Это было ночное таинство... 25 лет назад, в тишине поздней московской ночи, когда за окном не было ни души, а в родильном зале — только свет мягкого бра и дыхание акушерки, я впервые почувствовала, как меняется сама суть моего существования. На моей груди лежала крошечная жизнь — моя дочь. Её кожа пахла молоком и теплом, дыхание было частым, как у птички. Я смотрела на неё и не могла поверить: это моё. Это — я. Это — любовь, ставшая плотью. И вдруг — голос акушерки:
— Кому будем сообщать о рождении малышки? Я улыбнулась:
— Конечно, мужу Но уже в следующую секунду, будто что-то внутри меня перевернулось, я тихо добавила:
— Нет… Позвоните моей маме. И в этой паузе — длиной не больше вздоха — произошло нечто большее, чем просто смена приоритетов. В секунду я осознала, насколько важна для меня связь именно с мамой и ее безусловная поддержка. Потому что впервые поняла: теперь я знаю, что такое любовь, которая не спрашивает, не требует, не оценивает. Любовь, которая просто есть. Та, что не