Самые жаркие споры в Дзене вызывают статьи на тему отношений мужчины и женщины, особенно если дело касается материальных вопросов. Хотите классику? Предлагаю вольный пересказ произведения одного из авторов английской литературы на тему "она богатая, он — наоборот".))
Главная героиня — шестнадцатилетняя дочь лорда, чей роскошный особняк располагался в одном из респектабельных кварталов Лондона. Дом стоял на самой границе с Ист-Эндом, районом беспросветных трущоб, от которых поместье отделял лишь высокий кирпичный забор. Предки девушки выбрали это место намеренно: дети должны были ежедневно видеть в окна изнанку города, чтобы остро осознавать благополучие своей участи.
Однажды, глядя поверх ржавых наверший забора, девушка увидела своего ровесника — и влюбилась без памяти. Это был предводитель местной шпаны, юноша, чей облик хранил печать всех пороков столицы. В свои шестнадцать он уже познал тюремный холод и вкус уличных драк. По вечерам он присаживался на разбитую тумбу, небрежно попыхивая самокруткой и поигрывая складным ножом. Он и не подозревал, что из-за бархатных портьер дворца за ним наблюдает та, чья душа медленно сгорает от неведомого трепета.
Особое влечение она испытывала к его непохожести на юношей ее круга. Визиты к друзьям родителей были для нее пыткой. В то время как взрослые за чаем обсуждали новости или играли в вист, молодежь томилась в душных гостиных. Напудренные девочки, затянутые в китовый ус корсетов, и напомаженные юноши в высоких накрахмаленных воротничках-«отцеубийцах», растиравших шеи до крови, сидели в гробовом молчании, с ненавистью глядя друг на друга.
Наконец она решилась. Вечером девушка тенью скользнула к черному ходу, нашла прореху в заборе и замерла в ожидании. Когда из темноты появился он, она шагнула навстречу. Она заговорила сбивчиво, захлебываясь признаниями. Бродяга поначалу отпрянул, но едва смысл ее речей дошел до него, его лицо исказилось от ярости. Вместо ответа он грубо плюнул ей в лицо и, разразившись издевательским хохотом, скрылся в лабиринте грязных подворотен.
Она вернулась домой в беспамятстве. В ту ночь в ее душе созрело ледяное решение: покончить с собой. Она знала, что в материнском аптечном кабинете хранятся змеиные яды, но массивная дубовая дверь была заперта, а связку ключей мать всегда держала при себе. Тогда несчастная придумала план. К концу дня на кухне скапливались отходы, которые полагалось выносить на мусорную платформу за воротами. Пожилой кухарке было не под силу таскать тяжелые джутовые узлы, и они часто оставались гнить до утра.
На следующее утро девочка подошла к родителям:
— Я хочу приносить пользу семье. Позвольте мне по вечерам самой выносить мусорные мешки. Нехорошо, что отходы остаются в доме, а нашей кухарке это слишком в тягость.
Родители, тронутые таким «христианским смирением», с радостью разрешили ей это. Вечером она подхватила мешки, миновала лазейку в заборе и стала ждать. Вскоре появился он — всё той же развязной походкой. Оказалось, он уже успел похвастаться перед всей округой вчерашним приключением.
— Эй, честной народ, вылезайте из нор! Глядите, какая нынче потеха! — огласил он переулок свистом. На призыв повалила толпа: пропойцы, пахнущие дешевым джином, и уличные оборванцы.
Они двинулись вдоль улицы. Он глумился над ней, толкал в липкую черную жижу мостовой и лез под подол платья немытыми руками под улюлюканье толпы. Она сносила всё, лишь беззвучно всхлипывая. В конце пути он вновь плюнул ей в лицо и скрылся.
Это превратилось в мрачный ритуал. Каждый вечер — унижения под общий хохот и путь домой в ожидании, когда мать забудет ключи от аптечки. И вот однажды этот час пробил. В парадных дверях начался переполох: к крыльцу подкатил казенный экипаж. В холл вошел человек, чей стук подкованных сапог заставил слуг вздрогнуть. В суете мать оставила связку ключей на столе. Девушка мгновенно спрятала их в складках юбки и выскользнула через заднюю дверь на свою последнюю «встречу».
Ждать пришлось непривычно долго. Наконец парень показался, но вид его был страшен: лицо мертвенно-бледное, холодный пот, дрожащие руки. Он попытался ударить ее, но едва не рухнул. В ужасе она умоляла его пойти в особняк к лучшему врачу, но он лишь отмахивался. Увидев у края мостовой бочку с ржавой дождевой водой, он припал к ней, жадно заглатывая мутную жижу. В конце квартала он обернулся, собираясь плюнуть ей в лицо, но внезапно рухнул наземь. Глаза закатились, изо рта повалила белая пена, а тело свело чудовищным спазмом. Спустя минуту всё было кончено.
Ее грубо оттолкнули от тела:
— Проваливай, дурочка богатенькая! Ступай в свои хоромы!
Ни жива ни мертва она вернулась домой через парадный вход и бросилась на кухню. Там за столом сидел усатый мужчина в мундире и женщина в строгом платье.
— Я констебль прихода, — басом произнес мужчина, — а это инспектор здравоохранения. Так это вы, мисс, носили мусорные мешки в трущобы? Для вашего квартала есть площадка под замком. Зачем вы таскали их на стихийную свалку Ист-Энда?
Девушка молчала.
— С сегодняшнего дня вступило в силу распоряжение об истреблении грызунов, — отрезал констебль. — Теперь все кухонные отбросы мы обрабатываем изнутри сильным крысиным ядом. Этот яд — страшная вещь. Симптомы: бледность, испарина, неутолимая жажда и мучительная агония спустя считаные минуты. Немедленно идите мыть руки и обработайте кожу карболкой!
Словно в тумане она почувствовала, как мать ведет ее к умывальнику, начиная яростно тереть ее ладони мылом, приговаривая:
— Ох, дитя моё, ну зачем же ты сама... У меня же старые холщовые мешки в чулане оставались, чтобы мусор накрывать! Я побежала было за тобой, хотела помочь, да ключи от чулана как назло куда-то запропастились...
Ставь лайк и подписывайся! Впереди ещё много интересного!