Начало тут: https://dzen.ru/a/acwNqbMQ43QCmiDj
часть 8
Сознание возвращалось медленно. Сначала — звук. Глухой, тянущийся, как будто из-под воды.
Чьи-то голоса. Шорох. Металл. Потом — свет. Резкий. Белый. Безжалостный.
Я попыталась открыть глаза — веки были тяжёлыми, будто налиты свинцом. Но всё же поддались.
Потолок. Чужой. Слишком белый. Слишком чистый.
Запах ударил в нос — стерильность, лекарства, холод.
Больница или я умерла?
Я моргнула, пытаясь сфокусироваться.
Надо мной склонился мужчина в белом халате.
— Анна? Вы меня слышите? — голос спокойный, ровный.
Я открыла рот, но вместо слов вышел только сухой, слабый звук.
— Она приходит в себя, — сказал врач кому-то в стороне.
Я медленно повернула голову. И увидела его.
Кошмар всей моей жизни. Максим стоял у стены, чуть в стороне, руки в карманах, лицо спокойное, даже… обеспокоенное.
Как у человека, который переживает.
Меня передёрнуло.
— Что… произошло?.. — прошептала я.
Врач посмотрел на меня внимательно.
— Вы поступили с признаками интоксикации. Скажите, вы принимали какие-то препараты?
Я замерла. Слова застряли в горле. Память вспыхнула обрывками.
Таблетки. Его руки.
«Глотай».
Я перевела взгляд на Максима. Он смотрел на меня — прямо, спокойно.
И едва заметно покачал головой. Лёгкое движение.
Но в нём было всё. Предупреждение.
Я почувствовала, как внутри поднимается паника.
— Я… — голос дрогнул. — Я не помню…
— Доктор, — вмешался Максим мягко, делая шаг вперёд. — Я пришёл домой, а она уже была в таком состоянии. Рядом лежали таблетки. Я сразу вызвал скорую. Моя жена, в последнее время, страдала от депрессии. Она вела себя странно, я даже и подумать не мог...
Я резко посмотрела на него. Он говорил уверенно.
Спокойно. Правдоподобно выставляя меня за сумасшедшую.
— Она в последнее время была… нестабильна, — продолжил он, с лёгкой ноткой сожаления. — Много нервничала, плохо спала. Я боялся, что она может что-то с собой сделать.
Каждое слово било точнее удара.
— Это неправда… — прошептала я.
Врач перевёл взгляд на меня.
— Анна, вы помните, какие именно препараты принимали?
Я смотрела на него… и не могла говорить. Потому что Максим подошел максимально близко.
Слишком близко.
— Всё хорошо, — сказал он тихо, почти ласково, касаясь моей руки. — Тебя спасли. Это главное.
Его пальцы сжали мою ладонь. Лёгкое давление.
Но я почувствовала его как угрозу.
— Скажите, это была попытка навредить себе? — спросил врач.
Я открыла рот. И снова — тишина. В голове шумело.
Сказать правду? Сейчас? Здесь?
Я перевела взгляд на Максима. Он улыбнулся. Едва заметно.
И в этой улыбке не было ничего человеческого.
Только контроль за ситуацией. Я закрыла глаза.
— Я… не знаю… — прошептала я.
Врач кивнул.
— Понимаю. Вам нужно отдохнуть. Мы понаблюдаем за вами.
Он сделал пометку в карте и отошёл.
Максим остался. Мы были вдвоём.
Он наклонился ближе. Так, чтобы никто не слышал.
— Умница, — прошептал он. — Правильно делаешь. Ты поправишься, не надо так себе вредить. Я найду тебе лучших врачей. Они вылечат тебя.
Я открыла глаза.
Слёзы скатились по вискам.
— Зачем?.. — едва слышно.
Он выпрямился.
Посмотрел на меня сверху вниз.
— Потому что ты моя, — спокойно ответил он. — И я не позволю тебе разрушить нашу жизнь.
Я смотрела на него — и впервые не просто боялась.
Я понимала. Он не остановится. Никогда.
И если я сейчас не найду способ выбраться —следующий раз я могу уже не проснуться.
Дверь палаты тихо закрылась за врачом. А я осталась лежать, глядя в потолок,
с единственной мыслью:
Мне нужно выжить.
Дни в больнице проходили странно — вязко, будто время здесь не шло, а тянулось, цепляясь за каждую мысль, за каждое движение.
Максим приходил каждый день. Всегда в одно и то же время.
Всегда одинаково спокойный.
То приносил цветы — аккуратные букеты, будто из рекламы идеальной жизни.
То фрукты — тщательно вымытые, нарезанные, разложенные по контейнерам.
— Тебе нужно восстанавливаться, — говорил он мягко, ставя всё это на тумбочку. — Врачи сказали, что всё будет хорошо.
Он сидел рядом, брал меня за руку, смотрел внимательно — почти заботливо.
И если бы не память, если бы не тот страх, который жил где-то глубоко внутри,
можно было бы поверить. Можно было бы решить, что всё это — недоразумение.
Но тело помнило. Каждое его прикосновение отзывалось напряжением.
Каждое слово — тревогой. Я отвечала коротко. Осторожно.
Как будто шла по тонкому льду.
На третий день ко мне пришла врач — женщина лет сорока, спокойная, собранная.
Она долго листала мою карту, делала пометки, потом подняла на меня глаза.
— Анна… есть ещё один момент, который нам нужно обсудить.
Я напряглась.
— Что-то серьёзное?
Она на секунду замялась.
—Я получила результаты анализов. Вы беременны.
Мир замер. Я смотрела на неё, не понимая, что она сказала.
Слова будто не складывались в смысл.
— Что?.. — прошептала я.
— Срок небольшой, — продолжила она мягко. — Но сомнений нет. Мы сделали повторный анализ.
Я закрыла глаза. Внутри стало пусто. Беременна.
От него. От человека, от которого я пыталась сбежать.
— Вы уверены?.. — голос едва держался.
— Да.
Пауза.
Я медленно открыла глаза.
— Пожалуйста… — сказала я тихо. — Не говорите об этом моему мужу.
Врач посмотрела на меня внимательно.
— Вашему мужу?
Я кивнула.
— Это… пока не нужно, — добавила я, стараясь звучать спокойно. — Я сама скажу. Позже.
Она не сразу ответила.
— Хорошо, — наконец сказала она. — Но это ваше решение должно быть обдуманным.
Я кивнула. Но внутри уже всё рушилось. В ту ночь я не могла уснуть.
Стены давили.
Мысли — громче любых звуков.
Я беременна.
И если я сейчас ничего не сделаю — будет поздно.
Очень поздно. Я медленно встала.
Тело ещё было слабым, но адреналин перекрывал всё.
Оделась тихо, осторожно, чтобы не привлечь внимания.
Дверь палаты приоткрылась почти бесшумно.
Коридор был пуст. Но домой мне нельзя. Пойду к тете Лене, там он точно искать меня не будет.
Я шла быстро, но старалась не бежать.
Сердце билось так громко, что казалось — его слышно на весь этаж.
Лифт. Первый этаж.
Холл. Выход.
Я почти дошла до двери, когда услышала:
— Девушка, вы куда?
Я замерла. Обернулась.
У стойки стоял дежурный врач. Молодой. Лет тридцати, не больше.
Смотрел на меня внимательно.
— Мне… нужно выйти, — сказала я, чувствуя, как голос начинает дрожать.
— Ночью? — он нахмурился. — Вам нельзя покидать отделение.
— Мне нужно, — повторила я. — Пожалуйста.
Он сделал шаг ко мне.
— У вас документы есть? Разрешение врача?
Я покачала головой.
И в этот момент что-то во мне сломалось.
Слёзы хлынули сами.
— Пожалуйста… — прошептала я. — Я не могу здесь оставаться.
Он остановился. Посмотрел внимательнее.
— Что случилось? — уже мягче спросил он.
Я опустила голову.
— Я не могу… — слова путались. — Он… он меня не отпустит…
— Кто?
Я подняла глаза.
И впервые за всё время сказала это вслух:
— Мой муж.
Пауза.
Врач вздохнул, провёл рукой по волосам.
— Пойдёмте, — сказал он тихо. — Поговорим в моем кабинете.
Я колебалась секунду. Потом пошла за ним.
Кабинет был маленький, с тусклой лампой и запахом кофе.
Он закрыл дверь.
— Садитесь, — сказал он, указывая на стул.
Я села. Руки дрожали.
Он сел напротив.
— Рассказывайте, что произошло у вас.
И я рассказала. Сначала — сбивчиво. Потом — быстрее. Потом — уже не останавливаясь.
Про Максима. Про таблетки. Про квартиру.
Про страх.Про синяки на моем теле.
Он слушал молча.
Не перебивал.
Только иногда сжимал губы, будто что-то обдумывал.
Когда я закончила, в комнате повисла тишина.
— Вы понимаете, что это серьёзно? — сказал он наконец. -Вы точно правду говорите?
Я кивнула.
— Мне нужно позвонить маме, — прошептала я. — У меня нет телефона. Он всё забрал. Пожалуйста…
Он замялся.
— Это… не совсем по правилам.
— Я знаю, — перебила я. — Но я больше не знаю, что делать. Отцу я позвонить не могу, он работает вместе с Максимом. Что там происходит - одному Богу известно. Мой приемный отец ни разу не навестил меня.
Он посмотрел на меня. Долго. Сомневаясь.
Потом вздохнул. Достал телефон.
— Только быстро, — сказал он. — И спокойно.
Я взяла телефон, как будто это была единственная ниточка к спасению.
Пальцы дрожали, когда я набирала номер.
Гудки. Один. Второй.
— Алло? — раздался голос мамы.
И в этот момент я поняла —еще не все потеряно.
— Мам… — прошептала я. — Это я.
-Аня? Я не могу до тебя дозвониться который день. Максим сказал ты приболела. Где ты?
-Я в больнице. Мамочка, приезжай, пожалуйста, иначе Максим меня убьет.
-Что ?
В этот момент связь оборвалась. Я попробовала перезвонить снова, но голос в трубке сказал, что абонент недоступен.
Я стояла посреди маленького кабинета, сжимая в руках его телефон так, будто от него зависела моя жизнь.
Хотя, по сути, так и было.
— Наверное, я проговорила все ваши деньги… — голос дрожал, сбивался. — Я звонила в Израиль… Я вам всё возмещу, пожалуйста… дайте мне уйти…
Он тяжело выдохнул, провёл рукой по лицу, будто пытаясь стряхнуть с себя чужую проблему.
— Вы не понимаете, — сказал он тише. — Если я это сделаю — меня уволят. Я и так не должен был давать вам телефон.
Я смотрела на него, не моргая.
— А если я останусь… — прошептала я. — Он меня не отпустит. Никогда. Вы же это слышали. Он убьет меня.
Пауза. Он отвернулся. Сделал шаг к окну.
Постоял.
— Я не могу просто так вас выпустить ночью, — сказал он, не глядя. — Это нарушение. Меня проверят. Камеры повсюду. Журнал. Всё фиксируется. Я не ваш лечащий доктор.
Сердце снова начало падать куда-то вниз.
— Тогда что мне делать?..
Он повернулся. Смотрел уже иначе. Не как врач. Как человек.
— Моя смена заканчивается в восемь утра, — сказал он после короткой паузы.
Я не сразу поняла.
— И?..
— В восемь будет пересменка. — он говорил медленно, будто взвешивал каждое слово. — Пятнадцать-двадцать минут хаоса. Передача пациентов, подписи, суета. Никто особо не смотрит, кто куда идёт.
Я замерла.
— То есть…
Он перебил:
— Я этого не говорил.
Тишина.
Но смысл мне был понятен. Я сжала пальцы.
— Вы… вы поможете мне?..
Он покачал головой.
— Я не могу помочь. Я могу… — он запнулся, — сказать, чтобы вы сейчас шли к себе в палату.
Глаза защипало.
— Спасибо…
Он резко отвернулся, будто ему стало не по себе.
— Не благодарите. — голос стал жёстче. — Я просто не хочу потом читать про это в новостях. Я опустила взгляд.
— А если он придёт раньше?..
— Обычно родственники приходят днём, — ответил врач. — Утром — редко. Но… — он посмотрел на меня серьёзно, — вам нужно быть готовой ко всему.
Я кивнула. Внутри снова поднимался страх.
Но теперь рядом с ним было что-то ещё.
Шанс.
— Где вы будете после? — спросил он.
— Я буду у маминой подруги - тети Лены. Там Максим не будет меня искать.
— Тогда вам нужно продержаться до восьми, — он взглянул на часы. — Сейчас… три сорок.
Четыре часа. Всего четыре часа.
Или целая вечность.
Он проводил меня до палаты.
Перед дверью остановился.
— Постарайтесь вести себя как обычно, — сказал он тихо. — Не привлекайте внимания. И… если передумаете — лучше скажите сразу.
Я покачала головой.
— Я не передумаю.
Он кивнул и незаметно положил мне в руку деньги.
— Тогда… держитесь. Это на такси. У вас же ничего нет. Как вы поедите.
Я вошла в палату. Дверь закрылась.
И снова тишина. Но уже другая.
Не глухая, безнадёжная, а напряжённая, натянутая, как струна.
Я села на кровать.
Сжала руки. До восьми.
Я повторяла это про себя, как заклинание.
Только бы дожить. Только бы он не пришёл раньше.
Только бы…
Я закрыла глаза.
И впервые за всё время не думала о страхе.
Я думала о выходе.
Восемь утра наступило удивительно быстро.
Коридор ожил: шаги, голоса, скрип тележек, хлопанье дверей. Всё смешалось в один шум — тот самый, о котором говорил врач.Пересменка.Я стояла у двери палаты, сжимая край халата так, что побелели пальцы. Сердце билось где-то в горле.Сейчас.Я открыла дверь.Никто не остановил.Медсестра пронеслась мимо с папками.
Кто-то громко спорил у поста.
Кто-то звал врача.Меня не замечали.Я шла быстро, почти не дыша, стараясь не смотреть по сторонам.
Каждый шаг отдавался в висках.Лифт. Двери.
Первый этаж. Холл. Я остановилась на секунду. Главный вход. Прозрачные двери, за которыми — улица.
Свобода. И страх. Я шагнула вперёд. И вышла. Холодный воздух ударил в лицо так резко, что я на мгновение закрыла глаза. Я стояла на улице. Живая.
Свободная. Руки дрожали. Я обернулась — вдруг он появится сейчас, вдруг окликнет, вдруг…
Никого.Только утро. Люди. Машины.Я сделала несколько шагов вперёд, потом ещё — и вдруг поняла, что не знаю, куда идти.Телефона нет.
Денег почти нет.
Только страх и одно имя в голове. Лена.Тётя Лена. Я выбежала к дороге, подняла руку. Первая машина проехала мимо.
Вторая — тоже. На третьей я почти крикнула:
— Пожалуйста! Остановитесь!
Жёлтое такси резко притормозило. Я распахнула дверь, почти падая внутрь.
— Куда? — спросил водитель, оборачиваясь.
— На… — я запнулась, пытаясь вспомнить адрес, — на Садовую… дом… двадцать три… пожалуйста, быстрее…
Он посмотрел на меня через зеркало — внимательный взгляд, чуть настороженный.
— Вы в порядке?
— Просто… поехали, — выдохнула я. Машина тронулась. Город проплывал за окном, но я почти не видела его. Руки всё ещё дрожали. Губы пересохли. Каждый светофор казался вечностью.
Каждая остановка — угрозой.Я всё время оборачивалась.А если он уже знает?
Если ищет?
Если…
— Девушка, вы точно в порядке? — снова спросил водитель.
Я кивнула.
— Да… просто… плохо себя чувствую.
Он ничего не сказал больше.Когда машина остановилась, я не сразу поняла, что мы приехали.
— С вас… — начал водитель.Я растерянно полезла в карман. Деньги. Мятые, те, что дал мне врач. Я протянула их.
— Этого хватит?..Он посмотрел, взял, кивнул.
— Берегите себя.
Я выскочила из машины.Подъезд был тот же. Знакомый. Но сейчас он казался другим — как будто я пришла сюда не в гости, а… спасаться. Я нажала на звонок. Раз. Два. Хоть бы она была дома. Три.
Шаги за дверью. Щелчок замка. Дверь открылась. Лена стояла на пороге — в домашнем, с распущенными волосами, с кружкой в руке. И замерла.
— Аня?
Её взгляд прошёлся по мне — по лицу, по одежде, по рукам.Кружка дрогнула в её пальцах.
— Господи… — выдохнула она. — Что с тобой?
Я стояла, не в силах сказать ни слова.И только сейчас поняла, насколько я устала.Насколько мне страшно.
— Лена… — голос сорвался. — Можно… я у тебя побуду?
Она даже не дослушала.
— Заходи, — резко сказала она, отступая в сторону.
— Быстро.Я вошла.Дверь захлопнулась за моей спиной.И в этот момент, впервые за всё время, я почувствовала, что, возможно, я действительно спаслась.
Но, глядя на лицо Лены — бледное, напряжённое, я поняла:это только начало.
Продолжение следует.
https://dzen.ru/a/ac54-_YJtA_zpCzU