Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

На приёме мальчишка

Четыре года. Вбегает в кабинет, сразу хватает несколько игрушек. Те, что выпадают из рук, топчет ногами. Рычит. Мама пытается остановить: «Давай спросим разрешения», «Так нельзя». В ответ - рык и крик: «Хочу тебя ударить!» Постепенно он привыкает к обстановке. Начинает контактировать со мной через игру. Но если какая-то фигурка падает или не ставится так, как ему хочется - снова рык и крик: «Хочу сломать!» А что с мамой? Ей страшно. Стыдно. Она не понимает, что происходит. Пытается быть строгой - ругает, запрещает, ставит в угол. Но реакции становятся только сильнее. Она в отчаянии. Ей кажется, что она плохая мать. Что она что-то упустила. Что ребёнок «неуправляемый». Но она просто не знает, как по-другому. Что мы видим? Мальчик затрудняется определить эмоции. Когда я показываю фигурки с разными лицами и спрашиваю: «Кто радуется? Кто злится? Кому грустно?» - он не может выбрать. Он не различает эмоции. Не может их назвать. Не понимает, что происходит внутри него. И тогда ег

На приёме мальчишка. Четыре года.

Вбегает в кабинет, сразу хватает несколько игрушек. Те, что выпадают из рук, топчет ногами. Рычит.

Мама пытается остановить: «Давай спросим разрешения», «Так нельзя». В ответ - рык и крик: «Хочу тебя ударить!»

Постепенно он привыкает к обстановке. Начинает контактировать со мной через игру.

Но если какая-то фигурка падает или не ставится так, как ему хочется - снова рык и крик: «Хочу сломать!»

А что с мамой?

Ей страшно. Стыдно. Она не понимает, что происходит. Пытается быть строгой - ругает, запрещает, ставит в угол. Но реакции становятся только сильнее.

Она в отчаянии. Ей кажется, что она плохая мать. Что она что-то упустила. Что ребёнок «неуправляемый».

Но она просто не знает, как по-другому.

Что мы видим?

Мальчик затрудняется определить эмоции. Когда я показываю фигурки с разными лицами и спрашиваю: «Кто радуется? Кто злится? Кому грустно?» - он не может выбрать.

Он не различает эмоции. Не может их назвать. Не понимает, что происходит внутри него.

И тогда его тело просто… взрывается.

Рык, топот, «хочу ударить», «хочу сломать» - это не злость. Это отчаяние. Это крик о помощи. Это единственный язык, который у него пока есть.

Рычать - это его способ сообщить: «Мне плохо. Я не справляюсь. Помогите».

Как мы идём по шагам?

✅Учим замечать эмоции.

Сначала просто называть: «Ты сейчас злишься. Фигурка упала, и тебе обидно».

✅Учим различать.

Игры с лицами, карточки, кубики эмоций. «Покажи, где радость? А где грусть?»

✅Учим выражать по-другому.

«Можно топнуть ногой. Можно сжать подушку. Можно сказать "я злюсь". Но драться нельзя».

✅Учим просить помощь.

«Если трудно - подойди, возьми за руку. Я рядом».

Это путь. Не быстрый. С шагами назад. Но он работает.

Этот мальчик - не «агрессивный». Он маленький человек, который потерялся в своих чувствах.

Его задача - научиться их замечать и называть. Мамина - не ругать за рык, а услышать за рыком: «Мне плохо, помоги».

И тогда однажды рык станет словом. А слово - просьбой о помощи.

Бережно вам и вашим детям 🤍

🐈‍⬛ Наталья Медведева