Эта история для новых подписчиков. Она написана полностью, и была воспринята неоднозначно. Комментарии не закрываю. но читать, чтобы снова не психануть, не буду. На других платформах она платная. Повесть "Репетитор для ведьмы" я сегодня удаляю. Приятного чтения
Светина комната находилась на том же этаже, только в самом углу. Слава никогда не был там, но досконально изучив план дома, знал, что это самая большая, не считая гостевого пространства первого этажа, и сама светлая комната в доме. Такая же светлая, какой была при жизни Света.
Плотно закрыв за собой дверь, Слава повернул в замке ключ, потом спрятал его в карман, воровато оглянулся и пошёл в глубь коридора.
Возле Светиной двери он остановился, прислушался, ничего не услышал и постучал.
Ему не ответили, тогда он повернул ручку, толкнул, убедился, что дверь не заперта и, прежде чем войти, позвал.
— Настя? Настя, это я, Слава. Мы встречались, помнишь? Можно к тебе? Это очень важно, — и опять никто не отозвался, а комната, когда он вошёл внутрь, оказалась пуста. Зато горел свет, а под кроватью, куда он заглянул в первую очередь, заметив кончик хлястика на прикроватном коврике, лежала, как и предполагал Слава, набитая дорожная сумка.
За Настей пришли внезапно и забрали. Может, увели силой. Она даже свет выключить не успела. Зато догадалась спрятать готовые к побегу вещи.
Кто бы за ней не пришёл, Настя не хотела, чтобы он догадался о её намерении сбежать.
Слава посмотрел на часы. Почти полночь. Кому она могла понадобиться так поздно? Старику? Маргарите? Они что-то задумали. Все внезапное, что происходит накануне годовщины дня смерти Светы, выглядит подозрительно. Нельзя их недооценивать. Особенно старика.
Не включая свет, чтобы не напугать Настю, Слава уселся в кресло и приготовился ждать.
Через какое-то время, дверь с грохотом распахнулась, ударившись о стену, и внутрь ворвалась Света: в желтом пальто нараспашку, берете, из-под которого, пока она бежала, выбилось несколько прядей волос.
Увидев Славу, она ничуть не удивилась, вежливо, но почему-то равнодушно кивнула, и начала кружиться по комнате, открывая в спешке ящики комода, шкафа, ничуть не заботясь о порядке, копалась в своих старых вещах.
— Ты как тут? Ничего? Как жизнь? — мимоходом, пробегая мимо, спросила Света, даже не взглянув на него.
— Я сделал все, как ты просила, — не сводя с неё ошарашенного взгляда ответил Слава. — Ты пришла за мной? Но ещё рано, я ещё не закончил наше дело. Потерпи немного.
Света едва его услышала. Нахмурившись, она замерла посредине комнаты, потом улыбнулась и подскочила к зеркалу.
— Глупая. Сама спрятала и забыла, — перевернула зеркало, отцепила приклеенное с обратной стороны скотчем обручальное кольцо, надела его на палец и счастливо засмеялась. — Теперь все в порядке, — повернулся к нему. — Какое дело? Не понимаю.
Слава встал, хотел к ней подойти, но Света упреждающе подняла руку и поводила пальцем из стороны в сторону. Покорно кивнув, Слава отступил.
— Весь год, как ты и просила, я следил за Егором. У него никого не было. Я позаботился об этом ради тебя. Потом мы с Мастером нашли девушку, которой он в итоге увлекся, — Слава сознательно не стал, говорить, что ее муж влюбился в Настю, чтобы не причинять боль. — Сейчас Егор готов наплевать на деньги — он ждёт ее внизу в машине. Как только я приведу её к ней, у нас будут доказательства его неверности. И тогда ничего он не получит, ни копейки: ни он, ни твоя семья. А девушка разобьет его сердце. Ты рада? Ты же этого хотела? А потом я приду к тебе.
Света слушала его, не перебивала, но ни радости, ни удовлетворения на её лице он не увидел. Скорее удивление и жалость. Когда он замолчал в ожидании её одобрения, она склонила голову и убила его.
— Ты что-то путаешь, Слава. Егор давно со мной. Он теперь любит меня, и мы очень, очень счастливы. А тебя я не люблю и не когда бы не полюбила. Прости. Мне жаль. Хотя мне теперь не зачем обманывать. Совсем не жаль. Все равно. Мне пора. Я вернулась только за этим, — она подняла руку так, чтобы ему видно было её кольцо. — Раньше никак не могла. Нам там только в годовщину смерти можно. А у Егорки ещё две недели до отпуска на землю. А без него я, сам знаешь, ни минуты прожить не могу, — тут она улыбнулась. — Хотя о «прожить», это уже не о нас.
Замотав головой, Слава предпринял ещё одну попытку подойти к Свете.
— Это ты что-то путаешь. Егор здесь. И если я ничего не сделаю, завтра он получит все твои деньги.
— Нет, Слава. Егор почти год уже со мной. И мне все равно, кто получит мои деньги. Мне до всего этого нет никакого дела, — вдруг улыбка сползла с её лица. – Ой, осторожно. Просыпайся!
Проснуться Слава не успел. Он лишь уловил границу между сном и явью, но тут же с криком провалился в чёрный бездонный колодец.
Нож с первого раза безошибочно попал ему сердце.
Ещё несколько секунд после остановки сердца его мозг продолжать жить, потом лапочка, несколько раз подмигнув, погасла уже навсегда. Чёрный свет вокруг рассеялся. Теперь его окружали сумерки. Он больше не падал, а парил в воздухе, но состояние это было, скорее, тягостным, чем лёгким. Его очень медленно засасывало в болото.
Слава, или как его звали при жизни — из памяти быстро испарялись эти воспоминания — попытался нащупать землю, пол, но ноги беспомощно барахтались в воздухе.
Он огляделся. Кругом вязкие сумерки, в которых рука исчезла, стоит только вытянуть её перед собой. И трудно дышать, а о том, что уже можно не дышать, Слава не подумал.
Тут, среди серости, он заметил, как мелькнул подол жёлтого пальто.
— Подожди! —воскликнул он, протянул обе руки, но тут же потерял их из виду. Он хотел окликнуть хозяйку жёлтого пальто по имени, но забыл его, так же как секундой ранее забыл свое. Чувствовал только, что во что бы то ни стало должен догнать его, поймать, присвоить себе. Ноги заскользили по воздуху, но он так и остался висеть на месте, а кончик жёлтого пальто стал едва виден в гуще сумерек. —Эй, подожди! Я сейчас, — взвыл он и снова попытался приблизиться к незнакомке. На этой раз ему с трудом, вытянув ногу из болота, удалось сделать шаг, который ни на сантиметр не приблизил его к ней. Слава хотел заплакать, но не смог. Слезы, как пойманные птицы, бились у него в груди, и не находили выхода. —Не уходи! — в отчаянии закричал он, но крик его оттолкнулся о сумерки точно о тверди скал и больно ударил ему же в уши. —Подожди! —кричала его душа, в то время как тело медленно остывало в комнате любимой Светы.
Телеграм "С укропом на зубах"