Костя опаздывал, и Свету это нервировало. Время уже приближалось к десяти вечера, она безумно устала после очередного рабочего дня и меньше всего хотела ждать своего бывшего в каком-то богом забытом кафе недалеко от дома Устиновых — единственное место поблизости, где они могли сесть и поговорить в тепле. Чай, который Света заказала, был мало того, что остывший, так ещё и мерзкий на вкус. Увидев, как в дверях появляется Костя, смахивая мокрый снег с шевелюры, она скривила ухмылку.
Читать сначала
— Привет, — махнул он рукой, сев напротив неё как ни в чём не бывало.
— Мне вставать в полшестого утра, — едко отозвалась Светлана вместо приветствия, и взгляд её заискрил. — Я не могу ждать тебя вечность.
— У меня тоже есть работа и, между прочим, двое детей, — заметил Костя в ответ, но при этом улыбнулся. — Ладно. Давай не будем пререкаться.
Света злобно вздохнула и убрала взгляд в сторону.
— Я назначил тебе встречу, чтобы поговорить нормально, Свет. Без этой ругани. Так что давай как-нибудь с тобой договоримся адекватно всё обсудить, как взрослые люди, — продолжил тот на удивление спокойным тоном, которого она уже давно не слышала в свой адрес, как минимум лет пять. — Извини, что названивал и так выдернул тебя... Но наша поездка уже совсем скоро. И нам нужно разрешение на выезд детей.
От неожиданности у Светы чуть не полезли глаза на лоб: Костя? Извиняется? Вместо угроз?
Интересно...
—...и я правда хочу, чтобы Иришка и Ванька были счастливы. Можешь думать, что хочешь, но это правда. Они и так переживают чёрт-те что из-за нашего развода. А ведь эта поездка может стать для них глотком свежего воздуха. Отвлечь от всего нехорошего.
Света прищурилась.
— Это твоя невеста тебе велела так сказать?..
Костя устало бросил руки:
— Какая разница, кто? Будешь придираться к словам?
— Разница в том, что я устала от твоего вранья и манипуляций, — скривилась Света. — Опустим, что Карина... ммм... мягко говоря, странновата. Твой выбор. Но дети — мои. И я не хочу, чтобы они ехали на другой конец земного шара с этой странной женщиной.
— И чего ты этим добьёшься?
— В каком смысле?
— Ну не дашь ты нам это разрешение, ну сорвёшь нашу поездку, — в голосе Кости промелькнуло раздражение, которое он тщательно старался скрыть. — Не уедем в Таиланд, уедем куда-то ещё. На Байкал, например, или в Сочи, без этой дурацкой бумажки. Вот только мы с тобой окончательно разругаемся и когда-нибудь дойдём до суда. Дети останутся у нас, а ты навсегда останешься поварихой без жилья. Ты этого хочешь? Подумай и скажи честно?
Света обомлела от такой наглости. Как будто быть поварихой без жилья было её выбором! Недолго же Костя продержался без угроз и оскорблений.
Она демонстративно отставила от себя холодный чай и потянулась за шапкой:
— Так и знала, что соглашаться с тобой на встречу — гигантская ошибка. Иди к чёрту, Костя! Ты, твоя Карина и Таиланд, вместе взятые! Я не собираюсь в этом участвовать...
Она встала из-за стола так резко, что стукнулась об него коленкой, и солонка с перечницей зазвенели. Люди, сидящие вокруг, с недовольством на них обернулись.
— И да... — Света ткнула в Костю пальцем с зажатой шапкой в рукаве. — Будешь мне судом угрожать, уж поверь, я голову в песок не засуну. Мне есть, к кому обратиться. И кто сможет меня защитить!
Она произнесла это вслух и почувствовала, как её указательный палец задрожал. Почему-то именно в этот момент, вопреки всему, она хотела, чтобы Роман Викторович оказался с ней рядом.
— Это ты о ком? — с усмешкой спросил Костя, но при этом глаза его забегали. — Неужто о том типе, с которым ты...
— Не твоё дело, кто! — перебила его Света, пока бывший на всё кафе не начал обвинять её в езде с пьяным за рулём. — Просто знай это и всё. В ближайший выходной я приеду к детям, и уж будь добр быть с ними дома в этот день. До свидания.
Света накинула куртку и уже было зашагала к выходу, как Костя вдруг подскочил и схватил её за локоть.
— Свет. Подожди.
— Не буду я ничего ждать! — отпрянула та. — И выслушивать, как ты угрожаешь мне судами...
— Ладно-ладно, я не буду больше такого говорить, — внезапно сдался Костя, и Света не поняла, отчего: из-за её скандала или из-за того, что она намекнула на защиту. — Просто скажи, что тебя смущает в этой поездке, а я подумаю, что мы с Кариной сможем сделать и на какой компромисс пойти. Без судов.
Света взглянула на бывшего с недоверием. Компромиссы — не про Костю, но такой расклад уже больше походил на адекватный диалог.
— Меня смущает, что я два месяца не увижу детей. И ещё... — она боялась это озвучивать, чтобы не подкидывать новоиспечённой парочке идей, но эмоции брали верх: —...смущает то, что вы можете уехать и просто не вернуться. И меня смущает Карина.
Костя взметнул бровями.
— Ну с Кариной тебе придётся смириться, уж извини, — развёл руками он. — А по поводу остального: я даю тебе слово, что они вернутся ближе к весне и будут звонить тебе хоть каждый день по видео.
— Практика показала, что твоё слово мало стоит, — язвительно заметила Света.
Костя хотел было возразить, но сделал паузу и шумно выдохнул:
— Согласен. У тебя есть все причины не доверять и считать меня козлом. Потому что я был им с тобой... Я ужасно относился и к тебе, и к детям. Но теперь всё иначе. И эта поездка — один из способов извиниться перед ними за моё равнодушие.
Света напряглась и почувствовала, как внутри что-то неприятно кольнуло. С чего это вдруг Костя пустился в такие откровения и начал признавать свои старые ошибки? Неужели на это его надоумила Карина? Или он правда с ней решил измениться?
Последняя мысль была особенно неприятна.
— Давай так, — Костя посерьёзнел, будто настраиваясь на признание. — Ты подпишешь нам с Кариной разрешение. А мы заплатим тебе хорошую сумму.
— Это что, взятка? — возмутилась Света.
— Нет. Это мой способ извиниться. Я помогу закрыть твои кредиты, в которые ты влезла из-за нашего развода.
Света открыла рот от изумления. Первые мысли были настолько противоречивыми, что она даже не сразу смогла их оформить во что-то внятное. Возмущение. Недоверие...
А следом за ними, против её воли, тихо и очень осторожно начала пробиваться другая мысль — холодная, расчётливая, неприятно разумная.
Света медленно закрыла рот и посмотрела на Костю внимательнее, будто пыталась понять, шутит он или нет. Но по его лицу было видно — не шутит.
— Ты серьёзно? — переспросила она на всякий случай.
— Абсолютно, — кивнул он. — Я закрою всё. Полностью.
— С чего вдруг такая щедрость?
Костя пожал плечами, но в этом жесте уже не было прежней наглой лёгкости.
— Я же сказал. Это не щедрость. Это… попытка всё исправить.
Света усмехнулась, но без прежней злости — скорее устало.
— Очень своевременно, конечно.
— Лучше поздно, чем никогда.
Она опустила взгляд. Мысли о закрытых кредитах будто отозвались где-то глубоко внутри, там, где последние месяцы жила постоянная тревога — тяжёлая, не отпускающая ни днём, ни ночью. Она уже привыкла к этому состоянию, почти срослась с ним. Но сейчас вдруг впервые за долгое время перед ней словно приоткрылась дверь, за которой этой тревоги могло не быть.
— Подумай над моим предложением, — будто подтверждая её мысли, сказал Костя. — Возможно, это станет первым шагом к нормальной работе, а не к проживанию в чужом доме. Надеюсь, ты понимаешь, что пока ты работаешь у тех людей, ты не сможешь нормально видеться с детьми.
— И что будет потом, когда смогу? — вдруг воскликнула Света. — Когда у меня появится нормальная работа и своя квартира?
Уголок рта Кости дрогнул, будто он даже не верил, что такое возможно.
— Разберёмся. А пока... — он полез во внутренний карман куртки и достал оттуда два плотных свёртка купюр. — Держи. Закрой хотя бы часть и вздохни с облегчением. А в твой выходной мы с детьми заедем за тобой и съездим к нотариусу. Идёт? Как подпишем, я привезу тебе остальную часть денег.
Света уставилась на купюры и закусила губу.
Продолжение следует...
Подпишись на «Полку» ВКонтакте и читай рассказы прямо в мессенджере!