всё это, конечно, ерунда, важно увидеть тебя. Что слышно от стариков из Сатино, как они живут? Целую, твой Василёк».
- «Письмо № 25» с легендарной датой «9 мая 1945 года», оно прислано из Кёнигсберга. От Константина Семёновича Кулагина - дочкам Светлане и Маргарите в Сызрань. «Здравствуйте милые и славные дочурки Света и Мира! Настал денёк золотой».
Всем мирного неба над головой! Ваш Душевный шагомер (Таня). Статья написана в рамках тематического проекта о единстве народов СССР в годы Великой Отечественной войны.