Миров множество, и есть даже те, что отличаются на чуть совсем. После рассказа о том, что же такое коридор миров, у Юльки есть возможность выбрать. Она может пройти по мирам, вот только... надо ли ей это? А тем временем она узнает, и что случилось, и какие есть варианты. Она смотрит фильмы — и ленинградские, и юных защитников, она гуляет по Севастополю и задает вопрос, понятно какой.
"— Ты спасла жизнь своих родителей, создав этим мир, где у маленькой Юльки есть мама и папа, — вздыхает мама. — Можно было бы тебя туда, но будет ли это правильно?
— Нет, мама, я же подменю Юльку собой, так неправильно, — качаю я головой. — А то место, где мы только что были, это то самое?
— Нет, дочка, — мама улыбается. — В этом месте у Шевцовых дочка родилась позже. В сорок втором выкидыш случился из-за того, что нервничала хирург сильно, а вот в сорок четвертом вполне могла родиться Юлька. Хочешь?"
Совсем на чуть изменение, но еще и юные защитники. Очень хорошо понимает Юлька — это возможность поддержки, понимания тех, кто сам хлебнул войны. Да, тут считается, что сон они видели, да только узнают их. Товарища Сергееву ее командир узнала, и комиссар тоже. А навыки... А что навыки? Не думает Юлька об этом, она хочет оказаться там, где у нее мама и папа есть. Только...
"Подружки с родителями в отпуске, их дергать смысла нет, так что и не буду. Вздохнув, я встаю из-за стола, быстро помыв посуду. Выйдя из дома на Суворовском, двигаюсь вперед, под тенистыми каштанами, думая о сне, что мне приснился. Купаться не хочется, море зовет, но как-то иначе, не так, как обычно. И я иду медленно, пытаясь осознать — это был просто сон, вокруг меня мирный город, ничего плохого быть не может. Но я все равно к чему-то прислушиваюсь, как будто ожидаю плохого чего-то.
Кажется мне, что вот во сне я жила, а сейчас как раз сплю. И родители, и мирное небо мне просто снится, а скоро прозвучит команда и надо будет поднимать ребят — на катера грузиться или на баржи. Там, во сне, я одна была, только Сережа рядом был, да папа, но там-то у меня всех мыслей было — чтобы он жил. Ну вот, он жив, а я… я потерплю. Даже если не просто этот сон был, а как в фильме, который я недавно видела, все равно смогу я себя в руки взять. Ведь во сне я офицером была, а офицер морской пехоты — это не просто название такое. Тем более мы гвардейцами были, а это высокое звание."
Она с фронта только что. Только что она освобождала родной Севастополь и даже став двенадцатилетней, осталась и офицером, и... в бою. Она не видела Победы, хоть знает, что она была, не увидела свободным свой город, и не может принять мир. Тяжело очень с воспитанниками было. Юлька ребенок у нас, двенадцать лет всего, но при этом она не принимает свою детскость, а вот развитие мозга уже позволяет в нем уместить всю ее память. Но дело не только в память, ведь не подумавшая об этом Юлька не учла, что нужно понимание родителей задекларировать. Впрочем, Аня ведь это тоже не учла, правильно? Но тут проблема еще и в том, что у моряков нюансов больше. Справится ли наша Юлька? #процесс #цитатки #писательство
