Глава 1. «НИКОМУ»
Слово «никому» он произнёс так, что брызги слюны долетели до её лица. Ирина почувствовала их на щеке, но вытирать не стала. Пусть летят, пусть злится, у неё больше нет времени на это.
— Ты слышишь меня? — его голос сорвался на визг. — Никому! Ты не нужна никому! Без меня ты ноль! Ноль, Ира, понимаешь?
Она понимала. Она слышала это уже столько раз, что могла бы повторить наизусть, как старую песню, которую включают на повторе. Сначала он кричал по-другому. Лет пять назад с надрывом, с надеждой, что она заплачет и попросит прощения. Потом с усталой злобой, как делают прививку: больно, но быстро. А сейчас с каким-то отчаянием. Как будто он сам перестал верить в то, что говорит, но остановиться уже не мог.
Ирина стояла у шкафа и складывала вещи. Не всё подряд, только то, что действительно её. Джинсы, которые она купила на свои, со скидкой в «Ашане». Свитер, подаренный мамой три года назад, с тех пор ни разу не надетый, потому что он называл его «бабушкиным». Носки. Документы. Она двигалась медленно, даже как будто лениво, и это его бесило ещё больше.
— Ты что, оглохла?!
— Я слышу, — ответила она, не оборачиваясь.
— И молчишь? Ты всегда молчишь! Всю жизнь молчишь, как рыба! У тебя что, слов нет?
Слова были. Но она давно поняла: если она начнёт их произносить, то уже не остановится. Скажет всё, что копилось годами. И тогда пути назад точно не будет. А она ещё не была готова к этому «точно». Была готова к другому.
В сумку легла папка. Он её не видел: Ирина прикрыла её сверху свитером. В папке лежала выписка из ЕГРИП, договор аренды, подписанный два месяца назад, и три чека на краску, шпаклёвку и новые розетки. Она разглядывала их вчера вечером, когда он смотрел футбол. Пересчитала и улыбнулась. Впервые за долгое время.
— Ты уходишь? — спросил он уже спокойнее, почти буднично. — Куда? К мамке?
Ирина застегнула сумку. Потом подняла голову и посмотрела на него впервые за весь разговор. Его лицо было красным, глаза бегали, левая бровь поднялась выше правой. Она всегда так делалась, когда он терял контроль. Сейчас он боялся. Не её ухода, а того, что останется один.
— Я ухожу, — сказала она. — Не к маме.
Она взяла сумку, ключи с тумбочки в прихожей. Накинула куртку. Он стоял в коридоре, тяжело дыша, и не двигался с места. Она прошла мимо, так близко, что могла бы коснуться его плеча. Не коснулась.
— Ты вернёшься, — бросил он ей в спину. — Через неделю приползёшь. У тебя никого нет.
Дверь закрылась. Она слышала, как он что-то крикнул уже изнутри, но слов не разобрала. Да и не хотела.
Лифт спускался медленно. Ирина смотрела на своё отражение в зеркальной стенке: бледное лицо, тёмные волосы, которые она сегодня не собрала в привычный пучок. Они падали на плечи, путались, и это почему-то было самым важным сейчас: она не заколола волосы. Он не любил, когда она ходила с распущенными, говорил: «ты же не девочка». А она сейчас подумала: а почему, собственно, нет?
На улице моросил дождь. Она подняла воротник и достала телефон. Такси приехало через три минуты.
— Куда едем? — спросил водитель, когда она села на заднее сиденье.
Ирина назвала адрес. Не тот, где жила её мать в панельной пятиэтажке. Не тот, где Лена, бывшая одноклассница, предлагала пожить «сколько надо». Адрес, который она выучила наизусть два месяца назад, когда впервые переступила порог того помещения.
Водитель кивнул и тронулся.
Она смотрела в окно. Фонари размазывались в мокром стекле, город плыл мимо. В голове крутился только один адрес, одна комната, одно начало.
Глава 2. «НАЧАЛО»
Такси остановилось у серой пятиэтажки. Ирина расплатилась, вышла. Дверь в помещение открывалась с трудом, как и в тот первый раз. Она открыла дверь и вошла.
Замок щёлкнул.
Внутри пахло пылью, сыростью и ещё чем-то неуловимым, может быть, свободой. Она включила свет. Обои в цветочек, кактус на подоконнике, батарея холодная. Пол всё такой же, тёплого цвета.
Ирина опустила сумку на пол. Потом села на корточки, прислонилась спиной к стене и закрыла глаза.
Слёзы пришли не сразу. Сначала ком в горле, тугой, как затянутый узел. Потом дрожь в пальцах, которую она не могла остановить. А потом они потекли, горячие и солёные, и она даже не пыталась их вытирать. Пусть текут. Здесь никто не скажет, что плакать стыдно. Здесь никто не скажет, что она никто.
Она сидела так, наверное, с полчаса. Потом встала, прошлась по комнате. Окно выходило на улицу. Свет фонаря падал на мокрый асфальт. Тишина.
Ирина подошла к стене, провела пальцами по обоям. Цветы, бледно-розовые, с зелёными листьями. Она представила, как это всё будет содрано, как стены станут гладкими и белыми. Как появится светильник, стол, ноутбук. Как она сядет за этот стол и начнёт работать.
Она уже знала, что будет делать. Студия дизайна интерьеров. Небольшая, на первых порах она сама со всем справится. Проекты для тех, у кого нет денег на дорогих специалистов, но есть вкус и желание. Она делала это раньше, для знакомых, бесплатно. Они хвалили, но она не верила. А теперь верила. Или заставляла себя верить.
Телефон пиликнул. Сообщение от Лены: «Ир, ты где? Мать твоя звонила, волнуется. Я сказала, что ты у меня. Не спали меня».
Ирина улыбнулась. Набрала: «Всё хорошо. Завтра расскажу».
Лена ответила смайликом и вопросом: «Деньги есть?»
Ирина открыла банковское приложение. Остаток двадцать восемь тысяч. Хватит на два месяца аренды, если не есть. Но она будет есть. Как-нибудь.
Она написала: «Есть».
Лена: «Дура. Но я люблю тебя. Завтра позвоню, у меня есть для тебя клиент».
Ирина посмотрела на экран. Клиент. Первый. Настоящий.
Она не спала почти до утра. Сидела на полу, прислонившись спиной к стене, и смотрела, как меняется свет за окном. Как гаснут фонари, как небо из чёрного становится синим, потом серым, потом розовым. Как начинается новый день.
В какой-то момент она достала из сумки папку. Выписка из ЕГРИП. Там было написано: «Индивидуальный предприниматель Ирина Сергеевна Власова». Дата регистрации: 15 сентября. За два месяца до того, как она сказала ему правду.
Она смотрела на эти буквы и чувствовала, как внутри неё, где-то глубоко, расправляется что-то, что было свёрнуто годами. Как растение, которое полили после засухи. Медленно, почти незаметно, но необратимо.
Утром она умылась холодной водой из-под крана, причесалась, надела чистую футболку и джинсы. Посмотрела в маленькое зеркало, которое висело на гвозде. Оттуда смотрела женщина с тёмными волосами, распущенными по плечам. Без пучка. Без его взгляда. Без его слов.
— Ты никому не нужна, — повторила она вслух, и голос прозвучал глухо, как будто говорил кто-то другой.
Она усмехнулась. Взяла сумку, папку, ключи. Выходя, обернулась. Комната в сером утреннем свете казалась больше, чем вчера. Или это ей так казалось.
Дверь захлопнулась. Дождь кончился, асфальт блестел, с деревьев падали крупные капли. Она глубоко вдохнула и пошла к остановке.
Клиент ждал её в кофейне на проспекте. Мужчина лет шестидесяти, в свитере, с седыми волосами, зачёсанными назад. Он пил чёрный кофе и читал газету, настоящую, бумажную, что было странно и почему-то успокаивало.
— Ирина? — он поднял голову, когда она подошла. — Андрей Викторович. Присаживайтесь.
Она села. Заказала воду, потому что на кофе не хватало. Он, кажется, понял, но не подал виду.
— Лена говорила, вы занимаетесь дизайном.
— Да, — сказала она. — У меня небольшой опыт, но…
— Покажите.
Она достала телефон, открыла папку с фотографиями. Те самые проекты: кухня подруги, прихожая соседки, детская для знакомой из соцсетей. Она делала их бесплатно, на энтузиазме, в перерывах между готовкой ужина и проверкой уроков племянницы. Фотографии были любительскими, но она старалась.
Андрей Викторович листал молча. Потом отложил телефон и посмотрел на неё внимательно.
— У вас есть вкус, — сказал он. — Это или есть, или нет. У вас есть.
Она не знала, что ответить. Слова застряли в горле.
— У меня квартира в новостройке, — продолжал он. — Двушка, сорок пять метров. Нужно сделать так, чтобы там было удобно, светло и не стыдно показать гостям. Бюджет двести тысяч. Справитесь?
Она кивнула. Слишком быстро, слишком резко.
— Я дам предоплату, — он достал конверт из внутреннего кармана куртки. — Тридцать тысяч, аванс. Остальное после утверждения проекта. Договорились?
Ирина взяла конверт. Пальцы чуть дрожали, но она заставила себя улыбнуться.
— Договорились.
— Вот и хорошо, — он допил кофе и встал. — Жду эскизы через две недели. Не подведите.
Он вышел, и она осталась сидеть, глядя на конверт в руках. Там было тридцать тысяч. Это три месяца аренды. Это краска для стен. Это ноутбук, который она купит с рук, потому что на новый не хватит. Это начало.
Она открыла конверт, пересчитала. Тридцать. Ровно. Она сложила деньги обратно, убрала в сумку, рядом с папкой. Выпила воду, поднялась.
На улице светило солнце. Ветер сдувал с деревьев последние листья, они кружились и падали ей под ноги. Ирина шла по проспекту, и ей казалось, что всё вокруг стало ярче, чётче, как после долгой болезни, когда мир наконец перестаёт расплываться.
Телефон пиликнул. Она достала, посмотрела. Номер незнакомый, но она сразу поняла кто это.
«Я ошибся. Прости. Вернись».
Она смотрела на экран, на эти четыре слова, и чувствовала, как внутри что-то замирает, а потом отпускает. Как будто последний узел, который держал её там, развязался сам собой.
Она убрала телефон в карман и пошла дальше. Не ответила. Не обернулась.
Вечером она вернулась в свое помещение. Включила свет, достала из сумки конверт, папку. Положила всё на подоконник, рядом с засохшим кактусом. Потом достала телефон, открыла приложение с заметками и начала писать список.
Краска. Шпаклёвка. Валики. Розетки. Светильник. Стол. Стул.
Она писала и представляла, как это всё будет выглядеть. Стены белые, свет тёплый, стол у окна. На столе ноутбук, блокнот, ручка. И цветы. Живые.
Она дописала список, перечитала. Потом открыла чат с Леной.
— Первый клиент. Предоплата получена. Завтра начинаю ремонт.
Лена ответила через минуту: «Я знала. Ты молодец. А он?»
Ирина поняла, о ком речь. Написала: «Написал. Не ответила».
Лена: «Правильно. Ира, ты теперь не та. Ты теперь предприниматель».
Ирина усмехнулась. Предприниматель. Звучало страшно и здорово одновременно.
Она выключила свет, легла на пол, подстелив куртку. За окном горели фонари, в комнате было прохладно, но она не мёрзла. Или просто не замечала.
Перед тем как закрыть глаза, она посмотрела на подоконник. Там лежал конверт. Там лежала папка. Там стоял засохший кактус, свидетель её первого визита сюда. Завтра она его выбросит. И купит новый. Живой.
Она закрыла глаза. И впервые за много лет уснула без страха, что утром придётся просыпаться в чужой жизни. Если хотите продолжение, подпишитесь на канал.