В прихожей Татьяна сперва устало опустилась на пуфик, посидела так немного, с закрытыми глазами, стараясь вытянуть гудевшие ноги. Сегодня она опять осталась в магазине во вторую смену. Тяжело, конечно, весь день на ногах, но лишний рубль не помешает, дочка растёт, уж школу заканчивает, столько всего нужно, и приодеться хочется и про институт думать надо. Будет, конечно, стараться на бюджет поступить, но кто его знает, как там выйдет. При мыслях о дочери, Татьяна сообразила, что дома слишком тихо, да и свет не горит. Тихонько заглянула в комнату, Катя видимо спала, отвернувшись к стене. Устаёт, последнее время рано спать ложиться, толком и не видятся, то Татьяна поздно с работы придёт, Катя уже спит, то рано на работу уходит, Катя ещё спит. Татьяна вздохнула и пошла на кухню, чаю выпить, да тоже спать. На следующий день ситуация повторилась. «Не заболела ли?» - встревожилась Татьяна, но будить дочь не решилась, завтра со второй смены, утром и спросит.
- Не болею я. Беременная. Аборт делать поздно. – Резко, с надрывом ответила Катя, на расспросы матери и, плюхнувшись на стул, зарыдала, уткнувшись лицом в руки.
«Беременность? Так ведь ей семнадцать ещё. А как же школа, институт. Да кто отец, в конце концов? У Кати ведь и парня не было. Или она, Татьяна, совсем ничего не замечала, пропадая на работе?» - В голове за секунду пронеслось множество мыслей. Но Татьяна спохватилась и поскорее обняла дочь, чтоб та успокоилась. Катя долго всхлипывала на плече у мамы, а Татьяна всё гладила её по голове, нашёптывая что-то на ухо. Казалось бы, ещё вчера она так утешала дочку, когда та расшибла колени, побежавши за мячом во дворе. «Маленькие детки, маленькие бедки. – Вспомнила Татьяна присказку. – Да что уж теперь, надо как-то ситуацию решать».
- Отец-то знает? – Тихонько спросила она дочь, когда та перестала всхлипывать
- Знает. Но слышать ни чего об этом не хочет. Я уже всё решила: отказную напишу. – Твёрдо сказала Катя.
- Как это? Ты что хоть такое удумала? – Всполошилась Татьяна.
- Так это! – Катя соскочила со стула. – Или ты думаешь, я хочу свою жизнь так же как ты угробить? Ты ведь меня рано родила, сама говорила, что из-за этого и институт не окончила. Вкалываешь теперь продавцом по две смены за копейки. Молодая ещё, а выглядишь, как старуха. Я так не хочу! – Зло выкрикивала она, расхаживая по кухне.
- Да, институт не окончила. Да, вкалываю за копейки. И выгляжу, может быть, как старуха. – Тихо согласилась Татьяна. – Но о твоём рождении ни дня в жизни не жалела. – Уже громко и уверенно добавила она. – Мы с отцом хоть и молодые были, и не были тогда готовы, но оба радовались, когда поняли, что трое нас скоро будет. Любили друг друга, и тебя любили. – Катя не дала матери договорить:
- У меня хоть отец был. А этот ребёнок своему отцу не нужен. И мне не нужен, в таком случае. – Сказала она, и губы её снова задрожали.
- Так ведь твой ребёночек-то, кровиночка. – Не отступала Татьяна. Катя слушать не стала, хлопнув дверью, закрылась у себя в комнате.
Татьяна, оставшись на кухне, вздохнула: нет, не допустит она такого, никаких отказных. Ничего, ничего, это сейчас дочка напугана, растеряна, но она рядом, вместе справятся. – Думала женщина, вспоминая, как сама испугалась, поняв, что ждёт ребёнка. Чуть старше была, первый курс, Павел, отец Кати, на втором. Таня всеми силами старалась, чтоб поступить, чтоб общежитие дали, чтоб только вырваться из скособоченного уже деревенского дома, куда вечно пьяная мать каждые пять лет приводила нового отчима, такого же забулдыгу. Родители Павла только выдохнули, когда сын поступил учиться в соседний город – одним ртом меньше. Кроме него в семье было ещё пятеро младших детей. Так и потянулись две обделённых любовью и заботой души друг к другу. Мечтали, встанут на ноги, будет у них крепкая и дружная семья, дети, конечно же. Вот только ребёнок решил появиться раньше, чем они на ноги встали. Татьяна плакала, признавшись Павлу, а он обрадовался так, подхватил её, закружил, обещал, что справятся, что всё хорошо будет. Он тогда работать пошёл. «Учиться никогда не поздно. На заочном потом доучусь» - сказал. Надо было теперь обеспечивать семью. Татьяна тоже думала, вернётся ещё к учёбе, а пока погрузилась в материнство. На дочку они оба нарадоваться не могли. И хоть жили скромно, но были счастливы. Павел возвращался с вечерней смены, какие-то пьяные отморозки то ли ограбить решили, то ли просто развлечься. Он умер в больнице, не приходя в сознание. Первая седая прядка тогда у Татьяны появилась за одну ночь. Тёмные круги залегли под глазами, но была Катя, так похожая на своего отца, и было ради чего жить. На одно пособие не проживёшь, а помощи ждать было не от кого: родители Павла и слышать не хотели о невестке и внучке, своих проблем хватает, Танина мать спивалась всё больше. Татьяна крутилась как могла, тяжело было, но дочку старалась ни в чём не ущемлять. Когда Танина мать умерла, дом совсем пришёл в негодность, зато были желающие прикупить землю в деревне на свежем воздухе, под загородные коттеджи. Таня продала, и внесла первый взнос за квартиру. Катя уж тогда в школу ходила, посамостоятельнее была, можно было дополнительные смены брать, зато жильё своё будет, а то всё по съёмным кочевали. А теперь так получается, что упустила Татьяна что-то в воспитании дочери, пропадая на работе по пятнадцать часов. Татьяна снова вздохнула: ничего, справятся.
Но Катя всю беременность стояла на своём: откажусь. И когда Татьяна заводила разговоры, сколько всего нужно приготовить для ребёнка, Катя твердила: «Ребёнка не будет. Отец его гад и трус. Не хочу, чтобы что-то напоминало о нём, и тянуть всё на себе тоже не собираюсь». Кто отец она не признавалась, да Татьяна и не настаивала. Такой же поди мальчишка ещё, тоже испугался. Главное она рядом, справятся. Живот долго не округлялся, поэтому за свободными платьями и рубахами, никто и не заметил, Катя спокойно сдала экзамены в школе и подала документы в ВУЗ. Татьяна поддержала:
- Выкрутимся как-нибудь. Я вечерние смены брать буду. Ты на учёбе, я с малышом и наоборот. – Оптимистично строила она планы по воспитанию внука, уже сказали, что будет мальчик, но Катя только хмурила брови и твердила про отказную. «Ничего, вот родит, возьмёт на руки, глянет на крохотное личико и оттает» - надеялась Татьяна.
В тот день Татьяна забыла дома телефон, хорошо хоть сегодня только первая смена. Домой она возвращалась в приподнятом настроении, выбрав в магазине самый вкусный торт. Сегодня у Кати день рождения, восемнадцать. Отмечать дочь не захотела, она теперь общалась с подругами только изредка по телефону, скрывая беременность, ну ничего, посидят вдвоём, по-семейному. Кати дома не было. Татьяна взяла телефон, чтоб позвонить дочери. На экране светилось десять пропущенных, все от Кати.
- Мама, началось. Я в больнице. Приезжай скорей, мне страшно. – Выпалила Катя, когда Татьяна перезвонила.
«Как началось? Ещё ведь через месяц» - пронеслось в голове у Татьяны, когда она уже торопилась к выходу.
- Здравствуйте, Екатерина Синицына здесь живёт? – Выбегая из квартиры, Татьяна буквально столкнулась с каким-то мужчиной.
- Здесь. Но её нет дома. – На автомате ответила она. Потом остановилась и внимательно посмотрела на мужчину. – А вы, вообще, кто?
- Меня Сергей зовут. Новиков Сергей Александрович. Екатерина беременна от моего сына. Вы мама, насколько я понимаю? – Объяснил он.
- Мама. – Кивнула Татьяна. – А вы значит папа? Что же вам надо? И где же ваш сын, отказавшийся от родного ребёнка? – Она почувствовала, как всё внутри закипает, но спохватилась. – Хотя какая сейчас разница. Началось, на месяц раньше, мне надо в больницу. – Оставив мужчину у дверей, Татьяна поспешила по лестнице.
- Я на машине. Поедем вместе. – Догнал он её.
- Ну и где же ваш сын? Зачем вы пришли? – Уже в машине снова спросила Татьяна.
- Глеб погиб месяц назад. Я ничего не знал о Кате, о ребёнке. – Начал он. Было видно, что ему тяжело, но он старался подавить волнение и внимательно смотрел на дорогу. – Наверное, я был не лучшим отцом. Мама Глеба умерла, когда он был подростком. Я много работал, чтоб заглушить боль, да и бизнес всегда требует внимания. Я не понимал, что это внимание нужно уделять сыну. Думал, я ведь его всем обеспечиваю, и этого хватает. Он совсем отбился от рук, забросил учёбу, постоянные тусовки, алкоголь. Когда я спохватился, он уже не хотел меня слушать. Месяц назад моё терпение лопнуло, я отправил его к матери в деревню. Решил, что там без этой своей компании, без тусовок, он задумается о жизни. Но, увы, он и там нашёл таких же друзей. Пьяные они угнали машину и перевернулись с моста. Глеб не выжил. – Сергей вздохну, и Татьяна увидела, как побелели костяшки на его пальцах, крепко держащих руль. – Только потом в его телефоне я нашёл переписку с Катей. Она писала ему, что беременна, а он… Он отвечал ей, что ему это всё не нужно, чтоб решала свои проблемы сама. – Он ещё раз вздохнул и повторил. – Наверное, я был плохим отцом. Но я хочу стать хорошим дедом. Если позволите. – Сергей посмотрел на Татьяну, глаза были влажными, но он постарался улыбнуться.
Татьяна ещё переваривала услышанное и не нашлась, что ответить.
- Приехали. – С облегчением сказала она и поспешила к входу в больницу.
- Поздравляю, бабушка. – Улыбнулась ей молодая медсестра. – Мальчик маленький, но всё в норме. Мама тоже. К ним пока нельзя. – Развела она руками.
«Мама, он такой хорошенький!» - прилетело на телефон сообщение от Кати. Следом была прикреплена фотография.
- На папу похож. – Вздохнул, заглядывая через плечо Татьяны, Сергей. Он уже был рядом. Татьяна тоже вздохнула, но с облегчением. Она была уверена, что увидев малыша, дочка забудет обиду, сердце оттает.
***
- Я для мамы самый красивый букет выбрал. Потому что она самая красивая. – Маленький Павлик сжимал в руках огромный букет. Сегодня они с бабушкой и дедушкой едут поздравлять маму. У мамы праздник, она диплом получает. Павлик ещё не знал, что такое диплом, он просто был рад празднику. Мама с утра у зеркала стояла такая красивая, в нарядном платье. И бабушка улыбается ещё чаще, чем обычно. И дед приехал. Павлик живёт с мамой и бабушкой, но дед приезжает почти каждый день, да и Павлик у него часто бывает в гостях. Павлик их всех любит, а ещё больше любит, когда они все вместе.
Катя безумно любит сына и очень благодарна маме за поддержку тогда, когда Катя думала, что не справится. А вот Сергея Александровича Катя сначала и видеть не хотела. Но однажды вышла во двор, гулять с коляской, и увидела, как он стоял под деревом, напротив подъезда, и глаза его были такими грустными.
- Пойдём, познакомимся с дедом. – Сказала Катя, беря Павлика на руки. Сергей Александрович принял его в свои, наклонился над малышом и глаза его стали влажными, но уже не такими грустными.
P.S. Всем добра и только тёплых историй )
Приношу извинения за ошибки , которые могут встретиться.