Один трехлетний мальчик не хотел надевать штаны. Тогда мама сказала ему: «Всё, твой жираф Гоша улетает на свалку». И Гоша — длинношеий, с оторванным ухом и душой переходного объекта — отправился в мусорный бак. Мальчик смотрел, как его плюшевая привязанность исчезает среди распотрошенных мусорных пакетов и осознавал страшную вещь: мамина любовь имеет срок годности, а мир может наказать не словом, а исчезновением того, что тебе дорого.
Мелани Кляйн, британский психоаналитик, считала, что ребенок проецирует на игрушку, свои амбивалентные чувства к матери. Игрушка- это первый мост между «Я» и «не-Я» и замещающий материнский объект, который стабилизирует уровень тревоги и внутреннего напряжения. И выбрасывание детской игрушки- это не акт дисциплины, это акт жертвоприношения, в котором жираф Гоша становится и символом непослушания ребёнка, и частью его детской души.
Мама вытерла руки и почувствовала гордость за то, что она начертила границу дозволенного, победив собственное бессилие. Жираф Гоша вдруг стал «плохой частью» ее сына, которую она захотела аннигилировать. И даже не поняла, что этим действием она подписала ордер на депортацию внутреннего плюшевого Бога из психики своего ребенка, связав любовь с контейнером для мусора. Но в бессознательном ребёнка этот акт записался так: «Твоя привязанность опасна. То, что ты любишь, может исчезнуть не по твоей воле, обратившись в мусор». Игрушка, летящая в мусорное бак, — это маленькое падение из рая всемогущества в ад беспомощности. Ребёнок запомнит не урок послушания, а холод пустоты там, где ещё утром лежал тёплый плюшевый жираф Гоша. Травмирование на уровне «Я» происходит не столько от потери игрушечного зверька, сколько от внезапной необратимости, разрушающей постоянство объекта (объекта-игрушки, объекта-любви).
Вечером мальчик тихо скажет отцу: «Мама выкинула Гошу. Ты тоже выкинешь её, когда она будет плохо себя вести?»
И молодую маму, скорее всего, потом будет мучить чувство вины, которое она вытеснит, назвав это «воспитанием». Но мусорный бак с выброшенной игрушкой станет метафорой её собственного непереработанного гнева — мусора, который она не смогла контейнировать иначе, кроме как превратив ребёнка в соучастника символического убийства его переходного объекта…
Ольга Караванова,
Психолог, влюбленный в психоанализ