Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

✏️ Микровзрывы внутри нас

Записки главного врача Американские физики сконструировали камеру. Не обычную, а бронированную. Полностью изолированную. Площадь — 1,8 квадратных метра. Чтобы добиться абсолютной защиты от проникновения атмосферной радиоактивности, потребовалось 60 тонн стали. Толщина стен — 20 сантиметров. В эту камеру ложился человек. Здоровый. Без одежды. Завёрнутый в специальную ткань. Рядом с ним — кристалл йодистого калия диаметром 20 сантиметров, заключённый в стальную кассету. Этот кристалл обладает уникальным свойством: он вспыхивает каждый раз, когда на него попадает радиоактивная частица. В полной темноте специальные фотомультипликационные механизмы регистрировали эти вспышки. И то, что они увидели, перевернуло представление о том, кто мы есть. Каждую секунду — 26 микровзрывов в каждой клетке Эксперимент повторяли многократно, на разных людях. Результат оказался неизменным: человеческое тело — источник постоянной, измеримой, стабильной радиоактивности. Счётчики фиксировали частицы, из

✏️ Микровзрывы внутри нас

Записки главного врача

Американские физики сконструировали камеру. Не обычную, а бронированную. Полностью изолированную. Площадь — 1,8 квадратных метра. Чтобы добиться абсолютной защиты от проникновения атмосферной радиоактивности, потребовалось 60 тонн стали. Толщина стен — 20 сантиметров.

В эту камеру ложился человек. Здоровый. Без одежды. Завёрнутый в специальную ткань.

Рядом с ним — кристалл йодистого калия диаметром 20 сантиметров, заключённый в стальную кассету. Этот кристалл обладает уникальным свойством: он вспыхивает каждый раз, когда на него попадает радиоактивная частица. В полной темноте специальные фотомультипликационные механизмы регистрировали эти вспышки.

И то, что они увидели, перевернуло представление о том, кто мы есть.

Каждую секунду — 26 микровзрывов в каждой клетке

Эксперимент повторяли многократно, на разных людях. Результат оказался неизменным: человеческое тело — источник постоянной, измеримой, стабильной радиоактивности.

Счётчики фиксировали частицы, излучаемые каждым участком тела, каждым органом, каждой тканью. Математика проста: в каждой клетке каждую секунду происходит 26 микровзрывов. Умножьте на количество клеток — получите миллиарды взрывов ежеминутно.

Физики зафиксировали факт. Но вопрос остался открытым: где находится склад этих биологических микробомб?

Митохондрии: фабрики взрывов

Мембраны клеток — место активности ферментов. Их взрывчатая активность — биологический феномен. Но есть и другая, предвзрывчатая система. Мириады складов микробомб, прикреплённых к митохондриям.

Каждая митохондрия — метаболический внутриклеточный аппарат чрезвычайной важности. Их число во много раз превышает количество клеток в организме. Они расположены вокруг клеточного ядра, имеют тонкую структуру — гранулы или палочки.

И они обладают энзиматической способностью к взрыву.

Митохондрии — основное, если не единственное, средоточие процессов окисления в клетке. Клетка дышит при помощи митохондрий. Это фундаментальный факт, который мы знаем из учебников. Но что, если за этим дыханием скрывается нечто большее?

Две радиоактивности: разрушительная и животворящая

Эксперимент позволяет выдвинуть гипотезы, которые заставляют иначе взглянуть на природу жизни.

Радиоактивность в организме человека — «прирученная». Дезинтоксицированная. Специально ориентированная. Хорошо адаптированная к потребностям жизни. Она является первостепенным источником жизненной энергии.

Животворящая животная радиоактивность отличается от разрушительной радиоактивности, которая умерщвляет количественно и качественно.

Мы привыкли бояться слова «радиоактивность». Но эксперимент говорит о другом: в нас течёт не та радиоактивность, что убивает. А та, что позволяет жить. Гореть. Дышать.

Что это значит для медицины?

Ядерная физика теперь призвана измерить ритм атомных микровзрывов в каждом участке человеческого тела, в каждом органе, в каждой ткани, каждой клетке.

Мы привыкли лечить органы. Но, возможно, пора лечить ритм. Потому что болезнь — это сбой ритма микровзрывов. Усталость — когда митохондрии перестают взрываться с нужной частотой. Воспаление — когда взрывы становятся хаотичными, неподконтрольными.

Человек — не сумма молекул. Человек — это миллиарды согласованных взрывов, происходящих каждую минуту. И пока мы не научимся слушать этот ритм, настоящего здоровья не будет.

Ваш доктор Погорелый