Мало кто знает, что броневой корпус нашего сегодняшнего героя в лице M3A1 производила компания Diebold Lock and Safe – та самая, что делала банковские сейфы.
По итогу американская армия получила разведчика с броней, которой банкиры доверяли свои баснословные состояния. Как понимаете, в капиталистических Штатах это самый высший уровень признания.
Но ровно в то же время эта бронемашина настолько сильно не полюбилась американцам, что с огромной радостью была отправлена на помощь союзникам в СССР.
Советские же бойцы, наоборот, нашли в этом броневике такое… что заставило местных инженеров скопировать американскую разработку и на её основе выпустить легендарный БТР-40, которая впоследствии разлетится по всему миру более чем десятком тысяч единиц.
Так чего же такого спихнули нам американцы, почему их разработка так не понравилась ребятам за океаном и так сильно полюбилась нам? Давайте скорее разбираться.
Начнем с того, что в начале 1930-х американская кавалерия ой как сильно захотела быстрый бронированный разведчик захотела по весьма объективным причинам.
По итогу получилось следующее: White Motor Company взяла коммерческое грузовое шасси и навесила на него броневые листы, корпус делала вышеупомянутая мною Diebold Lock and Safe, производитель банковских сейфов. Это была буквально одна и та же сталь, которую делали одни и те же люди.
Всего за каких-то пять лет производства, начиная с 1939 по 1944 год, с конвейера сошло около 21 000 единиц M3A1.
Да, машина без всякого преувеличения выглядела внушительно, но военные с первых же учений нашли в ней весьма любопытный конструктивный парадокс - Scout Car был слишком велик для разведчика и в тоже время уж очень слишком уязвим для настоящего боя. И как раз в это время случилась та самая Северная Африка, и в этом гиблом месте «Скаут» как раз попадал под раздачу, так сказать, пройдя настоящие испытания…
В Северной Африке и на Сицилии M3A1 работал как разведчик и командирская машина. Быстрый и надежный на шоссе – здесь все более чем достойно, но вот открытый верх и слабая проходимость вне дорог стали для него самым настоящим приговором! Именно по этой довольно банальной причине к 1943 году большинство американских частей перевооружились на M8 Greyhound.
Паттон взял себе командирский вариант с дополнительной броней – остальным же достался Greyhound…
Для американцев M3A1 остался «вторым сортом» – официально признанной неудачей, выдавленной с линии передовой к обозам и тылам. Паттон, забрав себе лучший командирский экземпляр с усиленной броней, словно подтвердил: «Скаут» – это не главный боец, а инструмент, который стоит сохранить только для самого полководца, катящегося далеко в тылах, а уж точно не для рядовой дивизии.
В это же время именно M8 Greyhound, с более мощным вооружением, защищенной башней и лучше приспособленный к атаке, становился «лицом» американской разведки. Вместо того чтобы дорабатывать M3A1, армия предпочла списать его из основных частей и раздать союзникам – тем, у кого даже эта «вторая сортность» была ценным богатством. Именно так, спихнутый с радостью как ненужный багаж, он отправился в рейс, который РККА давным-давно ждала…
Радостные лица советских бойцов на фото ниже не дадут соврать.
По ленд-лизу союзникам выделили 11 401 единицу M3A1: 6 987 – британцам, 3 310 – СССР, а оставшаяся сотня ушла Китаю. Три тысячи триста десять бронированных машин загрузили в трюмы и отправили на Восток – туда, где у Красной армии не было вообще ничего подобного.
Советский разведчик, впервые садясь в «Скаут», обнаруживал сразу три вещи, которых в РККА прежде не существовало в принципе:
- Стальной противоокопный ролик на носу позволял перекатываться через ров шириной около 45 см и брать ступени высотой около 30 см.
- По периметру боевого отделения шёл skate rail – пулемётные турели скользили по нему вокруг всей машины.
- И что самое важное – каждая машина несла рацию SCR-506, SCR-508 или SCR-510 с антенным основанием в центре кормы.
Не мудрено, что командиры уровня, взять того же Ротмистрова, руководили наступлением прямо с того самого «Скаута». К концу ВОВ по числу единиц среди бронетехники, поставленной в СССР, M3A1 уступал только танку M4A2 Sherman. Машина прижилась. Прижилась ой как надолго.
После окончания Второй мировой все союзники избавлялись от M3A1. Советские же «Скауты» задержались на службе вплоть до 1947 года.
В том же 1947-м на Горьковском автозаводе тихо появилось засекреченное конструкторское бюро, в котором началась разработка «проекта 141» – будущего БТР-40.
Для советских инженеров M3A1 не был просто «экзотикой с ленд-лиза», а живым учебным полигоном, который ежедневно показывал, что удаётся в разведке, а что скатывается в смертельную уязвимость. Они видели, как открытый верх лишает бойцов защиты от огня сверху, как относительно тонкая броня даёт лёгкую победу для ручного оружия, а нехватка места ограничивает боеспособность взвода.
В 1947 году, когда последние «Скауты» ещё стояли в войсковой бригаде, а их изношенные шасси всё ещё возили командиров по фронтам, конструкторы ОКБ ГАЗа уже держали в руках полный «отчёт о боевых уроках» – машина, от которой отказались сами создатели, стала не спорным сувениром, а официальным прототипом будущего БТР-40.
А вот уже и наш БТР, как говорится – найдите три отличия:
В 1947 году конструкторы ОКБ ГАЗа под руководством легендарного Дедкова официально взяли M3A1 Scout за основу и начали «проект 141». Слепой копии не получилось, да никто и не ставил такой задачи.
По итогу лобовые и верхние бронеплиты были поставлены под большим углом наклона, а знаменитый носовой ролик убрали, заменив его более практичной лебёдкой. Корпус сделали несущим.
Таким образом концепция осталась американской – машина же стала советской. Разработка шла примерно с 1947 по 1950 год, а уже с 1950 по 1960-й было выпущено около 8 500 единиц БТР-40, принятых на вооружение десятками государств!
Так что машина, которую американцы признали устаревшей в середине Второй мировой, стала официальной основой первого серийного советского бронетранспортера, после чего разошлась по всему миру словно горячие пирожки.
Грубо говоря, боевой опыт с ленд-лизовскими M3A1 дал конструкторам ГАЗа точный список требований: проходимость, бронезащита, вместимость на 8–10 человек, а это были именно те параметры, которых «Скауту» катастрофически не хватало. По итогу американская неудача оказалась советским успехом. Люблю, когда так. Ставьте палец вверх, если вы тоже.
Не забывайте подписаться на канал, чтобы не пропустить выхода моих свежих материалов.
До скорого, друзья!