Выбирал между честью, совестью и – любовью.
Ну а как еще можно это расценивать?!
Они мне ясно дали понять: хочешь помочь ей, тогда должен делать то, что мы скажем…
А что они скажут, мне хорошо известно. Это значит и дальше участвовать в их лаже, аферах, интригах, в общем во всем, что мне уже вконец омерзело. Думал, уйти от всего этого, зажить достойно, без жульничества – но нет, видно, не судьба. Знают мое слабое место: что я из-за нее на всё решусь, хоть в дерьме весь измажусь, лишь бы ее не терять…
Вообще-то, конечно, приятненько, что тебя так ценят: твои мозги, креативность… Да я и сам, признаться, это дело люблю, что-то такое сверх-хитроумное придумывать: для меня клёвая мысль ценнее всяких там моральных кодексов…
Когда изнутри что-то гениальное, сногшибательное прет, тут уж, прямо скажу, не до совести: хорошо это или нехорошо, кому от этого польза и т.п…
Польза мне – дать волю своему дару, блеснуть, удивить, и не столь важно, какой он у тебя, этот дар: добренький или злой… Тем более что порой и разобрать трудно, что тут за масть.
Перед взлетом мысли, вдохновением – всё отступает.
Да и реальность подсказывает: злых гениев в нашем мире, пожалуй, даже поболее, чем сеятелей так называемого доброго, вечного… А вот почему так? – это вопросы к небу.
Поэтому не стоит, наверное, их злить своей старомодной принципиальностью, капризничать, а выполнять, что поручат. Придавать хоть какой-то смысл, логику их глупостям, несуразностям, какую-то гуманность – их жестокостям, лоск – их серости… Это ведь тоже немаловажно – хоть как-то сдерживать их в их же рядах...
А быть не у дел, носиться со своими принципами, стать изгоем или простым, пусть даже высоконравственным, почтальоном – это не для меня.
На это я даже ради любимой женщины не согласен.