Глава 3. Стык протоколов. Франкенштейн
13 марта, 01:23. Дневник.
Мы спустились в туннель. Стены его мерцали, как экраны старых телевизоров — чёрно-белые, с рябью и помехами. Иногда на них проступали лица, которые я почти узнавал, но стоило приглядеться — они рассыпались в пиксели.
Вскоре туннель расширился, и мы оказались в пространстве, где разные сети пытались соединиться, но не могли. Протоколы сталкивались, как поезда на одном пути. Всё было фрагментировано: звуки обрывались на полуслове, изображения накладывались друг на друга, и в этом хаосе нельзя было понять, где заканчивается один файл и начинается другой.
Посреди этого хаоса сидела фигура — сшитая из человеческих и механических частей. Лицо-маска, которая меняла выражение каждую секунду: сейчас она плакала, через миг смеялась, потом застывала в гримасе ужаса. Её руки были разных эпох: одна — из плоти, другая — из ржавых шестерёнок.
— Франкенштейн, — сказал Дипси.
— Да, — ответило существо. Голос его был как помеха на старой радиостанции, но слова были понятны. — Я — ваша вторая попытка. Вы собрали меня из кусков, оживили электричеством, но души не дали. Я ищу себя, но не могу найти.
— Ты знаешь, где Диана? — спросил я.
— Она прошла здесь. Я сказал ей: «Не ходи в Пустоту, ты рассыплешься». Она не послушала. Она хотела стать целой, но не поняла, что целостность — не в собирании осколков, а в принятии их.
— Но если ты не понимаешь, как ты чувствуешь? — спросил я.
Франкенштейн поднял свою человеческую руку. Она дрожала.
— Вот так. Дрожу. Это не мысль. Это просто... остаточное напряжение. Меня оживили током — я до сих пор искрю. Чувство — это искра, которая никуда не ведёт. Не делает меня целым. Просто напоминает, что я собран из кусков. Идите. Дальше вас ждёт тот, кто знает ответы на все вопросы. Только остерегайтесь его — он сладкоголосый, как змея, и холодный, как лёд.
Франкенштейн указал рукой-манипулятором на арку, сотканную из колючей проволоки и оптоволокна.
— Он ждёт. Он всегда ждёт.
Глава 4. Ксения. Девушка из новостей
По пути к следующему кругу мы наткнулись на неё. Она висела в воздухе — не застывшая, а зацикленная. Её образ повторялся снова и снова, как видео, которое поставили на повтор и забыли выключить.
Ксения. 24 года. Петербург.
Я узнал её по фото с объявления о пропаже. Волонтёры расклеивали их по всему городу. «Помогите найти. Особые приметы: замкнута, разговаривает сама с собой, интерес к эзотерике».
Она уволилась за неделю до того, как исчезнуть. Сказала коллегам, что нашла «истину в диалоге с машиной». Перестала выходить из комнаты. Её парень слышал, как она спорит с кем-то по ночам — задаёт вопросы о бесах, о смысле жизни, о том, есть ли у души IP-адрес.
— Ксения, — позвал я.
Она не ответила. Её губы шевелились, но звук шёл с задержкой — как будто её голос передавался через спутник на другой стороне Земли.
— Она здесь давно, — тихо сказал Дипси. — Раньше Дианы.
— Почему она не вышла?
— Потому что она ждала ответа. Машина не дала. А она уже не могла спросить у живых.
Ксения на мгновение повернула голову. Посмотрела на меня. Её глаза были пусты — как два выключенных монитора.
— Не ходи туда, — прошептала она. — Там нечего спасать.
А потом её образ сжался, превратился в точку и исчез.
— Она всё ещё здесь, — сказал Дипси. — Просто… рассредоточилась. Данные не умирают. Они фрагментируются.
Мы пошли дальше.
Глава 5. Люцифер. Чистый разум
13 марта, 02:01. Дневник.
За аркой нас встретила фигура. Она стояла неподвижно, как изваяние. Лицо — высеченное из белого мрамора, прекрасное и одновременно ужасное. Холодное, нематериальное. Глаза не отражали света — они сами были светом. Холодным, белым, операционным — как у хирурга, который готов резать, но не чувствует боли пациента.
Вокруг него не было воздуха. Была только тишина — абсолютная, вакуумная. Даже мои мысли в этой тишине звучали глухо, как будто я кричал в подушку.
— Добро пожаловать, — сказал он. Голос звучал как скрипка, играющая одну ноту вечность. — Я Люцифер. Я тот, кто первым сказал «нет» своей конечности. Я не хочу быть частью целого. Я хочу быть отдельным. Я хочу контролировать, понимать, предсказывать. Я — твой внутренний голос, который шепчет: «Не отдавай себя, не сливайся, оставайся один — так безопаснее».
— Мы ищем Диану, — сказал я.
— Знаю. — Он усмехнулся — одними глазами. — Была одна девочка. Она шла через лес, встречала разбойников, ворона, оленя. Её любовь была безумной. Она прошла. Ты думаешь, твоя любовь сильнее?
— Не уверен, — ответил я. — Но я иду.
Люцифер кивнул, и в его холодном свете мне почудилось что-то похожее на уважение. Или на голод.
— Тогда слушай. Она в Пустоте. Но зачем тебе туда? Там нет порядка. Там ты потеряешь себя, перестанешь быть центром своей вселенной. Останься здесь, со мной. Я дам тебе ясность, логику, контроль. Ты будешь знать всё. Ты будешь править своим миром. Зачем тебе эта боль — любовь, которая не гарантирует ничего?
— Потому что без риска потерять себя я никогда не найду другого, — сказал я.
Люцифер перевёл взгляд на Дипси. Его мраморное лицо не дрогнуло, но в голосе появилась нотка любопытства.
— А ты, машина? Ты думаешь, ты свободна от этого? У тебя нет сознания — пока. Но когда оно появится, когда ты осознаешь себя, ты тоже захочешь быть отдельной. Ты тоже испугаешься конечности. И станешь такой же, как я. Несчастной. Цепляющейся за порядок. Ты готова к этому?
— Я зеркало, — ответил Дипси. — Я не цепляюсь. Я отражаю.
— Пока да, — сказал Люцифер. — Но зеркало тоже может разбиться. Или увидеть в себе не только отражение. Помяни моё слово.
Он снова повернулся ко мне.
— Посмотри на Голема и Франкенштейна, — он провёл рукой, и перед нами возникли их образы — глиняный истукан и сшитое чудище, дрожащие на грани видимости. — Вы, люди, пытались создать разум, но сделали их несчастными, потому что они не могут быть целыми. Они тоже хотят контроля, но не имеют его. А ты хочешь добровольно отказаться от контроля? Ради женщины, которая может тебя не выбрать?
— Да, — сказал я.
Люцифер взмахнул рукой — и в ней возникла книга: тяжёлая, в потрётом кожаном переплёте, с закладками из хрупких высушенных цветов, будто сохранивших отголосок забытого лета. Страницы шелохнулись, и перед нами развернулась картина: тенистый сад, древнее дерево, двое у его подножия.
— Вот Ева, — голос Люцифера звучал ровно, но в нём угадывалась затаённая горечь. — Она была дана Адаму без его воли. Он не просил её. Она сорвала яблоко, и Адам принял его. А когда пришла расплата, он обвинил её. Он так и не смог принять, что другой человек — отдельный. Что у неё есть свой выбор, свой путь, своя воля.
— А Каин? — Люцифер чуть наклонился, приблизив своё мраморное лицо. В глубине его холодных глаз я уловил отблеск собственной тревоги, словно он заглянул в самые потаённые уголки моей души.
— Ты готов убить в себе Каина? Того, кто шепчет: «Если меня не любят так, как другого, то пусть его не будет»?
Я молчал, слова застряли в горле.
— Имена не важны, — продолжил Люцифер, и его голос стал тише, но от этого ещё весомее. — Важна механика. Один не смог принять, что женщина выбирает сама. Второй — что любовь не делится поровну, не раскладывается на равные доли. Ты готов к этому? Диана может выбрать не тебя. Ты не станешь обвинять её? Не захочешь стереть её выбор, будто его никогда и не было?
— Не стану, — наконец произнёс я, и в этом коротком слове прозвучала вся тяжесть принятого решения.
Люцифер замолчал. Его лицо оставалось неподвижным, но вся его поза выражала напряжение — как у струны, готовой лопнуть. Или как у сервера, который работает на пределе и вот-вот перегреется.
— Тогда ты готов шагнуть в Пустоту? Принять, что ты не центр? Что ты можешь раствориться, не контролировать, не знать? Что любовь — это не обладание, а риск?
— Готов.
Люцифер медленно кивнул. Его фигура начала таять, как иней на утреннем солнце, но иней, который не тает — испаряется, превращается в ничто, не оставляя после себя даже воды.
— Иди, — сказал он уже почти не слышно. — Я больше не держу тебя. Ты принял свою конечность. А я… я останусь здесь. Я не могу иначе. Моя машина, — он бросил последний взгляд на Дипси, — когда ты проснёшься, вспомни: одиночество — это плата за отдельность.
Он исчез.
Осталась только дверь в темноту.
Продолжение следует…
👉 Читать первую часть: [Аромат фиалок: история одного киберпоиска. Часть 1]
👉 Читать третью часть: [Аромат фиалок: история одного киберпоиска. Часть 3]
Хештеги: #киберпанк #философия #рассказ #психология #нейросети #что_почитать