Тяжелая дубовая дверь суда с глухим стуком закрылась за спиной. Инга остановилась на крыльце, пряча озябшие руки в карманы тонкого драпового пальто. Влажный ветер тут же забрался под воротник.
Станислав спускался по ступеням впереди нее. Широким, уверенным шагом. Он даже не обернулся. Просто перешел узкую улицу, чавкая ботинками по весенней слякоти, и сел на водительское сиденье массивного черного внедорожника. На пассажирском кресле, поправляя макияж в зеркальце, сидела Жанна.
Инга достала смартфон. Экран был холодным и скользким от мелкой измороси.
Они начинали компанию по оптовой продаже ветеринарных препаратов вместе. Точнее, Инга сутками сидела в сыром цоколе, сверяя накладные на собачий корм и витамины, пока Станислав «налаживал связи» в кофейнях. По документам фирма принадлежала только ей. Он числился наемным коммерческим директором.
В прошлом году он настоял на выпуске корпоративных карт. Для себя, для своей матери Маргариты Ильиничны и сестры Зои — якобы для мелких представительских расходов. Инга тогда доверяла ему больше, чем себе, и подписала бумаги.
Она открыла банковское приложение. Пять активных карт. Взгляд зацепился за ту, с которой вчера списали крупную сумму за бронь загородного отеля. Палец нажал на иконку блокировки. Система запросила подтверждение. Инга не колебалась.
Телефон издал короткую вибрацию. Плашка загорелась серым. Инга перешла к следующей строке. Карта Зои. Блок. Карта свекрови. Блок. Пять тихих сигналов телефона. Пять оборванных нитей.
Инга не поехала домой. Она спустилась в метро и направилась на центральный склад. Там пахло сухим кормом, пыльным картоном и сырым бетоном. Этот запах всегда возвращал ее в реальность.
Начальник смены, хмурый мужчина в затертой флисовой куртке, подошел к ее столу с планшетом в руках.
— Инга Валерьевна, тут Станислав звонил в бухгалтерию. Орал так, что динамик хрипел. Требовал срочно провести платеж на счет загородного клуба. Сказал, у него пластик не читается.
— Что ответили девочки?
— Что без вашей подписи переводы закрыты.
— Хорошо.
Домой она вернулась поздно. Едва успела стянуть сапоги, как в дверь настойчиво позвонили. Кнопку явно держали зажатой.
Инга повернула замок. Бывшая свекровь и золовка буквально ввалились в тесную прихожую. На голове Зои была намотана пищевая пленка, а поверх куртки накинут салонный пеньюар.
— Ты вообще соображаешь, что творишь? — зашипела золовка, оставляя на коврике грязные следы. — Я сижу в кресле у мастера, краска стынет, а терминал пишет отказ! На меня администратор смотрела, как на попрошайку! Мне пришлось паспорт в залог оставить! Это твои фокусы?
— Карты заблокированы, — ровно ответила Инга, вешая пальто на крючок.
— Да как ты смеешь! — Маргарита Ильинична выступила вперед, крепко сжимая старую кожаную сумку. — Мой сын этот бизнес на своих плечах вытащил! Он всех обеспечивает! А ты решила его перед людьми унижать? Он сейчас стоит на ресепшене ресторана и не может остаток за банкет внести!
Инга прошла на кухню, выдвинула верхний ящик стола и достала толстую папку с банковскими выписками.
— Посмотрите сюда. Фирма моя. А вот куда уходили деньги. Полгода ваш сын втайне выводил средства со счетов компании. Поездки на курорты для его новой подружки. Дорогая одежда. Ужины.
Зоя скрестила руки на груди, задев фольгу на голове.
— И что? Мужик пашет, ему отдыхать надо. А ты вечно в своих растянутых джинсах ходишь, на тебя смотреть тошно. Сама виновата, что он молодую нашел.
— Я воров не держу, — голос Инги стал тихим, но жестким. — Вы пришли требовать, чтобы я дальше оплачивала ваши стрижки и его свидания? Бесплатная кормушка закрылась. Выход там.
Маргарита Ильинична дернула дочь за рукав.
— Ты еще пожалеешь. Завтра у него серьезное мероприятие. Приедут важные партнеры, родители этой девочки. Если он сорвет банкет, он тебя по судам затаскает и без штанов оставит!
Они ушли, громко хлопнув дверью. Через десять минут экран телефона загорелся. Звонил Станислав. Инга нажала кнопку записи.
— В какие игры ты играешь? — тяжело дыша, спросил он. На заднем фоне кто-то настраивал аппаратуру. — Включай карты. Немедленно.
— Оплачивай свои праздники сам.
— Слушай меня очень внимательно, — его тон стал вкрадчивым, неприятным. — Завтра у меня гости. Семья невесты. Поставщики. Если ты сейчас не снимешь блок и не дашь мне оплатить зал, я заберу у тебя склады. Я найму юристов, которые докажут, что ты просто номинал на бумаге. Ты меня поняла?
— Поняла. Разговор записан. Прощай.
Утром следующего дня Инга сидела в светлом кабинете своего юриста. Он внимательно изучал выписки и слушал аудиозапись.
— Классический несанкционированный вывод корпоративных активов на личные нужды до расторжения брака. Мы подаем иск о полном возмещении. И ходатайство об аресте его внедорожника.
Выйдя на улицу, Инга набрала номер своего давнего оптового клиента. Антон управлял элитным загородным клубом и регулярно закупал у нее премиальный корм для своих питомников.
— Антон, мне нужна услуга. Мой бывший сегодня устраивает у тебя торжество.
— Знаю, — в голосе Антона слышалось напряжение. — Он внес крошечный аванс еще месяц назад. А сегодня должен был закрыть основной счет. Карты не прошли. Обещал привезти наличные к вечеру. Мой директор рвет и мечет, но гости уже съезжаются.
— Проведи меня в зал. Через служебный вход.
Вечером загородный клуб пах дорогим воском и жареным мясом. Антон встретил ее у черного хода, накинув куртку.
— Они в центральном зале. Собралось человек шестьдесят. Родители невесты смотрят на всех свысока. Станислав держится из последних сил, но пытается улыбаться.
Инга прошла по узкому коридору для персонала и слегка приоткрыла тяжелую боковую дверь.
Зал был украшен цветами. За центральным столом сидел Станислав в идеально подогнанном костюме. Рядом сияла Жанна. На ее шее переливалось колье — то самое, купленное с корпоративного счета.
Ведущий поднял микрофон.
— Друзья! Давайте дадим слово нашему жениху. Человеку дела, чье имя вызывает уважение, и просто щедрому мужчине!
Станислав встал, поправил манжеты и взял бокал.
— Спасибо. Я всегда считал, что мужчина должен обеспечивать своих близких. Я обещал Жанне сказку, а я привык отвечать за свои слова...
Инга толкнула дверь и пошла прямо к центру зала. Музыка оборвалась. Десятки голов повернулись в ее сторону.
Станислав осекся. Он выглядел совершенно растерянным, всё его напускное спокойствие куда-то испарилось.
— Добрый вечер, — спокойно произнесла Инга, глядя на затихшие столики. — Извините, что прерываю этот тост про обеспечение.
Она достала из сумки папку.
— Я заблокировала карты, а теперь покажу, чьи это деньги, — ее голос разнесся по всему залу, отражаясь от высоких сводов.
Станислав дернулся вперед.
— Охрана! Вышвырните ее отсюда!
Но крепкие парни у дверей, предупрежденные Антоном, даже не шевелились. Инга подняла банковские выписки.
— Жених забыл упомянуть, что эта сказка строится на чужих средствах. Последние полгода он тайно выводил деньги с моей компании, чтобы покупать своей подружке украшения. А поскольку вчера я закрыла ему доступ к счетам, этот прекрасный зал до сих пор не оплачен.
Жанна вскочила, опрокинув тяжелый стул.
— Стас? Что она несет? Ты же говорил, что фирма твоя!
— Замолчи! — рявкнул он на нее, окончательно выйдя из себя.
Плотный мужчина за первым столиком — владелец крупной сети зоомагазинов — медленно опустил тканевую салфетку.
— Так вот почему ты просил отсрочку по платежам за прошлый месяц, Стас? На лилии не хватало?
Мужчина встал, кивнул своей жене и направился к выходу. За ним тут же поднялись еще несколько человек. В бизнесе никто не терпит партнера, который ворует у своей же семьи.
Отец Жанны тяжело хлопнул ладонью по столу, схватил дочь за локоть и потащил в сторону гардероба. Девушка плакала, размазывая косметику, но кольцо с пальца так и не сняла.
Через пятнадцать минут зал опустел. Официанты молча убирали нетронутые горячие закуски. Станислав остался стоять один среди увядающих цветов. Инга убрала папку обратно в сумку. Она не чувствовала триумфа. Только глубокое, спокойное облегчение.
Она вышла на улицу, почувствовала, как свежий воздух помогает окончательно успокоиться, и села в машину. Завтра утром на склад приходила новая партия груза.
Спустя два месяца суд обязал Станислава вернуть все незаконно выведенные средства. Ему пришлось продать внедорожник, чтобы не доводить дело до серьезных проблем с законом. Жанна заблокировала его номер на следующий день после сорванного банкета. Бывшая свекровь и золовка несколько раз пытались звонить Инге, но их номера давно находились в черном списке. Компания росла, и теперь Инга точно знала, что этот бизнес принадлежит только ей.
Спасибо за ваши лайки, комментарии и донаты. Всего вам доброго! Будем рады новым подписчикам!