Ну, слушай, братан, байка есть одна, от Петьки, он у нас тут на "Болотах" коренной, лет до хрена здесь прописался. Про ружьё он рассказывал, да не простое, а с вывертом, по-нашему, по-сталкерски.
Дело было, как он говорил, ещё до того, как "Припять" нормально зачистили, да и вообще, Зона ещё молодая была, живая, всякая дичь творилась. Стоял он как-то на вылазке, в районе старой фермы, где аномалии шипят, как раскалённые утюги. День, вроде, обычный, но предчувствие такое, что сейчас что-то будет. И тут, выходит он из-за развалины, а перед ним, никого, а в воздухе такое, знаешь, мерцание, дрожащее, как над костром.
"Эх", — говорит Петька, — " чувствую, что-то тут нечисто". Подходит ближе, а там, прям в воздухе, такая царапина, как будто кто-то небо порвал. И из неё, знаешь, разные такие штуковины вываливаются. Одна — как будто стекло, но гнётся, как резина, а другая — свет такой, что глаза слепит, и от неё мурашки по коже. Артефакты, короче.
И тут он видит — лежит неподалёку ружьё. ТОЗик вроде, но какой-то странный. Стволы длинные, будто из кости какой-то, а приклад — будто само дерево дышит. Подошёл он, взял в руки — холодное, тяжёлое, но такое, знаешь, родное. И главное: видит, что в затворе — не патрон, а такой, знаешь, маленький, блестящий кусочек. Что-то вроде "Пустышки", только поменьше.
"Ну, думаю", — Петька, — "раз такое дело, надо бы попробовать". Вставил он эту "Пустышку" в затвор, а ружьё, знаешь, загудело так, тихонько, будто внутри что-то проснулось. И тут, откуда ни возьмись, прямо перед ним, появляется такая, знаешь, пространственная дырка, как будто в другую реальность заглянул. И из неё — огромный, зелёный такой, жук-переросток выползает, лапами машет, как будто голодный.
Петька, не растерялся, прицелился. А ружьё, знаешь, само как-то повело, будто оно знает, куда целиться. Нажал на курок, а выстрел — не хлопок, а такой, знаешь, звук, как будто тысяча стёкол разом разбились, и такой поток энергии, что аж во рту всё пересохло. И жук этот, прям на лету, как будто растворился, просто в воздухе рассыпался.
"Вот тебе и прикол", — Петька, — "ружьё, которое не пулями стреляет, а аномалиями. А заряжать его надо, чтобы оно эти аномалии создавало, теми же кусками артефактов, что из них вываливаются. Хочешь, чтобы мутанта заархивировать? Заряжай "Пустышкой". Хочешь, чтобы гравитацию вывернуть — "Вывертом". А если надо, чтобы время замедлить — "Медузу".
Так и ходит, по его словам, это ружьё по Зоне, где-то его кто-то нашёл. Говорят, стреляет, как Петька рассказывал, но никто не видел, как его заряжают. Потому что, чтобы найти нужный артефакт, надо в самую гущу аномалий лезть, там, где даже верный автомат заест. А кто туда полезет, кроме психов и настоящих сталкеров? Вот такая вот байка, братан. Зона, она такая, знаешь, полна сюрпризов.