Она разбирала мамины вещи и нашла папку. Маша не искала ничего особенного — просто разбирала, как разбирают вещи после смерти: методично, с тем особым сочетанием горя и практичности, которое наступает на третий день. Платья — в пакеты для благотворительности. Документы — отдельно, разобраться потом. Фотографии — оставить. Папка лежала под стопкой старых журналов. Картонная, синяя, с наклейкой «важное» — маминым почерком. Маша открыла. * * * Внутри были документы. Свидетельство о рождении — её собственное, Машино. Она смотрела на него и не сразу поняла, что не так. Потом поняла. В графе «отец» стояло имя, которое она не знала. Не Сергей Ковалёв — отец, которого она помнила, который умер, когда ей было восемь. Другое имя. Полностью другое. Маша сидела на полу среди маминых вещей и держала свидетельство в руках. Ей было сорок три года. Она была врачом, замужем, двое детей. Она думала, что знает всё важное о своей семье. Оказывается, нет. * * * Следующие два часа она читала всё, что было в
Разбирала мамины вещи и нашла папку с документами. За час узнала о ней то, чего не знала всю жизнь
2 апреля2 апр
54
1 мин