Тамара сидела на кровати в своей спальне и плакала, уткнувшись лицом в подушку. Она плакала, и слёзы текли по её щекам безостановочно. Все слёзы, которые не выплакала, когда Максим изменял ей, когда он лгал, когда он возвращался домой под утро, когда она, закусив губу до крови, делала вид, что ничего не замечает, что у них счастливая семья, — всё это разом вырвалось наружу, и остановить этот поток было уже невозможно. По дороге домой, когда она сидела за рулём своей серебристой иномарки и смотрела на улицы, по которым ездила каждый день, на людей, которые спешили по своим делам, не подозревая о том, какая драма разворачивается в душе у этой красивой, ухоженной женщины в дорогом автомобиле, Тома достала телефон, который лежал в сумочке на соседнем сиденье, и набрала номер матери. — Мам, привет, — сказала она, когда Галина Семёновна ответила. — Слушай, я что-то неважно себя чувствую, голова раскалывается. Ты не могла бы после школы забрать Мишу к себе? Пусть у вас сегодня переночует, ла
Публикация доступна с подпиской
ПремиумПремиум