Популярные отечественные интернет-сервисы («Яндекс», VK, маркетплейсы, приложения банков и другие) частично перестали работать у пользователей VPN, убедились «Известия». Ранее Минцифры рекомендовало крупным онлайн-площадкам ограничить к 15 апреля доступ к российским ресурсам при применении средств обхода блокировок. Эксперты отмечают, что определить VPN можно лишь по косвенным признакам, поэтому такие меры не всегда работают корректно. О том, каких изменений стоит ждать, — в материале «Известий».
Какие сервисы стали недоступны пользователям VPN
Приложения и сайты крупнейших российских онлайн-сервисов оказались частично недоступны для тех, кто использует средства обхода блокировок. В этом убедились корреспонденты «Известий». В частности, при включенном VPN с настольного компьютера стало невозможно зайти на ресурсы «Яндекса», VK и некоторых маркетплейсов. Редакция направила запросы в эти организации.
На мобильных устройствах с VPN практически не открываются приложения Сбербанка, Т-Банка, «Яндекса», ряда медицинских сервисов и других ресурсов. Ситуация зависит от типа дополнительных инструментов: при использовании одних доступ блокируется, а у других — нет.
На смартфонах при попытке загрузить страницу «Яндекса» с включенными средствами обхода блокировок сообщается об отсутствии интернета, сервис просит перезагрузить страницу, после чего доступ к ней все-таки можно получить, утверждает ведущий аналитик Mobile Research Group Эльдар Муртазин. На ресурсах VK может не загружаться видео. При этом понять, как работа дополнительных инструментов доступа влияет на сбои загрузки сказать однозначно нельзя — возможны ситуации, когда сообщение от сервиса «Нет доступа к интернету» связано с отключением самой мобильной связи, отметил он.
Также у пользователей перестали открываться и официальные государственные сайты, которые еще недавно оставались доступными. Речь идет, в частности, о порталах pravo.gov.ru и regulation.gov.ru. Это может свидетельствовать о более точечной настройке фильтрации трафика, когда ограничения начинают затрагивать не только внешние сервисы, но и доступ к внутренним ресурсам при применении обходных инструментов.
13 апреля пользователи сообщали о сбоях в работе Сбербанка, а также Wildberries.
— Системы банка работают в штатном режиме. По независящим от Сбербанка причинам в некоторых регионах России могут быть сложности с использованием приложения из-за перебоев с мобильным интернетом. Мы работаем над тем, чтобы доступ в приложение был и при ограничениях мобильного интернета, — отметили в пресс-службе кредитной организации.
Недоступность сервисов у отдельных пользователей может быть связана с временными сложностями с интернет-соединением, также отметили в Wildberries.
Как сообщали «Известиям» источники на рынке, в конце марта Минцифры провело совещания с операторами и интернет-компаниями, на которых им были выданы рекомендации по ограничению подписчикам доступа к альтернативным способам подключения. Среди них — блокировка с 15 апреля доступа к российским ресурсам пользователей с VPN. Источники и СМИ сообщали, что интернет-площадкам также были выданы рекомендации по выявлению таких программ. В них, в частности, было оговорено, что на iPhone выявлять такие инструменты более проблематично: операционная система iOS не дает приложениям без разрешения собирать данные из других программ.
«Известия» направили запросы в Минцифры и Роскомнадзор, а также крупнейшие российские банки, диджитал-компании и маркетплейсы. По информации источника редакции на интернет-рынке, внедрение этих мер действительно планируется с 15 апреля.
Фактически у платформ остается один прагматичный сценарий — ограничивать доступ к серверному API, используя собственные технические возможности для выявления «нежелательного» VPN-трафика, тем самым выполняя требования регулятора, отметил собеседник на IT-рынке. По его мнению, с учетом сложившейся экономической ситуации бизнес вряд ли готов рисковать мерами господдержки, включая налоговые льготы.
— Поэтому компании, скорее всего, будут выстраивать компромиссную модель: не тотальную блокировку, а точечное применение ограничений на уровне инфраструктуры — там, где это можно обосновать с точки зрения детекции и регуляторных требований, — указал собеседник «Известий».
Как сохранить доступ к нужным российским и зарубежным ресурсам
По словам эксперта в сфере IT Сергея Поморцева, определить VPN на устройстве пользователя можно лишь по косвенным признакам. При этом крупные онлайн-платформы в России действительно способны выявлять такие подключения, опираясь на совокупность стандартных методов сетевой аналитики и антифрод-систем.
Во-первых, анализируется IP-адрес пользователя. У компаний есть доступ к базам данных, в которых отмечены диапазоны адресов, принадлежащие VPN-провайдерам, дата-центрам и хостингам. Если человек заходит не с «домашнего» или мобильного IP, а с инфраструктуры, характерной для облачных сервисов, это уже сигнал. Во-вторых, учитывается география и ее консистентность. Резкая смена страны или региона между сессиями (например, «вчера — Москва, сегодня — Нидерланды») выглядит аномально, отметил он. Такие скачки фиксируются и повышают риск-оценку аккаунта.
В-третьих, анализируются сетевые и поведенческие характеристики, а также применяются данные об устройствах и пользовательских сессиях, перечислил эксперт. При этом ни один из таких признаков сам по себе не является стопроцентным доказательством использования VPN, добавил он.
В то же время часть россиян продолжает применять VPN для доступа к зарубежным онлайн-ресурсам, которые ограничили работу в РФ по инициативе самих разработчиков. Несмотря на это, у пользователей сохраняются альтернативные способы доступа. Показательный пример — решения телеком-операторов, предлагающих доступ к иностранным ИИ-сервисам через собственные интерфейсы. Так, «Мегафон» и «Билайн» уже запустили продукты с интеграцией популярных моделей, включая DeepSeek, Gemini и ChatGPT, при этом доступ к ним предоставляется без VPN, сообщили «Известиям» источники на телеком-рынке.
Аналогичный подход развивает и МТС через платформу MWS GPT, где бизнесу доступны десятки языковых моделей, включая китайские решения. Суть этой модели в том, что доступ «переупаковывается» внутри российской инфраструктуры: пользователю не нужно обходить ограничения самостоятельно, так как взаимодействие с зарубежными сервисами берет на себя оператор.
Доступ к зарубежным ресурсам для работы и коммуникации востребован не только у частных лиц. Так, 13 апреля в Сети появилась информация, что администрации более чем 20 российских регионов объявили конкурсы на оказание услуг по предоставлению VPN на общую сумму около 300 млн рублей. Согласно материалам закупок, такие сервисы необходимы, в частности, для оповещения населения.
При этом большинство людей вряд ли почувствуют резкие изменения после 15 апреля, считает руководитель PR и медиакоммуникаций Geltek Cyber Team Михаил Пименов. По его словам, разные способы обхода ограничений — это уже распространенная практика. Однако, как отметил эксперт, может увеличиться количество проверок со стороны онлайн-сервисов, а также случаев, когда платформы блокируют доступ пользователям. В первую очередь это затронет игровые ресурсы, маркетплейсы и площадки с жесткими антифрод-системами.
— Еще год назад мало кто ожидал масштабных ограничений и ужесточения контроля за VPN. При этом сама борьба с ними и блокировками — затратный процесс, требующий значительных ресурсов. Насколько он окажется эффективным в долгосрочной перспективе — вопрос открытый. Практика показывает: если пользователям нужен доступ к определенным сервисам, они, как правило, находят возможности его сохранить, — отметил гендиректор TelecomDaily Денис Кусков.
Даже обсуждаемые меры, например лимиты на объем передаваемых данных, пока оставляют пространство для маневра, считает он. По его словам, условные 15 ГБ, которыми ранее предлагалось ограничить зарубежный интернет-трафик, остаются достаточными для повседневных задач, однако для профессиональной работы — например, с нейросетями — этого объема уже может не хватать. В таких условиях пользователи, вероятно, будут искать альтернативные решения — как технические, так и сервисные, полагает он.