Париж 1890-х. Ночь. Огни кабаре «Мулен Руж» заливают бульвар розовым светом. Внутри — грохот музыки, визг, хохот, стук каблуков. За столиками — банкиры, поэты, журналисты, женщины с крашеными волосами. А в углу сидит человек с телом карлика и глазами гения. Он пьёт абсент, делает наброски на салфетке и улыбается. Он здесь свой.
Это Анри де Тулуз-Лотрек.
Он родился в старинном аристократическом роду, но выбрал жизнь среди проституток и танцовщиц. Он был болен и физически уродлив, но создал одни из самых живых и свободных образов в искусстве. Он умер в 36 лет от алкоголизма, но успел стать символом целой эпохи.
Как сын графа оказался в кабаре? Почему его считали гениальным? И как человек, который не мог ходить без палки, создал искусство, полное движения и энергии? Давайте разбираться.
Аристократ, который сломался в детстве
Анри де Тулуз-Лотрек родился в 1864 году в Альби, на юге Франции. Он был потомком старинного графского рода — его предки сражались в крестовых походах, а отец граф Альфонс носил шпагу и считал себя настоящим дворянином.
Детство Анри было счастливым до тех пор, пока в 13 лет он не сломал левое бедро, а через год — правое. Кости срастались плохо и в итоге ноги перестали расти. Тело осталось детским, торс — взрослым. Рост — 152 сантиметра. Ходить он мог только с палкой.
Это была катастрофа для аристократа. Охота, верховая езда, фехтование — всё, чем жил его отец, стало для сына недоступно. Разочарованный отец практически вычеркнул сына из своей жизни. Он просто не мог смотреть на урода, не способного продолжить род. Анри замкнулся, ушёл в себя. Единственным утешением оставалось рисование.
Он чувствовал себя чужим в аристократических гостиных, где на него смотрели или с жалостью или брезгливостью. Зато мать поддерживала его всегда. Она возила его в Париж к врачам, нанимала учителей, покупала краски.
Позже отец всё же заметил, что сын хорошо рисует. Он с облегчением отвёз его в Париж, в мастерскую Леона Бонна — популярного академиста. Потом Лотрек перешёл к Фернану Кормону, у которого уже учились Ван Гог и Бернар. Он учился упорно, почти одержимо. Копировал старых мастеров в Лувре, делал сотни набросков. Но настоящей школой для него скоро стал не Лувр, а парижское дно.
Монмартр: свобода, абсент и «Мулен Руж»
В 1884 году он снял мастерскую на Монмартре. Сначала на улице Турлак, потом на улице Мулен. В 1880-е годы Монмартр был не туристическим центром, а окраиной Парижа — дешёвой, грязной, свободной. Здесь жили художники, поэты, актёры, проститутки, анархисты. Здесь можно было пить всю ночь, петь, танцевать и не думать о завтрашнем дне.
Тулуз-Лотрек поселился на Монмартре и быстро стал своим. Он не стеснялся своей внешности, не требовал к себе особого отношения. Он просто приходил в кафе, садился в угол, заказывал абсент и рисовал. Сначала робко, потом всё чаще. Он обнаружил, что там на него не смотрят с ужасом. Танцовщицы, певицы, клоуны, сутенёры не обращали внимания на его внешность. Для них он был просто художник, который угощает выпивкой и рисует.
В 1889 году на Монмартре открылось кабаре «Мулен Руж». Это был не просто театр, а целый мир: танцы, пантомима, экзотические звери, музыка, алкоголь. Главной звездой была танцовщица Ла Гулю (Толстуха) — грубая, громкая, некрасивая, но невероятно энергичная и пластичная.
К этому времени Тулуз-Лотрек был уже довольно известным художником. Принимал участие в выставках. Владельцы «Мулен Руж» заказали Тулуз-Лотреку афишу. Афишу он сделал за несколько дней. На афише — Ла Гулю танцует канкан, задирая юбку. Никаких деталей, только силуэты, только движение, только острота.
Афиша имела бешеный успех. Их расклеили по всему Парижу. Публика была в восторге, критики — в шоке. Это было не искусство для гостиных. Это было искусство для улицы. До него афиши были скучными объявлениями. После него — произведениями графики.
Как он это делал?
- Плоскостность. Он отказался от перспективы. Фигуры на его афишах похожи на вырезанные из бумаги силуэты.
- Острота. Он выделял самое главное: лицо, жест, деталь одежды. Остальное было намёком.
- Цвет. Яркие, кричащие, неестественные тона — розовый, жёлтый, зелёный, чёрный. Они привлекали внимание с расстояния. Их было видно из далека.
- Шрифт. Он вписывал буквы в рисунок, делал их частью композиции.
Тулуз-Лотрек создал афиши для «Мулен Руж», потом для других кабаре, для певиц и танцовщиц. Его работы висели на бульварах, их срывали и коллекционировали. Он стал звездой, но остался своим на Монмартре.
Женщины, которых он рисовал без прикрас
Тулуз-Лотрек писал женщин. Но не идеальных, не красивых, не застывших в позах натурщиц. Он писал проституток, танцовщиц, певиц — в их домах, в гримёрных, в кроватях.
Его мастерская была на улице Мулен, рядом с борделями. Он жил среди женщин, завтракал с ними, спал, разговаривал, рисовал. Они доверяли ему, не стеснялись, не позировали. Они просто жили. А он рисовал их жизнь.
На картине женщины сидят на диване, ждут клиентов, разговаривают. Никакой эротики, никакого стыда. Просто работа.
Тулуз-Лотрек не осуждал, не романтизировал, не ужасался. Он жил рядом с ними. Он показывал жизнь как есть. В этом его честность и его величие. А они удивлялись сколько жизни и какая радость цвета скрывались в этом маленьком несчастном человеке
Абсент, алкоголь и угасание
Тулуз-Лотрек пил с детства. Сначала врачи советовали ему алкоголь для снятия боли. Потом он пил, чтобы забыть о своей внешности. Потом — просто потому, что пили все вокруг.
Его любимый напиток — абсент. «Зелёная фея» — крепкий, горький, почти наркотический. Его картины становились всё более нервными, линии — всё более резкими, цвета — всё более болезненными.
В 1899 году он попал в психиатрическую лечебницу. Там он рисовал по памяти — цирк, танцы, скачки. 39 работ за два месяца. Доктора признали: он не безумен, он просто гений.
Но через год он вышел и снова начал пить. В 1901 году, в возрасте 36 лет, он умер в замке своей матери от паралича, вызванного алкоголизмом.
Отец, который всю жизнь стыдился его, так и не приехал на похороны.
Что он оставил?
За 20 лет творчества Тулуз-Лотрек создал:
- 737 картин,
- 275 акварелей,
- 369 литографий (афиш),
- 5080 рисунков.
Это невероятная производительность для человека, который почти каждый вечер проводил в кабаре и пил.
Он повлиял на всех: на графику, на рекламу, на искусство плаката. Его стиль — резкий, угловатый, нервный — предвосхитил экспрессионизм. Его темы — ночная жизнь, окраины, социальное дно — открыли дорогу искусству XX века.
Что в итоге?
Анри де Тулуз-Лотрек — фигура уникальная. Он не вписывается ни в один стиль. Он не был ни импрессионистом, ни постимпрессионистом, ни символистом. Он был самим собой. Он был Лотреком. Он был художником ночного Парижа, кабаре, танцовщиц, проституток и абсента. И при этом — аристократом, который сознательно выбрал жизнь на дне. Его природный аристократизм вылился в сарказм, стремление отомстить за себя едкой сатирой, иронией — в одних случаях доброй, в других — злой и беспощадной. Анри де Тулуз-Лотрек выбрал жизнь на дне, потому что наверху ему было больно. Он не был счастлив, но он был свободен. Он не был красив, но он создал красоту. При жизни Тулуз-Лотрека были организованы его персональные выставки в Париже (1896) и Лондоне (1898)[. Критики в основном были настроены недоброжелательно. Признание к художнику пришло уже после его смерти.
Он говорил: «Я плачу, когда смеюсь, потому что внутри мне грустно». Эта фраза могла бы стать его эпитафией.
А что вы думаете о Тулуз-Лотреке и его искусстве? Что вам ближе: его афиши, его портреты танцовщиц или его рисунки проституток? Пишите в комментариях!
Подписывайтесь на канал «Искусство без скуки» и будете в курсе всех парижских тайн
#ТулузЛотрек #тайныпарижа #муленруж #постимпрессионизм #историяискусства #живопись #афиша #искусствобезскуки