Я приложила лазерную рулетку к колонне. Красная точка задрожала на лепнине, похожей на застывшие взбитые сливки. Пять метров сорок два сантиметра. Потолки в «Жемчуге» были выше, чем совесть моего мужа, и гораздо чище.
— Полина Аркадьевна, вы даже на собственном юбилее работаете? — Администратор в золотом жилете проплыла мимо, поправляя салфетки. — Гости уже в холле. Денис Викторович звонил, сказал, что задержится на пять минут. Просил начинать без него.
Я убрала «Лейку» в клатч. Рулетка легла рядом с помадой и запасными колготками. Профессиональная деформация — это когда ты не можешь просто зайти в зал и не прикинуть стоимость квадратного метра под чистовую отделку.
В зале было душно от лилий. Сорок гостей, мои коллеги из агентства, родственники из Бежецка, Витя с камерой. Мы с Денисом прожили двенадцать лет. Пятница, вечер, Тверь за окном залита серым октябрьским киселем, а здесь — праздник. Пятьсот тысяч рублей за банкет. Я копила их три месяца, откладывая с каждой оценки. Денис говорил, что у него «кассовый разрыв» на стройке. Бывает. Мы же семья.
Двери распахнулись. Денис вошел не один.
Он вел за руку девушку в платье цвета «электрик». Оно было таким коротким, что я невольно подумала: коэффициент износа здесь сто процентов, лоскут ткани едва прикрывал то, что обычно прячут от родственников из Бежецка. Денис сиял. Его зубы, отбеленные в прошлом месяце на мои премиальные, казались неестественно белыми в свете софитов.
— Дорогие друзья! — Денис перехватил микрофон у онемевшего ведущего. — Я решил, что сегодня — лучший день для честности. Поля, ты же всегда за правду, верно?
Я смотрела на красную точку от своей рулетки, которую случайно нажала в сумке. Она горела на его лацкане, прямо над сердцем.
— Это Инна, — Денис притянул девушку к себе. — Она остается. Я устал жить в архиве, Поля. Устал от твоих графиков, отчётов и вечного запаха пыльной бумаги. Инна — это жизнь. А ты… ты просто отличный специалист. Давай закончим это красиво. Иди домой, Витя тебя подвезет. Вещи я соберу сам, завтра.
В зале стало так тихо, что было слышно, как в углу холодильник «Атлант» захлебывается в попытке охладить водку. Витя не подошел. Он поднял телефон и начал снимать. Экран светился в темноте зала как маленький предательский маяк.
Инна поправила лямку. Она смотрела на меня с вызовом, но в ее глазах я видела только одно: она уже прикинула стоимость моих жемчужных сережек.
Я не плакала. Я просто почувствовала, как в клатче нагревается рулетка.
— Ресторан оплачен до полуночи, — сказала я. Голос был чужим, как будто я зачитывала акт осмотра разрушенного фундамента. — Ешьте, гости дорогие.
Я развернулась и пошла к выходу. У дверей стоял мужчина в дешевой куртке. Олег. Я знала его пять лет — он работал в отделе взыскания банка, которому я поставляла отчеты. Олег мял в руках папку.
— Полина Аркадьевна, — прошептал он, оглядываясь на Дениса, который уже разливал шампанское Инне в бокал. — Я к нему. Он трубки не берет. Тут уведомление… досудебное. По основному объекту.
— Дай сюда, — я протянула руку.
— Не положено, — Олег замялся.
— Олег, я этот объект оценивала три года назад. Я знаю там каждую трещину в стене. Дай папку.
Он протянул. Я открыла первую страницу. Черные буквы прыгали перед глазами. Денис взял кредит под залог нашей квартиры. И под залог своей недостроенной автомойки. И еще один — потребительский, на «развитие». Общая сумма была такой, что даже если мы продадим почки всех присутствующих в зале, нам не хватит закрыть проценты за квартал.
Денис в центре зала что-то шептал Инне на ухо. Она смеялась, запрокинув голову.
— Полина Аркадьевна, вы в порядке? — Олег тронул меня за локоть.
Я закрыла папку.
— В полном, Олег. Иди к нему. Он сейчас очень добрый. Всем подарки раздает.
Я не ушла. Я вернулась к нашему столу. Денис увидел меня, нахмурился.
— Поля, я же просил. Не порть вечер. Мы с Инной хотим провести его в мире.
— Конечно, Денис Викторович. — Я положила папку рядом с его тарелкой, прямо на салат «Цезарь». — Тут Олег из банка пришел. Хочет поздравить тебя с юбилеем нашей совместной жизни. Инна, кстати, платье отличное. Цвет такой… дефицитный. Жаль, что в описи имущества он будет значиться как «синий, б/у».
Инна перестала улыбаться. Она посмотрела на папку, потом на Дениса.
— Деничка, что это?
— Ерунда, малыш. Поля просто злится. — Денис попытался смахнуть папку со стола, но я прижала её ладонью.
— Это не ерунда. Это уведомление о начале процедуры изъятия залогового имущества. Квартира на Советской, Денис. И та машина, на которой ты привез Инну. И даже этот банкет. Кстати, администратор!
Золотой жилет материализовался мгновенно.
— У Дениса Викторовича возникли временные трудности с безналичным расчетом. Последний транш за ресторан, те двести тысяч, которые вы ждете к десяти вечера… Он их не заплатит. У него счета заблокированы еще сегодня в полдень.
Администратор побледнела синхронно с Инной. Денис вскочил.
— Ты что несешь?! Я всё порешаю! У меня контракт с «Северсталью» завтра подписывается!
— «Северсталь» не подписывает контракты с теми, у кого три исполнительных листа в ФССП, — я достала телефон и открыла сайт приставов. Я проверяла его сегодня утром по работе — искала одного подрядчика. И наткнулась на знакомую фамилию. Думала — однофамилец. Ошиблась. — Смотри, Денис. Это ты. И это ты. А вот это — тоже ты.
Я показала экран гостям. Тетя Люба из Бежецка надела очки. Витя поднес камеру вплотную к телефону.
— Поля, ты… ты сука, — Денис тяжело дышал. — Ты решила мне праздник испортить? Из-за бабы? Да я для тебя…
— Ты для меня ничего не делал последние два года, Денис. Ты просто красиво стоял в кадре на мои деньги. Инна, вы же любите жизнь? Наслаждайтесь. Сегодня — за мой счет. А завтра… завтра выселение. По закону у вас есть тридцать дней после решения суда. Но Олег говорит, что банк хочет ускорить процесс.
Я повернулась к Олегу. Тот стоял, втянув голову в плечи.
— Олег, вручай под подпись. Свидетелей тут — сорок человек. Витя, ты снимаешь? Молодец. Скинь мне потом, для юриста.
— Какого юриста? — Денис схватил Олега за грудки. — Ты кто такой? Пошел вон отсюда! Это частная вечеринка!
— Частная вечеринка заканчивается там, где начинаются долги перед государством, — я взяла со стола свой бокал с соком. — Инна, совет. В этой квартире в спальне под плинтусом у окна — грибок. Денис его закрасил перед вашим приходом. Не дышите глубоко, это вредно для легких.
Я допила сок. Поставила бокал. Он был липким.
— Полина! — закричал Денис мне в спину. — Ты никуда не пойдешь! Мы не договорили!
— Мы договорили три года назад, когда ты взял первый кредит без моего ведома. Просто я только сегодня отчет закончила. Оценка объекта завершена, Денис. Ликвидность — нулевая.
Я вышла из зала. В холле администратор уже громко требовала у Дениса наличные. Инна что-то кричала про испорченный вечер и про то, что она «не подписывалась на приставов».
На улице дождь стал гуще. Я стояла под козырьком «Жемчуга». Сняла туфли — ноги гудели немилосердно. Босиком по мокрому асфальту было даже приятно. Холодно, зато честно.
Машина Вити притормозила рядом. Он опустил стекло.
— Поль, ну ты даешь. Реально всё заберут?
— Всё, Витя. Даже микроволновку.
— Жестко ты с ним.
— Я просто перестала дорисовывать ему нули в ведомости. Он всегда стоил ровно столько, сколько сейчас — один пустой банкет в долг.
Я села на заднее сиденье. Достала рулетку. Нажала кнопку. Красный луч уперся в спинку переднего сиденья. Сорок сантиметров до свободы. Почти идеальный результат.
Если история тронула — подпишитесь. Каждый день новые истории.
