Долго почему-то не возвращался к автору после понравившейся "Американской мечты", надо бы исправиться; и не менее известный его роман.
"На рассвете, когда низкие берега были обнажены отливом, я просыпался под гомон чаек. В плохие дни мне казалось, что я уже умер и птицы клюют мне сердце".
Сразу рассыпан набор приманок для читателя - переживающий побег жены рассказчик и туманное упоминание о чём-то страшном, совершенном им.
"Жена стала так же противна мне, как и утренняя сигарета", но при этом и курить герой бросить не может и по жене, соответственно, тоскует, и всё это на фоне запоя.
Безнадежная унылая поздняя осень в пустынном приморском новоанглийском городке.
"Теперь я наконец созрел для признания в том, что я писатель".
Встреча в пустом баре со стервой-блондинкой и её невнятным спутником, будящая воспоминания о тюрьме и желание убивать.
Утро с попыткой вспомнить.
"Хуже таких утр для меня ничего не было. Теперь я убежден, что сегодня непременно что-то стрясется, и это предчувствие наполняло меня ужасом".
Странное этническое наследие бывшей китобойной базы.
Мистические заморочки по поводу выращивания марихуаны, да и в целом.
"Мне нравились тусклая зелень травянистых дюн и бледное золото камыша, и этой поздней осенней порой, когда листву уже покинули бычья кровь и оранжевое пламя, цветовая гамма сместилась к серому, зеленому и коричневому, но с какой богатой игрой оттенков!".
Интригующая жуткая находка и воспоминания бесшабашной юности.
Приятель писатель и его бесцветная подружка-поэтесса.
"Она походила на сорняк. И тем не менее сочиняла хорошие стихи. Прочтя то немногое, что она показывала, я открыл, что в идеях она безжалостна, как насильник из гетто, в метафорах ловка, как акробат, и от случая к случаю способна пронзить ваше сердце острием чувства столь же нежного, как веточка жимолости во рту ребёнка".
Кольщик-шаман, спиритические сеансы, разговор по душам с брутальным копом.
"Люди не понимают, что, если хочешь служить, ты должен иметь крепкий хребет, иначе ничего не сделаешь".
Рассуждения об изобразительной силе Апдайка и Хемингуэя.
Автор постоянно пробует грань порнографии.
После двух роковых блондинок брюнетка для разнообразия
"В моих жилах текла кровь отца, и я, кажется, унаследовал суть его кодекса. Крутые парни не танцуют".
Каждый упомянутый персонаж сыграет свою роль в романе, проходных или случайных нет в принципе, и между ними с развитием сюжета проявляется всё больше связей, порой совершенно неожиданных.
Раннее начало развязки, хоррорное обилие разнообразных останков и впечатляющая битва на монтировках.
Красивый текст, который вроде бы впустую тратится на мутную кровавую интригу жестокого боевика, но эффект сочетания этой красоты со всё большим насилием и накопившейся грязью нарастает и в финалу впечатляет всё сильнее, вырастая в эпичность.
"Там и сям из песка торчали старые бревна от разбитых судов, массивные, как человеческие тела, и серебрящиеся, точно цвет самого безумия. Тихо шумело море".
Концовка насколько предсказуемая, настолько и неожиданная, и даже какое-то подобие хэппи-энда.
"Не стоит говорить итальянской королеве, что она ни рыба ни мясо".
Почти идеально, на мой вкус, любителям "Города Грехов" должно понравиться