— Мне нужна не просто сиделка с корочкой. Мне нужен человек, который вытащит Софию из этой глухой стены, — Лев Эдуардович говорил спокойно, но звучал он так, будто не спал последние лет десять. — Вы не получите ни одного выходного за три месяца. Но заплачу я столько, что вам и не снилось.
Дарья сидела на самом краю огромного кожаного кресла. В кабинете пахло дорогим деревом и кофе. Она поправила на носу тяжелые очки в роговой оправе, которые вечно сползали.
Безразмерный серый свитер полностью скрывал ее, а густые волосы она затянула в тугой, некрасивый пучок. Дарья выглядела серо и незаметно — именно этого она и хотела.
Слишком часто симпатичное лицо приносило ей одни беды. После того как родителей не стало в той аварии на трассе, Даша пробивалась сама. Она блестяще закончила медицинский, но в первой же больнице столкнулась с неуместными вольностями со стороны главврача.
Когда она резко поставила его на место, ее просто выжили, наговорив гадостей про ее работу. С тех пор она решила: пусть лучше ее считают скучной замарашкой, чем видят в ней только красивую картинку.
— Я согласна, Лев Эдуардович, — ответила Дарья. — Расскажите о Софии.
Хозяин дома тяжело вздохнул и подошел к окну. За стеклом мок под дождем огромный парк.
— Софии пятнадцать. У нее серьезный недуг, доставшийся от рождения, и сопутствующие проблемы с общением. После ухода моей жены дочь совсем закрылась.
Мужчина обернулся, и Дарья увидела, как ему на самом деле паршиво.
— Она молчит. Не реагирует почти ни на что. Просто сидит и смотрит в одну точку. Врачи только руками разводят. Я хочу, чтобы вы попробовали хоть что-то изменить.
— Я не обещаю чудес, но сделаю все, что смогу, — твердо сказала Дарья.
На следующее утро за ней приехал водитель. Пока ехали, Дарья вспоминала все, чему ее учили, и думала, как найти подход к такой девочке.
В доме пахло выпечкой. На крыльце ее встретила полная женщина в чистом фартуке.
— Проходите, деточка. Я Тамара Ильинична, за кухню отвечаю, — она улыбнулась. — А это наш садовник, Матвей.
Худой мужчина в грязных ботинках кивнул ей. Внезапно из дома вышла высокая брюнетка с боевым макражем. От нее так разило духами, что Дарья невольно поморщилась.
— Снежана, горничная, — бросила та, оглядев Дашины мешковатые штаны. — И это наша новая нянька? Похожа на студентку из сельской амбулатории.
Дарья промолчала. Ей было некогда пререкаться, ее ждала работа.
В комнате девочки было темно и неуютно. Тяжелые шторы не пускали свет. София сидела в кресле — бледная, как тень, с огромными глазами, которые смотрели куда-то сквозь пространство.
— Привет, София, — тихо сказала Дарья, присаживаясь рядом. — Я не буду мучить тебя лекарствами. Просто побуду тут, хорошо?
Потянулись долгие, выматывающие дни. Дарья первым делом открыла шторы. Она часами читала вслух, притаскивала из сада пахучие листья и включала музыку — то шум моря, то что-то спокойное. Но София молчала, как каменная.
Как-то вечером Даша зашла на кухню за водой. Тамара Ильинична резала мясо и позвала ее на чай.
— Вижу, как вы выкладываетесь, — вздохнула она. — Лев Эдуардович — золотой человек. Он мне когда-то очень помог. Так хочется, чтобы девочка хоть разок улыбнулась.
Дарья задумалась. На следующее утро она пошла прямо к хозяину.
— Льву Эдуардовичу нужно купить собаку, — выпалила она. — Животные иногда делают то, что не под силу людям. Нужен добрый, большой пес.
Бизнесмен спорить не стал. Через пару дней Матвей привел во двор пушистого щенка зенненхунда. Назвали Графом.
Когда Граф первый раз подошел к Софии и лизнул ее в руку, девочка вздрогнула. Дарья замерла. София медленно, будто боясь, положила пальцы на его густую шерсть. Это была маленькая, но настоящая победа.
Близился Новый год. Особняк украсили гирляндами, в зале поставили елку, от которой пахло лесом. За два дня до праздника Даше позвонила подруга Маргарита.
— Дашка, я замуж выхожу! Уезжаю на край света! — кричала Рита. — Завтра девичник, если не придешь — обижусь на всю жизнь. Не принимаю никаких «но»!
Дарья не могла отказать. Лев Эдуардович отпустил ее, пообещав сам присмотреть за дочкой и собакой.
Дома Даша подошла к зеркалу. Сняла резинку, и волосы рассыпались по плечам золотистым облаком. Сбросила очки. Достала синее шелковое платье, которое идеально сидело по фигуре. Немного туши, парфюм — и из зеркала на нее смотрела совсем другая женщина.
В клубе было шумно. Маргарита едва узнала ее без привычного серого кокона. Они сидели, болтали, вспоминали учебу.
Вдруг над ухом раздался противный голос:
— Кого я вижу! Наша отличница решила выйти в свет?
Дарья обернулась. Перед ней стоял Вадим — бывший сокурсник, наглый мажор, который когда-то не давал ей прохода.
— Оставь меня, Вадим, — отрезала Дарья.
— А ты похорошела, — он бесцеремонно присел рядом и потянулся к ней. — Может, выпьем чего-нибудь покрепче в тихом месте? Я угощаю.
— Руки убери, — голос Дарьи стал ледяным.
Вадим только хмыкнул и сильнее сжал ее кисть.
— Да ладно тебе, не строй из себя недотрогу.
Даша хотела вырваться, но тут на плечо Вадима легла чья-то рука.
— Тебе же сказали: убери руки. Плохо слышишь? — голос был спокойным, но от него повеяло холодом.
Вадим обернулся и сразу сдулся. Перед ним стоял высокий парень в темном пиджаке. Взгляд у него был такой, что спорить не хотелось. Незнакомец кивнул на выход:
— Иди к своим, пока охрану не позвали.
Вадим, ругаясь под нос, быстро смылся. Дарья подняла глаза на спасителя. Темные волосы, немного усталое лицо и очень умные глаза.
— Спасибо, — тихо сказала она. — Вы очень вовремя.
— Терпеть не могу хамов. Можно присесть? Обещаю быть вежливым, — он улыбнулся.
Его звали Даниил. В клубе было шумно, и они вышли на улицу. Шли по заснеженному городу, снег приятно похрустывал под ногами. Зашли в кофейню, взяли латте и проговорили несколько часов. Даниил рассказал, что работал за границей, но сейчас вернулся домой.
— У отца дела не очень, да и в семье... проблемы, нужно быть рядом, — он вдруг погрустнел. — А вы чем живете, Дарья?
— Я врач. Помогаю людям приходить в себя после тяжелых потрясений, — уклончиво ответила она.
Ей было так легко с ним, что не хотелось притворяться «железной леди». Даниил проводил ее до дома. Они стояли у подъезда, и он осторожно коснулся ее щеки. Даша замерла. Сердце колотилось, но старый страх кольнул где-то внутри.
— Доброй ночи, Даниил, — она быстро отстранилась, открыла дверь и убежала, оставив его одного на морозе.
Тридцать первого декабря Дарья вернулась в особняк. Снова надела свой «футляр»: широкую юбку, мешковатый свитер, затянула волосы и нацепила очки.
В доме суетились. Снежана звенела бокалами, Матвей возился с огнями на веранде.
— Дашенька, идемте в столовую! — позвала Тамара Ильинична. — Хозяин велел всем собраться. Старший сын вот-вот приедет!
Дарья вывезла кресло с Софией в зал. Девочка была в нарядном платье, Граф крутился рядом. Лев Эдуардович нервно поглядывал на часы.
Дверь хлопнула. Послышались шаги.
— Отец, извини, самолет задержали! — раздался голос, от которого у Дарьи все похолодело внутри. — А потом я полночи искал одну девушку, которая просто испарилась у своего подъезда...
Дарья замерла. Она медленно повернулась. В дверях стоял Даниил.
Он шагнул в комнату, отряхивая снег, и замер, глядя на сиделку. Нахмурился. Очки и эта странная одежда сбивали с толку, но он узнал эти глаза сразу.
И тут случилось то, во что никто уже не верил.
София вдруг посмотрела прямо на брата. Она потянулась к нему рукой и тихо, с трудом выговорила:
— Даниил...
Лев Эдуардович чуть не упал, схватившись за стул. Кухарка охнула и выронила полотенце. Граф радостно залаял.
— Софья! Сестренка! — Даниил бросился к ней, упал на колени. Девочка коснулась его плеча.
Дарья попыталась незаметно уйти. Она не знала, как теперь на него смотреть, как объяснять свой вид. Но Даниил вскочил и перехватил ее.
— Так вот ты где, — негромко сказал он, не сводя с нее глаз.
— Вы ошиблись, — прошептала Даша, отводя взгляд.
— Свитер я этот могу не знать, но твои глаза — никогда. Зачем ты прячешься, Дарья?
Лев Эдуардович ничего не понимал.
— Вы что, знакомы? — спросил он.
Даниил улыбнулся.
— Да, пап. Кажется, я нашел ту самую девушку. И теперь вижу, кто вылечил нашу Софу.
Дарья стояла красная как рак. Прятаться было глупо. Даниил осторожно снял с нее очки, вытащил заколку, и волосы упали ей на плечи. Горничная Снежана в дверях так и застыла с подносом, увидев, в кого превратилась «серая мышь».
Вечер прошел как в сказке. София сама пыталась есть и все время посматривала на брата и Дашу. Отец семейства то и дело вытирал глаза платком.
Через полгода Даниил и Дарья гуляли по Праге — они привезли Софию на реабилитацию. Девочка уже понемногу ходила сама.
— Знаешь, — Даниил обнял Дашу, — если бы ты не пошла на ту вечеринку...
— То ты бы приехал домой и увидел меня в моем любимом растянутом свитере, — засмеялась она. — И прошел бы мимо!
— Ни за что, — он серьезно посмотрел на нее. — Ты светилась даже в том свитере. Просто теперь тебе не нужно ни от кого закрываться.
В кармане зазвонил телефон. Это был Лев Эдуардович. Даниил нажал на громкую связь.
— Ребята, вы скоро? София тут с Графом набегалась и спрашивает, когда мы пойдем смотреть на те старые часы на площади!
Дарья счастливо улыбнулась. Она наконец-то нашла свое место. Оказалось, что даже за самой глухой стеной всегда есть выход, если тебя просто искренне полюбят.
Спасибо за ваши СТЭЛЛЫ, лайки, комментарии и донаты. Всего вам доброго! Будем рады новым подписчикам!