Ирод Агриппа ненавидел христиан. Но больше всего он ценил одобрение иудеев.
Прогуливаясь по узким улицам Иерусалима, царь заметил: где-то здесь скрывается новая секта. Они говорят о воскресшем плотнике, не почитают храм должным образом и даже крестят язычников.
Решив угодить толпе, Ирод начал с репрессий. Он приказал казнить самых видных христиан. Его выбор пал на Иакова, брата Иоанна — того самого Иакова, который видел преображение Христа, просил сесть по правую руку от Учителя и которому Иисус сказал: «Чашу Мою будете пить».
Ирод велел убить его мечом. В отличие от Стефана, которого побили камнями, или других, брошенных в темницу, меч обещал быструю и римскую казнь — отрубленную голову, скатывающуюся по пыльной земле.
Иаков не сопротивлялся. Вспомнив ночь в Гефсимании, когда все бежали, он теперь стоял спокойно. Меч опустился, и голова покатилась.
Ирод увидел, что это угодило иудеям. Старейшины улыбались, по городу прокатился одобрительный шёпот.
Наступали дни опресноков, когда Иерусалим наполнялся паломниками. Люди пекли мацу, резали агнцев, пели псалмы. Ирод решил использовать праздник, чтобы показать свою власть и заботу о чистоте веры. Священники были в восторге от предстоящего события.
Он отправил воинов, которые схватили Петра и заточили в самую глубокую и надёжную темницу. Четыре смены стражи по шестнадцать солдат каждые шесть часов. Две цепи сковывали Петра, спавшего между двумя воинами. Железные ворота и стража у каждой двери делали побег невозможным.
Ирод планировал вывести Петра на суд после Пасхи, а затем казнить, как Иакова, возможно, даже публично.
Но Ирод не учёл одного: церковь молилась.
Не шепотом, не сдержанно, а со слезами и верой. Самые близкие Петру люди собрались в доме Марии, матери Иоанна Марка, и молились с усердием.
У них не было ни армии, ни защитника. Оставалась только надежда на Бога.
Наступила ночь, и уставший в темнице Пётр уснул.
Человек, который завтра может умереть, спит. Он вспомнил, как Иисус спал в лодке во время бури. Веря в Бога, Пётр не поддавался панике. Он доверил свои заботы Господу.