Четыре дня я смотрела, как кошка мучается. Четыре дня кормила её с ложечки пюрешкой, вытирала слюни и параллельно вела вторую жизнь — в чатах, пабликах и личках, где ищут доноров для животных. Потому что без донора теперь никуда. У нас любой следующий шаг — это уже не «поехали к врачу», а «поехали к врачу, но сначала найдём запасной план на случай, если станет хуже».
И в этот раз нам снова повезло. Дали контакт девушки с двумя котами. Один «на отдыхе», второй — потенциальный герой. Правда, даже здесь нет гарантий: подойдёт ли кровь — отдельный вопрос. Но на фоне всего происходящего даже «возможно подойдёт» уже звучит как хорошие новости.
Как только вопрос с донором более-менее закрылся, я позвонила в клинику. Записи к стоматологу, конечно же, не было. Предложили подождать неделю. НЕДЕЛЮ! Когда у тебя кошка ходит с открытым ртом, слюнями и не может нормально есть — неделя звучит как издевательство. Я объяснила ситуацию. Видимо, в голосе было всё — и усталость, и нерв, и уже полное отсутствие ресурса «подождать спокойно». В итоге врач согласилась принять нас вне записи.
Фрошка, кстати, к этому моменту уже прекрасно понимала, что такое переноска. Как только она её видит — начинается квест «найди кошку в квартире». В этот раз она заползла под кровать. Доставали вдвоём с дочкой.
В клинике её осмотрели стоматолог и анестезиолог. Вердикт: удаление зуба, в идеале — двух. Будут смотреть по ситуации. Седация — лёгкая. Десну ушивать не будут — долго, рискованно. И дальше фраза, которую, кажется, никто не готов услышать: риск летального исхода — 20%. Анестезиолог сказал это спокойно. Без драматизации. Добавил, что сделает всё возможное, но «претензий в случае чего» просил не предъявлять.
И ты стоишь и киваешь. Потому что какие тут вообще могут быть претензии. Сделали УЗИ сердца. И вот здесь внезапно хорошие новости: с сердцем всё в порядке. На фоне остального это звучало почти как «ну хоть что-то работает как надо». Кошку забрали. Сказали: позвоним.
Я приехала домой. Чтобы не думать — начала делать всё подряд. Уборка, стирка, глажка. Шесть часов. Шесть часов я ждала звонка. В 19: 00 позвонили: — Можно забирать. И первая мысль — не «ура, всё прошло», а: значит, выжила.
Уже в клинике рассказали, что во время операции была остановка дыхания. Кошку интубировали, подключали к ИВЛ. Я это слушала и пыталась как-то уложить в голове, что это всё происходит с моей кошкой. Не в сериале, не в чужой истории — вот прямо сейчас.
Удалили два зуба. Третий почистили от камня. И сразу предупредили: повторного наркоза она не выдержит. Это был финальный штрих. Мы поставили укол Эральфона и поехали домой. За все манипуляции я заплатила меньше, чем мне ранее озвучивали: прием стоматолога, УЗИ сердца, анестезия, ушивание десны, удаление двух зубов и чистка ещё одного + стационар, ну и реанимационные услуги - 7200 рублей.
Два дня после операции кошка меня игнорировала. Это та самая кошка, которая всегда со мной. Я на кухне — она рядом. Я в телефоне — она рядом. Я сплю — она либо рядом, либо в своей лежанке, но строго у кровати.
А тут — как будто чужая. Не подходит. Не спит рядом. Уворачивается от рук. Почти не ест. За три дня минус 100 грамм. При её весе — это уже не просто цифры. Мы всей семьёй пытались её накормить. С ложечки, с рук, с уговорами. А потом случилась Пасхальная ночь.
Я оставила на столе размораживаться курицу. И, видимо, Фрошка решила, что хватит этого лечебного питания. Ночью она встала. Залезла на стол. И устроила себе нормальный ужин. Плотный такой. Утром на завтрак она, конечно, не вышла. И вот в этот момент мы впервые за долгое время выдохнули. Потому что если кошка снова ворует еду со стола — значит, ей стало лучше. Пусть и своими методами.
После операции действительно есть улучшения: лейкоциты снизились, запах изо рта ушёл. Но по анализам всё равно анемия. Гематокрит за неделю упал с 23 до 16. Переливание пока не требуется, и мы очень надеемся, что не потребуется. Скорее всего, падение связано с кровопотерей во время операции. Сейчас колем Эральфон и ждём, что организм начнёт хоть немного выправляться.
Иногда я думаю о том, какие мы всё-таки… невнимательные. Потому что этот запах изо рта был не вчера. И если бы мы тогда быстрее среагировали, возможно, не пришлось бы проходить через всё это. Но это классическая история из серии: знал бы, где упадёшь — соломку бы постелил.
Сейчас остаётся только идти дальше. Медленно. Осторожно. И радоваться таким странным вещам, как украденная со стола курица. Потому что в какой-то момент именно это становится признаком того, что жизнь всё ещё продолжается.