Машину я купила ровно два месяца назад. В кредит, белый седан. Парковочных мест в нашем дворе девятиэтажки вечно не хватает. Я возвращаюсь со смен после десяти вечера. Паркуюсь аккуратно, зеркала складываю. Стараюсь ставить на углу, где широкий тротуар переходит в газон. Там асфальтированный «аппендикс», до подъезда колясочникам метра четыре чистого хода.
В среду утром я вышла к машине. Шел мерзкий ноябрьский дождь.
Обошла капот, чтобы протереть фары. И застыла с салфеткой в руке.
От середины передней пассажирской двери до самого заднего крыла тянулась глубокая, широкая борозда, сорвавшая краску до металла. Будто кто-то с силой протащил железный гвоздь.
На мокром лобовом стекле лежала куча грязных, размокших влажных салфеток вперемешку с каким-то мусором из-под детских конфет. Под дворник была воткнута пустая пластиковая бутылка из-под сока.
Меня не просто притерли. Машину изуродовали целенаправленно. За ремонт одной только двери в автосервисе придется выложить тысяч сорок. А крыло — еще пятнадцать.
Я достала телефон, зафиксировала весь этот натюрморт на видео. Затем села в ледяной салон, завела двигатель. У меня стоял отличный корейский регистратор, который снимает и пишет движение вокруг машины все 24 часа. Я подключила его к планшету. Отмотала записи до восьми утра.
На экране было прекрасно видно наш подъезд.
Восемь часов пятнадцать минут. Из дверей выходит моя соседка со второго этажа. Надя.
Она катила впереди себя огромную двойную коляску с большими железными колесами на широкой раме. Я стояла ровно, никому не мешая.
Но Надя почему-то решила не обходить меня по пустому трехметровому тротуару слева. Она специально свернула вправо, прямо к моей припаркованной пассажирской двери.
В узкую щель между моей машиной и краем бордюра ее танк физически не проходил. Надя это понимала. Она просто стиснула зубы и с диким упорством поперла эту коляску напролом. Металлическая рама с оглушительным скрежетом, который идеально записал микрофон моего регистратора, вгрызлась в краску седана. Наде понадобилось три сильных толчка телом, чтобы продрать колесом бочину от начала до конца, заклинивая коляску между металлом и камнем.
Потом она остановилась. Достала из поддона коляски использованные детские салфетки и мусор. С силой швырнула всё это мне на лобовое. И гордо покатила гулять дальше по асфальту.
Я выключила планшет. Ни слез, ни дрожи в руках у меня не было.
Я поехала прямиком в отдел полиции, на парковку автоэкспертизы для получения первичной справки. Оформили протокол осмотра, посчитали предварительный ущерб — пятьдесят восемь тысяч рублей. Там же я написала заявление на соседку Надежду об умышленной порче имущества. Приложила диск с выгруженной записью регистратора, на котором лицо этой дворовой героини читалось лучше, чем на ее фото в паспорте. Умысла «случайности» у Нади не вышло: три сильных рывка вперед-назад коляской мимо открытой дороги — это уже хулиганка с отягчающими.
Я не ходила по соседям и не вылавливала ее на детской площадке с криками «Ты мне поцарапала крыло!». Разбираться с сумасшедшими женщинами на улице мне не по статусу и не по нервам.
Надя до последнего жила спокойно.
Участковый пришел к ней домой только через десять дней. Вручил официальную повестку для дачи объяснений по заявлению. Как мне потом передала консьержка (и участковый усмехался при звонке мне), муж Нади открыл дверь и был в абсолютном шоке от показанного видео на планшете сотрудника. Надя рыдала в коридоре, прикрываясь «гормонами», грудничком в комнате и тем, что моя белая железяка «вечно мешала ее прогулочным маршрутам». Орала про статус матери-героини и свои дворовые приоритеты.
Чуда с бесплатной отменой вины не произошло. Я довела иск до суда на компенсацию. Имущественный ущерб пришлось покрывать ее мужу в полном объеме по исполнительному производству. Шестьдесят тысяч (ущерб плюс госпошлина) слетели с их семейного счета ровно перед отпуском мужа в декабре.
После ремонта мою пассажирскую дверь на том самом аппендиксе двора больше не трогает ни один прохожий. Коляска Надежды обходит мою решетку радиатора ровно в полутора метрах по пустому, идеальному тротуару слева. А мы с регистратором молчаливо и ровно следим за правилами дворового приличия сквозь лобовое стекло.
Вот так надо ставить на место хабалистых соседей! Без криков и нервов. Только закон. Только хардкор!!!
💖Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые отзывы и рассказы