8400 на кассовом чеке. Огромная сумма за сладость.
Но маме в эту субботу исполнялось шестьдесят лет. Хотелось праздника. Дешевый поролоновый бисквит из ближайшего супермаркета тут не подходил.
Я две недели искала мастера. Читала форумы. Изучала фотографии срезов. Наконец сделала заказ.
Днем курьер доставил коробку прямо к двери. Тяжелая белая упаковка с прозрачным окном.
Аккуратно переношу покупку на кухонный стол. Тяну атласную ленту. Разворачиваю углы картона.
Аромат теплой ванили бьет в нос. Это кондитерский шедевр. Покрытие из идеального бельгийского белого велюра. Огромная шапка крупной, отборной малины сверху. Внутри скрывался тяжелый сливочный крем с прослойкой конфитюра.
Радуюсь. Беру телефон, чтобы сделать снимок.
И тут надрывается дверной звонок.
Резко, противно, с зажатой до упора кнопкой.
В глазок вижу соседку Риту со второго этажа. Открываю.
Рита стоит в затертой флисовой кофте. Сбоку шныряет ее восьмилетний сын Вадик. Курточка распахнута, на ботинках уличная жижа.
— Аня, выручай! В ванной кран сорвало, я весь пол заливаю. Разводной ключ есть? — соседка машет руками.
Ну ладно, потоп дело серьезное.
Я цокаю языком. Разворачиваюсь в коридор и иду к нише за встроенным шкафом. Звеню железом в старом чемоданчике. Рита топает прямо за мной по чистому кафелю, громко жалуясь на местного сантехника.
Тут повисает пауза.
Потом из гостиной доносится скрежет пластиковой подложки по столешнице. Следом — громкое смачное чавканье.
Бросаю инструменты. Быстрым шагом возвращаюсь в кухню.
Сцена как в кино. Вадик стоит у моего стола. Рукава грязной уличной ветровки лежат на белой тканевой скатерти. Парень даже не снял ботинки.
Он просто впился руками в мамин подарок. Его пальцы с черными ногтями по фаланги ушли внутрь идеального яруса. Он беззаботно ломает белый шоколад. Сгребает целую горсть пропитанного красного мякиша. Запихивает в рот сладкое месиво и шумно дышит носом. Белый велюр раскурочен до основания. Красные ягодные капли падают на светлый ламинат.
Рита подходит следом. Тормозит у дверного проема.
Смотрит на стол. И просто равнодушно пожимает плечами.
— Ой, да чего ты так смотришь! — соседка фыркает. — Подумаешь. Увидел парнишка сладость, растущий организм же требует. Бери нож скорей. Отрежь этот край, где он пальцами залез, мы его к чаю заберем. А ровную половину поставишь на блюдо. На вкус это никак не повлияло, Ань! И ищи давай свой гаечный ключ, мне некогда тут прохлаждаться.
У меня аж дыхание перехватило от такой наглости.
Ни извинений за дурное воспитание сына, ни обещаний и попыток все исправить (хотя, что тут можно исправить?). Ничего подобного не было. А только наглая готовность стряхнуть всю вину со своих плеч. Желание обелить себя, выставить меня истеричкой, выйти из ситуации не замаравшись и, желательно, еще и с тортом.
«Ты прямо сейчас открываешь банковское приложение и переводишь по моему номеру 8400 рублей за этот торт. Или через три минуты тут стоит наряд патрульных за порчу частной собственности», — произнесла я ледяным голосом.
Рита покраснела и открыла рот. Возмущаться я ей не позволила. Молча подошла к столу. Смяла края грязного картона, рывком подняла весь липкий испорченный шедевр и жестко впихнула соседке прямо в руки. Одежда Риты запачкалась сиропом. Она громко зашипела, но полезла за смартфоном в карман. Сделала перевод и показала зеленый значок на экране.
Цифры зачислились на мой счет. Я шагнула к Рите вплотную, взяла ее за локоть и молча вытолкала на площадку вместе с воющим сыном и кусками мятого торта. Дверь громко захлопнулась, а я сразу повернула железную щеколду на два оборота. Налила в раковину жидкого мыла и стала отмывать испачканный в сахаре палец, понимая одну вещь: пусть кто-то считает меня меркантильной и грубой, но мои нервы и закрытые границы стоят дороже!
🎀Подписывайтесь на канал. Ставьте лайки😊. Делитесь своим мнением в комментариях💕