Запретить чиновникам владеть недвижимостью за рубежом. Казалось бы, элементарно, логично и очевидно. Особенно в ситуации, когда эти самые «зарубежные страны» вводят против нас санкции. Любая вилла в Ницце или квартира в Лондоне – это крючок, на котором иностранные спецслужбы могут держать любого высокопоставленного чиновника. Это не паранойя – это азбука государственной безопасности.
И вот группа депутатов вносит законопроект. Чиновникам, их супругам и детям – запрет на зарубежную недвижимость. Точка. Что делает правительственная комиссия? Правильно, ОТКЛОНЯЕТ. Причина? Проверять наличие таких объектов «затруднительно».
Счета в банках проверить можно. Они уже под запретом. А огромный особняк с бассейном на Лазурном берегу – это, видимо, задача из области невыполнимой миссии. Виктория Цыганова, услышав это, не выдержала: «Кричат о Родине, а сами бегут на виллы в Испании!» И разнесла всю эту конструкцию в щепки.
Патриотизм заканчивается там, где начинается вилла
Цыганова не из тех, кто подбирает мягкие слова. В своём блоге она прошлась по ситуации с горькой иронией, которая бьёт точнее любого прямого обвинения.
«Мы много говорим о любви к Родине, о суверенитете и традиционных ценностях. Но когда речь о личном, то весь патриотизм вдруг куда-то улетучивается. Патриотизм патриотизмом, а вилла в Испании – это святое!»
И ведь она права. Посмотрите, с трибун – пламенные речи о величии страны. За закрытыми дверьми – панический страх потерять вид на жительство в Европе. На камеру – флаги и гимны. За кадром – риелторы, оформляющие сделки через подставные фирмы в Монако.
Я давно усвоила простое правило. О человеке нужно судить не по словам, а по тому, куда он вкладывает деньги. Потому что деньги не врут. Если ты вкладываешь в дом ЗДЕСЬ, то ты веришь в эту страну. Если твоя недвижимость там, то все твои слова о Родине стоят ровно ноль.
Золотые дети и гранит швейцарской науки
Цыганова копнула глубже. И достала тему, от которой многим стало совсем неловко.
Дети. Дети тех самых чиновников, которые с утра до вечера рассказывают нам о вредном влиянии Запада. Где учатся эти дети? В Лондоне, в Париже, в Швейцарии. Где они проводят каникулы? Не на Байкале и не в Териберке, можете не сомневаться.
Цыганова спрашивает с убийственной иронией: как же можно лишить этих «золотых детей» привычного уровня жизни? «Ведь жизнь без счета в швейцарском банке и без возможности съездить на выходные в семейное поместье в Альпах может показаться им настоящим КОШМАРОМ!»
И вот тут самое болезненное. Пока обычные семьи экономят на продуктах, адаптируются к новой реальности и учатся обходиться без привычного импорта, за высокими заборами элитных посёлков кипят совсем другие страсти. Там переживают не из-за цен на молоко. Там переживают из-за того, что швейцарский банк может заблокировать счёт.
Два мира. Одна страна. И пропасть между ними с каждым годом шире.
Три попытки – три отказа
Цыганова напомнила важную деталь. Попытки «приземлить» чиновников предпринимались и раньше. В 2014 году после первых серьёзных санкций. В 2022-м, когда ситуация обострилась до предела. И вот теперь снова.
Сценарий всегда одинаковый. Документ вносят, комиссия изучает, авторов «хлопают по плечу», хвалят за рвение. И отправляют законопроект в архив. «Направление заслуживает внимания, но давайте как-нибудь в другой раз». Когда-нибудь. Потом. В светлом будущем, которое никогда не наступает.
Три попытки за 12 лет. Три отказа. И всегда одна и та же отговорка: затруднительно проверить. Вот у меня вопрос, мы запускаем спутники в космос, строим атомные ледоколы, создаём гиперзвуковое оружие, но проверить, есть ли у чиновника домик в Тоскане, не можем? Серьёзно?
Безопасность страны или комфорт элиты
Цыганова формулирует главный вопрос, который висит в воздухе. Это ведь не про зависть к чужим богатствам. Это про БЕЗОПАСНОСТЬ.
Если чиновник высокого ранга боится потерять виллу в Италии, боится, что его квартиру в Лондоне конфискуют, чьи интересы он будет защищать в критический момент? Свои или государственные? Ответ ясен.
Любой объект недвижимости в «недружественной» стране – это рычаг давления. Это инструмент вербовки. Это уязвимость, которой воспользуются. И закрывать на это глаза – не просто наивность. Это преступная халатность.
Пока одни отдают последнее ради общей цели, другие продолжают сидеть на двух стульях. С мечтами о пенсии на «загнивающем» Западе. С детьми в швейцарских школах. С виллами, записанными на тёщу.
И складывается ощущение, которое Цыганова выразила точнее всех. Закон и ограничения пишутся для «простых смертных». А для тех, кто наверху, правила игры остаются прежними. Были, есть и, похоже, будут.
Но знаете, что меня обнадёживает? Что такие люди, как Цыганова, говорят об этом ВСЛУХ. Не шёпотом на кухне, не анонимно в комментариях – а открыто, публично, под своим именем. И каждое такое высказывание – это ещё один кирпич, вынутый из стены молчания. Рано или поздно стена рухнет. Потому что двойные стандарты – конструкция хрупкая. Она держится только до тех пор, пока о ней молчат.
Молчать перестали. И это уже победа.
А вы как считаете, должен ли чиновник, призывающий народ к патриотизму, иметь право на виллу в стране, которая вводит санкции против России, или это несовместимые вещи?