Архип Куинджи - художник-загадка.
Он достиг славы и богатства, но на пике успеха почти на два десятилетия ушёл в затворничество, продолжая работать в мастерской втайне от публики. Он был гениальным колористом, чьи картины вызывали ажиотаж и споры, но при этом оставался скромным человеком, тратившим состояние на помощь другим.
Его называли "художником света" за умение передать лунное сияние или закатные краски с почти научной точностью, а его эксперименты с цветом предвосхитили поиски модернистов.
В этой публикации расскажу о жизни живописца, а в промежутке между текстом покажу его лучшие произведения искусства.
Архип Иванович Куинджи родился 15 (27) января 1842 года, по крайней мере, так принято считать. Впрочем, исследователи до сих пор спорят о точном годе его появления на свет, в разных источниках фигурируют также 1841 год и 1843 год. Местом рождения будущего художника стал Мариуполь, а точнее, старинный квартал Карасу, где селились преимущественно греческие семьи.
Архип появился на свет в семье бедного сапожника греческого происхождения. В метрических записях он был зафиксирован под фамилией Еменджи, что в переводе означает "трудовой человек".
Архип рано лишился родителей и оказался на попечении родственников, тёти и дяди по отцовской линии.
Несмотря на стеснённые обстоятельства, близкие старались дать мальчику хотя бы начальное образование. Сначала Архип обучался греческой грамматике у учителя‑грека. После домашних занятий он некоторое время посещал городское училище, но, судя по воспоминаниям товарищей, особых успехов в учёбе не демонстрировал. Точные науки и сухие правила давались ему с трудом, зато душа лежала совсем к другому.
Уже в детские годы проявилась главная страсть Архипа, живопись. Он рисовал везде и на всём, что попадалось под руку, оставлял наброски углём на выбеленных стенах, чертил контуры на заборах. Использовал любые обрывки бумаги, которые удавалось найти.
Летом 1855 года семнадцатилетний Архип Куинджи, воодушевлённый советом хлеботорговца Аморетти, отправился в Феодосию.
Путь из Мариуполя был неблизким, а средства юноши весьма скромными, но решимость и мечта о настоящем художественном обучении придавали ему сил.
Прибыв в Феодосию, Архип без промедления направился в усадьбу Айвазовского, расположенную неподалёку от деревни Шейх‑Мамай.
Сам мастер в тот момент находился в отъезде. Однако юный Куинджи не стал возвращаться ни с чем. Видя его настойчивость и искреннее желание учиться, хозяева усадьбы позволили ему остаться и помогать по хозяйству.
В обязанности юноши входило толочь краски. Монотонная, но важная работа, требующая терпения и аккуратности. Кроме того, ему поручили покрасить забор, что, казалось бы, имело мало общего с высоким искусством.
Его усердие не осталось незамеченным. Молодой родственник Айвазовского, гостивший тогда в усадьбе и занимавшийся копированием картин мастера, обратил внимание на старательного юношу. Видя искреннюю увлечённость Архипа живописью, он оказал ему небольшую помощь, показал некоторые приёмы работы с красками и композицией, объяснил тонкости построения пейзажа.
Когда Айвазовский наконец вернулся, Архип смог лично обратиться к нему с просьбой взять его в ученики. Внимательно выслушав юношу и, вероятно, оценив его работы, прославленный художник вынужден был отказать, из‑за большой занятости он не имел возможности лично обучать нового ученика.
Однако Айвазовский не оставил юношу без совета, он порекомендовал ему отправиться учиться в Одессу или же сразу ехать в Петербург, в Академию художеств, где можно получить полноценное художественное образование.
Прожив в Феодосии около двух месяцев, Архип Куинджи вернулся в родной Мариуполь. Здесь он нашёл работу ретушёра у местного фотографа. Однако эта работа была лишь временной остановкой на пути к большой цели.
Спустя несколько месяцев молодой художник отправился в Одессу, где снова занялся ретушированием фотографий.
Новый этап в жизни Куинджи начался в 1860 году, когда он переехал в Таганрог. Здесь, до 1865 года, он работал ретушёром в фотостудии С. С. Исаковича, располагавшейся на Петровской улице, 82. Несмотря на плотный рабочий график, с десяти утра до шести вечера, Архип находил время для собственных творческих занятий.
Позже он вспоминал:
Когда я служил ретушёром в фотографии, то работал от десяти до шести. А вот всё утро — от четырёх до десяти было в моём распоряжении.
В этот период Куинджи предпринимал попытки открыть собственную фотостудию, надеясь обрести финансовую независимость и больше времени уделять живописи. К сожалению, эти начинания не увенчались успехом.
В 1865 году, твёрдо решив посвятить себя искусству, Архип Иванович Куинджи отправился в Санкт‑Петербург, чтобы поступить в Императорскую Академию художеств. Однако первые две попытки сдать вступительные экзамены завершились неудачей.
Эти поражения не сломили молодого художника, напротив, они лишь укрепили его решимость доказать свой талант делом.
Переломный момент наступил в 1868 году. К этому времени Куинджи уже немало работал над совершенствованием мастерства, осмысляя уроки, полученные ещё в Крыму, и творчески перерабатывая впечатления от природы родного края.
Он создал картину "Татарская сакля в Крыму". Полотно, к сожалению, не сохранилось до наших дней, но сыграло важную роль в его судьбе. В этой работе отчётливо прослеживалось влияние Ивана Айвазовского.
Картина была представлена на академической выставке, где привлекла внимание членов Совета Академии художеств. Оценив талант и самобытность молодого живописца, 15 сентября 1868 года Совет удостоил Архипа Куинджи звания свободного художника.
Это был первый официальный успех, открывавший новые возможности. Однако для получения полноценного диплома требовалось сдать экзамены по главным и специальным предметам.
После подачи соответствующего прошения в Академический совет Куинджи получил разрешение приступить к экзаменам.
В 1870 году, с третьей попытки Архип получил звание неклассного художника и стал вольнослушателем Императорской Академии художеств. В этот период в жизни Куинджи произошло ещё одно важное событие, он познакомился с художниками‑передвижниками, среди которых были выдающиеся мастера, Иван Николаевич Крамской и Илья Ефимович Репин.
Общение с ними оказало глубокое влияние на его творчество, подтолкнув к реалистическому восприятию действительности и осмыслению социальной роли искусства.
В те годы Куинджи создал ряд значительных работ, в которых стремился не просто запечатлеть пейзаж, а выразить свои гражданские чувства и привлечь внимание к проблемам современности.
СРЕДИ ТЕХ РАБОТ БЫЛИ:
Осенняя распутица
Мрачная дорога, размытая дождями, символизировала трудности и лишения, с которыми сталкивались простые люди.
Забытая деревня
Пустынная деревня, серые избы, унылый пейзаж создавали атмосферу безысходности.
Чумацкий тракт в Мариуполе
Работа, выделявшаяся на фоне других передвижнических пейзажей. Несмотря на общую тёмную гамму, картина отличалась более разнообразной красочной палитрой и усложнёнными колористическими решениями.
Эти произведения были представлены на выставках Товарищества передвижных художественных выставок и имели большой успех у публики и критиков.
Картины вызывали живой отклик, заставляли задуматься о жизни простых людей, их трудностях и надеждах.
О Куинджи заговорили как о самобытном и талантливом художнике, способном не только виртуозно передавать природу, но и вкладывать в пейзажи глубокий социальный смысл.
Архип Иванович Куинджи никогда не был слепым последователем идей передвижников, даже находясь под их влиянием, он сохранял творческую самостоятельность и искал собственный путь в искусстве.
С 1870 года художник неоднократно посещал остров Валаам, живописное место на Ладожском озере, которое давно стало излюбленным уголком петербургских пейзажистов.
Суровая северная природа с её гранитными скалами, хвойными лесами и переменчивой погодой вдохновляла многих мастеров, но Куинджи сумел увидеть её по‑своему.
В 1873 году он создал два выдающихся пейзажа, которые полтора века продолжают приносить спокойствие и умиротворение:
На острове Валааме
Ладожское озеро
Эти работы обозначили своеобразный прорыв в передвижническом пейзаже и одновременно стали шагом в сторону от его строгих канонов.
Если ранние картины Куинджи, созданные под влиянием идей передвижников, отличались социальной направленностью и мрачной цветовой гаммой, то валаамские пейзажи продемонстрировали иное видение, более поэтичное и эмоциональное.
Однако спустя десять лет после создания "Ладожского озера" с этой работой оказался связан громкий скандал.
В 1883 году появилась картина Руфина Гавриловича Судковского "Мёртвый штиль", в которой был использован аналогичный приём изображения дна сквозь прозрачную воду.
Куинджи воспринял это как плагиат и открыто обвинил Судковского в заимствовании своей идеи.
Ситуация осложнялась тем, что до этого случая художники дружили. Конфликт быстро вышел за рамки личного разногласия и привлёк внимание художественной общественности Петербурга.
В прессе начали ставить "Мёртвый штиль" в один ряд с лучшими произведениями Куинджи, что ещё больше возмутило последнего.
Архип Иванович потребовал публично уточнить вопрос об авторском праве и признать его приоритет в использовании данного художественного приёма.
Скандал приобрёл широкий резонанс. В него оказались втянуты многие петербургские художники, разделившиеся на два лагеря. Одни поддерживали Судковского, другие Куинджи.
Особенно весомой стала позиция Ивана Николаевича Крамского и Ильи Ефимовича Репина открыто назвали "Мёртвый штиль" "прямым заимствованием". Их мнение во многом определило исход спора.
В конечном счёте общественное мнение склонилось на сторону Куинджи.
1873 год стал для Архипа Ивановича Куинджи не только временем создания выдающихся валаамских пейзажей, но и периодом новых творческих достижений. Художник представил на выставке Общества поощрения художеств полотно "Снег".
Скромный, на первый взгляд, зимний пейзаж привлёк внимание зрителей и критиков своей особой атмосферой и тонкостью исполнения.
Значение этой работы подтвердилось в 1874 году, когда картина была отправлена на международную выставку в Лондон.
Там она заслужила высокую оценку международного жюри, Куинджи был удостоен бронзовой медали.
В 1875 году Куинджи отправился во Францию, где не только знакомился с европейским искусством, но и заказал элегантный свадебный фрак с цилиндром.
Из Франции Архип Иванович направился в родной Мариуполь, где состоялась его свадьба с Верой Леонтьевной Кечеджи‑Шаповаловой, дочерью богатого мариупольского купца.
Куинджи полюбил Веру ещё юношей.
После торжества молодожёны отправились в романтическое путешествие на остров Валаам.
Живописная северная природа вновь вдохновила художника, и в том же 1875 году на выставке Товарищества передвижников Куинджи представил картину "Степи".
В этом полотне уже намечались черты нового творческого этапа, стремление к более свободной трактовке пейзажа и усилению эмоционального воздействия на зрителя.
В 1875 году Куинджи был принят в члены Товарищества передвижных художественных выставок. Однако уже со следующего года живописец начал отходить от идей передвижничества.
Если раньше его работы несли социальную нагрузку и стремились "истолковывать жизнь", то теперь главным для художника стало наслаждаться красотой мира и передавать своё видение прекрасного.
Как отмечали современники, Куинджи начал "перетолковывать жизнь согласно своим представлениям о прекрасном".
Этот творческий поворот не всегда находил однозначное понимание у современников. При всём восхищении талантом художника, критики и зрители порой затруднялись дать точную оценку его новым работам, настолько они отличались от привычных реалистических пейзажей.
В 1878 году творчество Архипа Ивановича Куинджи получило международное признание.
На Всемирной выставке в Париже были представлены его произведения, которые вызвали искреннее восхищение как у публики, так и у профессиональных критиков. Особенно примечательно, что в работах художника отмечали отсутствие какого‑либо иностранного влияния, напротив, подчёркивали самобытность и национальный характер его живописи.
Одним из самых ярких свидетельств успеха стало мнение Эмиля Дюранти, известного французского критика, страстного защитника импрессионизма.
Он назвал Куинджи "самым интересным между молодыми русскими живописцами, у которого более, чем у других, чувствуется оригинальная национальность".
Новый этап в творчестве Куинджи наступил в 1879 году, когда он представил публике своеобразную трилогию пейзажей.
Все три картины ныне хранятся в Государственной Третьяковской галерее в Москве и считаются шедеврами русской пейзажной живописи.
Север
На картине изображён просторный пейзаж с извивающейся рекой, уходящей вдаль среди зелёных лугов и рощ.
На переднем плане, скалистый обрыв с одиноким деревом, придающим композиции драматизм. Мягкие, приглушённые тона неба и земли создают ощущение спокойной, немного задумчивой атмосферы.
Берёзовая роща
На картине изображена светлая берёзовая роща, стройные белые стволы берёз устремляются вверх, обрамляя залитую солнцем поляну. Солнечные лучи пробиваются сквозь листву, создавая на траве причудливую игру света и тени.
Атмосфера полотна наполнена спокойствием и умиротворением, кажется, что слышен лёгкий шелест листьев и пение птиц.
После дождя
На картине изображён просторный сельский пейзаж, на холме виднеется небольшой домик с башней, окружённый зелёными лугами.
На переднем плане, извилистая речка или ручей, обрамлённый густой травой. Небо затянуто тяжёлыми, тёмными облаками, создающими ощущение надвигающейся грозы.
Контраст между яркой зеленью поля и мрачным небом придаёт полотну драматизм и напряжённость, словно природа замерла в ожидании дождя.
21 марта 1879 года произошло еще одно важное событие в общественной жизни Куинджи, он и барон Клодт были избраны в ревизионную комиссию Товарищества передвижников.
Однако уже к концу года художник окончательно порвал с Товариществом. Поводом к разрыву послужила анонимная статья в одной из газет, где критик резко отзывался о творчестве Куинджи и в целом о деятельности передвижников.
Спустя некоторое время стало известно, что автором статьи был сам Клодт. Возмущённый Куинджи потребовал исключения барона из Товарищества передвижников. Но, поняв, что этого не произойдёт, Архип Иванович сам объявил о выходе из состава Товарищества, несмотря на то, что его активно уговаривали остаться.
Многие исследователи, в частности В. С. Манин, опираясь на воспоминания И. Н. Крамского об этом случае, предполагают, что история с Клодтом стала для Куинджи лишь формальным поводом для выхода из Товарищества. Разрыв назревал уже давно, художник уверенно шёл своим путём, всё отчётливее осознавая степень своей популярности и своё место в русской и европейской живописи.
Строгие рамки Товарищества передвижников, с его социальной направленностью и определёнными эстетическими установками, начинали сдерживать творческий поиск Куинджи.
Он стремился к более свободным экспериментам с цветом и светом, что не всегда находило понимание у коллег.
При этом разрыв с Товариществом не означал разрыва с коллегами по творчеству. До конца жизни Куинджи поддерживал дружеские отношения со многими передвижниками.
Ярким свидетельством этого стала церемония прощания с Василием Григорьевичем Перовым в 1882 году. На похоронах Куинджи произнёс от имени Товарищества небольшую, но яркую, сильную и искреннюю речь.
Одним из самых ярких последствий выхода из товарищества стала уникальная выставка одной картины, организованная художником осенью 1880 года.
В октябре-ноябре в залах Общества поощрения художеств экспонировалось полотно:
Лунная ночь на Днепре
Произведение, которое произвело настоящий фурор в художественной жизни России.
Почему же картина смогла вызвать такой ажиотаж?
Полотно поражало зрителей несколькими особенностями.
Изображение лунной ночи было настолько реалистичным, что многие зрители не верили, что это живопись, некоторые даже пытались заглянуть за холст, чтобы найти скрытый источник освещения.
Куинджи использовал новые для того времени сочетания красок, добиваясь иллюзии свечения луны и отражения её света на водной глади.
Художник активно экспериментировал с красочными составами, в том числе интенсивно применял битум, который давал глубокий, бархатистый тон и особую игру светотени.
Однако у этого технического решения обнаружился серьёзный недостаток. Со временем выяснилось, что асфальтовые краски непрочны, под воздействием света и воздуха они постепенно разлагаются и темнеют. Эта особенность впоследствии сыграла свою роль в судьбе картины.
Полотно привлекло внимание многих коллекционеров, его мечтали приобрести ценители искусства по всей России.
Однако Куинджи продал картину Великому князю Константину Константиновичу, который был очарован её красотой. Великий князь решил взять произведение с собой в кругосветное путешествие, несмотря на многочисленные предостережения.
Опытные знатоки живописи предупреждали его, что морские условия, солёный воздух, перепады влажности и температуры, могут негативно повлиять на состояние красок. Но Константин Константинович остался непреклонен.
В результате длительного путешествия под воздействием морского воздуха химический состав красок изменился, что привело к постепенному потемнению пейзажа. Некоторые нюансы цветовой гаммы, задуманные художником, были утрачены.
Тем не менее даже в изменённом виде картина сохраняет своё очарование.
В 1881 году Архип Иванович Куинджи вновь удивил художественную общественность, устроив моновыставку картины "Берёзовая роща". Как и в случае с "Лунной ночью на Днепре", показ превратился в яркое культурное событие. Художник снова продемонстрировал мастерство организации экспозиции.
Год спустя, в 1882 году, художник представил новую работу. Однако на этот раз реакция публики оказалась неожиданной, картина была принята сдержанно, даже прохладно.
Возможно, зрители ожидали от Куинджи очередного сенсационного эффекта. Вместо этого они увидели спокойный, умиротворённый пейзаж в мягких пастельных тонах, без драматического освещения и ярких контрастов.
Критики сочли эту работу менее выразительной.
В июне 1882 года Куинджи предпринял ещё одну необычную акцию... В Солодовниковском пассаже на Кузнецком Мосту он устроил выставку двух картин "Берёзовая роща" и"Лунная ночь на Днепре".
Это был своего рода творческий отчёт, возможность сопоставить два разных подхода к пейзажу, солнечный, радостный образ русской природы и таинственную, почти мистическую лунную ночь. Выставка привлекла большое внимание, но стала своеобразной точкой отсчёта, после неё Куинджи на целых двадцать лет перестал выставлять свои работы и уединился в мастерской, никому не показывая новых произведений.
В 1886 году он приобрёл участок земли в Крыму. За 30 тысяч рублей художник купил 245 десятин земли возле посёлка Кикенеиз. Поначалу он с женой жил там весьма скромно, первое время даже в шалаше.
Но постепенно на этом месте возникло небольшое имение, получившее название Сара Кикенеиз.
Это место стало для Куинджи не только убежищем, но и творческой лабораторией. Он часто приезжал сюда со своими учениками, чтобы проводить летнюю практику на пленэре. Крымские пейзажи с их ярким светом, контрастными тенями и насыщенными красками вдохновляли художника и давали богатый материал для наблюдений.
В 1888 году Архип Иванович Куинджи по приглашению художника‑передвижника Николая Александровича Ярошенко отправился на Кавказ.
Во время путешествия Куинджи и Ярошенко стали свидетелями редчайшего природного явления, Брокенского призрака. Это оптическая иллюзия, при которой увеличенные тени наблюдателей проецируются на поверхность облаков или тумана, часто окружённые радужным сиянием.
Художники увидели собственные гигантские силуэты, словно парящие в воздухе над горными вершинами и обрамлённые переливами радужных оттенков. Необычное зрелище произвело на Куинджи неизгладимое впечатление, оно пробудило в нём ощущение мистической связи человека с природой, напомнило о величии и загадочности мироздания.
По возвращении в Санкт‑Петербург Куинджи с энтузиазмом приступил к работе над серией горных пейзажей, вдохновлённых Кавказом.
В этих полотнах романтизм окончательно слился с философским пейзажем, направлением, в котором природа становилась не просто объектом изображения, а носителем глубоких идей и чувств.
Некоторые исследователи полагают, что эти полотна и созданный Куинджи образ Кавказа оказали влияние на творчество Николая Константиновича Рериха.
Возможно, именно они вдохновили Рериха на создание его знаменитых гималайских пейзажей, где горы также выступают как символ духовного поиска и возвышенной красоты.
После более чем двадцатилетнего затворничества, в 1901 году, Куинджи решился нарушить своё творческое молчание.
Сначала он показал четыре картины своим ученикам, а затем узкому кругу друзей.
Вечер на Украине
Законченная версия полотна, над которым художник трудился 23 года.
Картина поражала зрителей гармонией золотистых тонов, передающих атмосферу тихого украинского вечера.
Христос в Гефсиманском саду
Редкое для Куинджи религиозное полотно.
В нём художник соединил пейзажную традицию с духовной темой, фигура Христа едва различима в ночной тени оливковых деревьев, а свет, исходящий от Него, символизирует надежду и спасение.
Третий вариант «Берёзовой рощи»
Новая интерпретация любимой темы.
Куинджи вновь обратился к образу берёзовой рощи, но теперь с ещё большей свободой в работе с цветом и светом.
Днепр утром
Уже знакомая зрителям работа, которая в этом контексте звучала как напоминание о прежних успехах мастера и его эволюции.
Реакция публики была восторженной, полотна вновь привлекли внимание к творчеству Куинджи, о нём заговорили как о художнике, не утратившем ни мастерства, ни вдохновения.
В ноябре 1901 года состоялась последняя публичная выставка работ живописца. Она стала своеобразным прощанием с публикой, после этого события Куинджи больше не демонстрировал своих новых картин вплоть до самой смерти.
Очевидцы выставки выдвигали разные версии, объясняющие этот шаг. Наиболее распространённой была гипотеза, что художник испугался скептического отношения некоторых посетителей к выставленным произведениям.
Однако такое объяснение выглядело поверхностным и мало кого убедило. Скорее всего, причины были глубже.
В последние годы жизни Архип Иванович Куинджи создал ряд шедевров.
Радуга
Над этой картиной Куинджи работал несколько лет, начав писать эскизы и этюды ещё в конце XIX века.
Полотно воплотило его давнюю мечту, передать мимолётное природное явление во всей его красоте и загадочности. Художник виртуозно передал игру света после дождя, сделав радугу не просто оптическим феноменом, а символом надежды и обновления.
Красный закат
В этой работе Куинджи достиг необычайной выразительности в передаче закатного освещения. Огненные тона неба, отражающиеся в водной глади, создают ощущение космической мощи и величия природы.
Картина демонстрирует мастерство художника в работе с цветом и светом, став одним из самых ярких примеров его позднего стиля.
Ночное
В полотне соединились воспоминания о детстве, проведённом на юге России, с его бескрайними степями и звёздным небом, давнее пристрастие Куинджи к созерцанию ночного неба и передаче его таинственной красоты, технические приёмы, отточенные за годы работы, тонкая градация тонов, игра светотени, иллюзия свечения.
Манерой исполнения "Ночное" напоминало лучшие ранние работы Куинджи, но при этом демонстрировало новый уровень мастерства и глубину философского осмысления природы.
Значимым этапом в жизни художника стала его педагогическая деятельность. С 1894 по 1897 год Куинджи занимал должность профессора и руководителя пейзажной мастерской Высшего художественного училища при Академии художеств.
Летом 1910 года, находясь в Крыму, Архип Иванович Куинджи серьёзно заболел воспалением лёгких. Состояние осложнялось проблемами с сердцем, которые беспокоили художника уже давно.
По согласованию с врачами его жена перевезла больного в Санкт‑Петербург в надежде на лучшее медицинское обслуживание и благоприятный климат для выздоровления. Однако, несмотря на все усилия врачей и заботу близких, болезнь прогрессировала.
Архип Иванович Куинджи скончался 11 (24) июля 1910 года в Санкт‑Петербурге. На момент ухода из жизни ему было шестьдесят девять лет.
Художник был похоронен на Смоленском православном кладбище, к востоку от Смоленской церкви. Над его могилой установили мемориал: бронзовый бюст работы скульптора В. А. Беклемишева, гранитный портал с мозаичным панно, изображающим мифическое Древо жизни, на ветвях которого вьёт гнездо змея, резное обрамление в стиле древних викингов.
В создании надгробия принимали участие: А. В. Щусев разработал архитектурный проект, В. А. Беклемишев создал бюст художника, Н. К. Рерих подготовил эскиз мозаичного панно, сама мозаика была набрана в мастерской В. А. Фролова.
В 1952 году прах и надгробие были перенесены в Александро‑Невскую лавру, на Тихвинское кладбище, в Некрополь мастеров искусств, где покоятся многие выдающиеся деятели русской культуры.
Своё материальное наследие Куинджи распорядился с характерной для него щедростью и заботой о развитии искусства.
Весь свой капитал он завещал Обществу имени Куинджи, основанному по его инициативе совместно с К. Я. Крыжицким в ноябре 1908 года. Жена, согласно завещанию, должна была получать ежегодную пенсию в размере 2500 рублей.
Цель общества, поддержка художников, помощь молодым талантам и содействие развитию изобразительного искусства в России.
Понравилось творчество живописца? Какая картина более всего?
Спасибо за внимание. Буду благодарна вашим лайкам.