Мы знаем, что шутят врачи, шутят математики, шутят физики. Правда, иногда юмор, скажем, математиков бывает таким, что он понятен только им. Классика: назвать кого-либо компактным в конечномерном пространстве. Или сказать: «да мне это как экспонента!»
А юристы... шутят? Да, причём зачастую в реальности, которая порою сама по себе анекдотична.
Представляю вам шуточки, которые были на самом деле.
Знакомые незнакомцы
Однажды одного юриста пригласили в процесс, который был уже на середине, было уже изготовлено экспертное заключение. Ожидался допрос эксперта. Вошедший в зал заседания эксперт заявил, что вот этого юриста (того самого, которого пригласили) он, эксперт не знает и видит впервые. Когда судья предложил этому юристу задавать вопросы эксперту и юрист задал первый вопрос... эксперт ответил, что он не будет отвечать, так как он не разговаривает с незнакомыми людьми. Между ними произошёл следующий диалог:
Юрист: Скажите, пожалуйста...
Эксперт: Я с незнакомыми людьми не разговариваю.
Юрист: А со знакомыми?
Эксперт: Со знакомыми разговариваю.
Юрист: А как же в таком случае Вы с людьми знакомитесь? на ощупь? на запах? на вкус?... Ну, хорошо, мы ведь уже разговариваем. Меня звать...<юрист назвал свои фамилию имя и отчество>. Вас нам уже представили. Мы уже знакомы?!... Скажите, пожалуйста...
Не смотрите на третье
Один юрист, желая отстоять своё утверждение, что в случае, если произойдёт исполнение хотя бы одного из двух рассматриваемых обязательств, вероятность исполнения одного обязательства будет зависеть от исполнения другого, хотя бы эти обязательства и не рассматривались как связанные между собой изначально, привёл вот какую систему аргументации.
Пусть А это событие исполнения одного обязательства, а Б — событие исполнения другого обязательства. События А и Б независимы. Обозначим вероятности их так: р(А), р(Б). Будем считать, что ни одно из событий не является достоверным и ни одно из событий не является невозможным. Тогда
0 < р(A) < 1 и 0 < р(Б) < 1
То, что произойдёт событие А при условии, что уже произошло событие Б, обозначим А|Б. Поскольку предполагается, что события А и Б независимы (исполнение одного обязательства никак не зависит от выполнения иного), то
р(A|Б) = р(A)
р(Б|А) = р(Б)
Однако, если есть событие В = A∪Б (то есть исполнено хотя бы одно из обязательств: А или Б или оба сразу...), то
р(А|Б) × р(В) < р(A|В).
Но это значит, что как только появилось в рассмотрении третье событие (В), а его, как можно видеть, можно организовать всегда из исходных событий, сразу же первые два стали зависимыми.
Вопрос суда: это что... шутка?!
PS Когда я рассказал это, один человек выкрикнул: «Откуда видно, что р(А|Б) × р(В) < р(A|В)?!»... Ну, друзья мои, так облениться — анекдот уже. О формуле Байеса я рассказывал, о квадратных уравнениях рассказывают в средней школе. Возьмите да и посчитайте сами. Неравенство — железобетонно верно в рассматриваемых условиях.
...
Невероятный свидетель
Однажды в процессе свидетель очень точно описал события вполне определённой даты, бывшие, тем не менее, пять лет тому назад. Впрочем, события были достаточно банальными, которые случаются со многими, если не каждый день, то уж раз в неделю определённо. Но они имели значение для конкретного процесса.
Сначала один представитель, затем другой, следом за ними прокурор и судья высказали недоверие даже не к тому, что свидетель так точно помнит обыденные события пятилетней давности, а главным образом то, что свидетель настаивал: описываемое им было именно в такую-то дату. Много было сказано об аберрации памяти, о конфабуляциях и конкатенациях, даже о déjà vu.
А между тем, свидетель явился с паспортом, по которому установили его личность перед допросом. И никому в голову не пришло ещё раз посмотреть в тот же самый документ и увидеть... что это был день рождения свидетеля.
Впрочем, бывает и обратный вариант:
Зачем нужны деньги
В одном из процессов один из представителей ответчика задал вопрос представителю истца: «А зачем Вашему доверителю нужны деньги, которые он просит взыскать?» И получил ответ: «Для эстетического разнообразия!»
Читать до конца
Однажды один истец направил в суд исковое заявление, в котором все необходимые данные, которые обычно располагают в начале искового заявления, были написаны в конце перед просительной частью. Суд сначала оставил иск без движения, потребовав указать эти данные, а затем возвратил материалы. Частная жалоба состояла из одного предложения (кроме просительной части): «Если бы судья читал до конца, то он не вынес бы эти определения».
Трое в ресторане
В ресторан вошла группа молодых людей из трёх человек. Молодые люди заказали закуски, вытащили из своих сумок разнообразные напитки, явно намереваясь их употребить. Подошедший к ним администратор вежливо указал на табличку, на которой было написано: «Употребление своих продуктов в ресторане не допускается».
Что ж, вся троица немедленно взяла салфетки и написала на них договор мены, которым обменялась между собой всеми принесёнными и выложенными на стол продуктами, а также оговорила, что ни один из этой троицы не имеет права есть принадлежащие ему продукты, пока и поскольку не передал их соседу.
Нетрудно догадаться, что перед нами были студенты юрфака.