В мировом прокате идет фильм студии A24 «Драма» (на российские экраны он вышел под названием «Вот это драма!»). Картину снял норвежец Кристоффер Боргли, а главные роли — молодоженов Эммы и Чарли — сыграли Зендея и Роберт Паттинсон.
За несколько дней до свадьбы Чарли неожиданно узнает тайну о прошлом Эммы, что ставит и церемонию, и будущее пары под угрозу. В рецензии есть описание этого важного сюжетного поворота, о котором мы дополнительно предупреждаем.
Антон Долин рассказывает, как Боргли удалось совместить тяжелую табуированную тему с легкой комедийной формой, хвалит игру Зендеи и Паттинсона, и наряду с многочисленными достоинствами «Драмы», отмечает ее фундаментальный изъян.
Есть что-то одновременно возмутительное и забавное в созвучии фильма и ситуации вокруг него. «Драма» — история о том, что не принято обсуждать, о чем страшно говорить и даже думать; стоит выпустить этого джинна из бутылки, и обратно уже не загонишь.
Рецензии и отзывы на «Драму» построены сходным образом. Критики и блогеры делают большие глаза и многозначительно намекают на жестокий твист, вшитый в романтическую комедию о свадьбе. А дальше подносят палец к губам, поневоле включаясь в заговор молчания и наполняя отзывы мало что значащими оценками операторской работы, диалогов или актерской игры Роберта Паттинсона и Зендеи.
Оба актера на высоте — очаровательно поверхностны в сценах флирта, восхитительно естественны в закулисье готовящейся свадьбы, гротескно комичны во второй половине «Драмы», когда фильм (в самом ли деле неожиданно?) начинает оправдывать свое название.
Но, право, куда интереснее думать о замысле Кристоффера Боргли, показавшего себя интересным драматургом и режиссером еще в предыдущей абсурдистской притче — снятом им для той же студии A24 «Герое наших снов» с Николасом Кейджем.
Любимый из рискованных приемов автора — взять раскрученную кинозвезду и использовать его или ее имидж для провокационной игры с ожиданиями аудитории. Стоит помнить: Зендея и Паттинсон, не раз показывавшие себя думающими и склонными к экспериментам артистами, — все-таки только инструменты. А главная драма разыгрывается даже не на экране, а в голове зрителя.
Картина безупречно вписывается в формат «дискомфортной свадебной комедии», заданный коммерческой классикой от «Филадельфийской истории» и «Сбежавшей невесты» до «Горько» и «Мальчишника в Вегасе». Хотя норвежец Боргли, нет сомнений, хорошо изучил и радикальное скандинавское кино, особенно «Торжество» Томаса Винтерберга и «Меланхолию» Ларса фон Триера.
Обаятельно неловкая пара обеспеченных хипстеров из хороших семей — Чарли (Паттинсон) и Эмма (Зендея) — очевидно обрела гармонию и счастье. Они знакомятся в кафе при забавных обстоятельствах, вспоминают первое свидание и первый поцелуй, готовят свадебный танец и застольные речи. Что же, когда и почему пойдет не так?