Мемуары Джорджа Бьюкенена, английского посла в Петрограде в 1910-1918 гг., публикуются в России чаще всего в сокращенном варианте. И мало кто об этом подозревает. Первое английское издание книги "My mission in Russia and other diplomatic memories" состоялось в Британии в 1920 г. В 1924 г. в СССР вышел сокращенный перевод С. А. Алексеева и А. И. Рубена под названием «Воспоминания дипломата». Именно этот перевод в основном и тиражируется до сих пор различными издательствами. Но существует, по крайней мере, одно русскоязычное издание, в котором мемуары представлены целиком – Бьюкенен Д. Моя миссия в России. Воспоминания английского дипломата. 1910-1918 / Пер. с англ. Т. В. Китаиной. М: Центрполиграф, 2006. 399 с. [1]
Сегодня вспоминаем о посещении семьей Бьюкененов – самим послом, его женой Джорджиной и дочерью Мэриэл – Крыма весной 1916 г. Эпизоды о посещении юсуповского имения Коккозы и окрестностей Бахчисарая в кратком русском переводе отсутствуют.
Джордж Бьюкенен. "Моя миссия в России":
«В начале апреля я вместе с женой и дочерью выехал в Крым для отдыха, в котором я сильно нуждался. Ничто и никогда не доставляло мне такого наслаждения, как те две недели, что мы там провели. После льда и снега Петрограда как приятно было узнать Россию с солнечной стороны. Мы упивались чудесной голубизной моря, которое носит столь неподходящее для него имя – Черное, и романтическими видами по берегам. Проведя несколько дней в Севастополе, мы поехали в Ялту, и, поскольку правительство любезно предоставило в наше распоряжение на все время путешествия удобный салон-вагон со спальными местами, а также автомобили, которые подавались по первой же нашей просьбе, мы могли совершать экскурсии по всем окрестным достопримечательностям. Единственное неудобство заключалось в том, что власти настаивали на придании моему визиту официального характера. Всюду, куда бы мы ни пришли, нас встречали хлебом-солью и приветственными речами, на которые мне приходилось отвечать. В яхт-клубе в Ялте в нашу честь выставили почетный караул из учеников гимназии, которые готовились к военной службе, и оркестр играл «Боже, царя храни».
В Ливадии, где мы присутствовали на открытии госпиталя для раненых, основанного императрицей [2], имена английского короля и королевы были упомянуты в молитвах во время православной службы, предшествовавшей церемонии, а на последовавшем за ней обеде тосты за здоровье их величеств были с энтузиазмом подхвачены всеми присутствующими. На одной из красивых вилл из тех, на которых мы побывали, нас встречали хлебом-солью на серебряном блюде, а после отъезда мы обнаружили в автомобиле дюжину бутылок старого бургундского, достоинства которого я воспел, попробовав его за обедом.
Невероятно грустно оглядываться на те ушедшие счастливые дни и думать о бедах и несчастьях, обрушившихся на тех, кто принимал нас с такой добротой и гостеприимством.
По дороге домой мы переехали Ай-Петри и попали в Кокос, татарскую деревню, где мы пообедали с князем Юсуповым на его великолепной вилле, построенной в восточном стиле. По прибытии жители деревни встречали нас хлебом-солью, староста произнес длинную речь (ее переводил нам князь Юсупов), в которой он выразил восхищение Англией и призвал благословение Божие на ее монарха.
Затем мы продолжили наше путешествие и вечером прибыли в Бахчисарай – бывшую резиденцию крымских ханов, – рядом с которым находится разрушенный город, оставленный сто лет тому назад своими обитателями – караимами, старинной иудейской сектой, чье положение было гораздо лучше, чем положение обычных евреев в России. В 1916 году их потомки все еще проводили службы в синагоге – единственном уцелевшем в городе здании, и в нашу честь там была проведена специальная служба, во время которой произносились молитвы о здоровье короля и королевы. После церемонии нам подали чудесный чай с такими деликатесами, как варенье из лепестков роз, горячие медовые пирожки и что-то вроде девонширского крема.
Затем нас пригласили на обед в старый дворец Бахчисарай – хотя аппетита у нас уже почти совсем не было – и после этого нас отвели в мечеть, где мы наблюдали странное представление секты танцующих дервишей. После этого мы поехали на станцию, где нас ожидал наш вагон, и возвратились в Петроград, остановившись по дороге на двенадцать часов в Киеве.
Несколько дней спустя, 5 мая, у меня была продолжительная аудиенция у императора [3], во время которой его величество затронул множество различных вопросов. Он начал с расспросов о моей поездке в Крым и о моих прогулках по горам, поскольку сам был страстным любителем пеших прогулок и неизменно доводил своих спутников до полного изнеможения».
Комментарии:
- В 1924 г. в Берлине также был издан полный вариант мемуаров Бьюкенена в переводе на русский язык Д. Я. Блоха.
- 11 апреля 1916 г. состоялось освящение, а не открытие этой больницы.
- Бьюкенен был на приеме у Николая II в Царском Селе, на самом деле, 21 апреля / 4 мая 1916 г., о чем сохранилась запись в дневнике императора: «От 6 ¼ до 7 ½ принимал Бьюкенена».