Давно я увлекаюсь темой Атлантиды (лет этак двадцать - это точно). Поначалу я считал, что Атлантида - это некий потерянный рай, который необходимо вернуть. Пятнадцать лет назад порывался писать роман про Атлантиду, но так и не срослось (дальше двух глав дело так и не пошло). Кстати, я собираюсь все же дописать его. Так, вот, потом мои знания про Атлантиду поменялись. Из прекрасного потерянного края с идеальными существами, Атлантида превратилась в рассадник порока. Нынче же у меня все перемешалось. Очень много мнений, теорий, книг и статей про эту мифическую страну древности. Но я уверен Атлантида существовала. Но не так, как ее сейчас показывают с уже выработанным шаблоном. Не зря же один из океанов называется Атлантическим.
Кстати, давно, лет так 12 назад создал даже группу в ВК - ОТРАЖЕНИЕ АТЛАНТИДЫ, где искал те самые следы в культуре и искусстве: в кино, мультипликации, компьютерных играх, книгах, современной (и не очень) архитектуре и т.д. и т.п.
Так вот, давно я слышал (прочитал где-то) про то, что Толкиену долго снился сон про крушение Атлантиды. Ну и почитав Сильмариллион, подтвердил свою догадку про атлантский след в творчестве Толкиена.
Итак, вот, непосредственно статья (уж простите, но тут не обошлось без нейронки)
Отражение Атлантиды в творчестве Толкиена
Миф об Атлантиде — древней цивилизации, поглощенной пучиной моря, — на протяжении тысячелетий волновал воображение писателей, философов и поэтов. Но, пожалуй, никто не вплел этот архетипический образ в ткань своего творчества так глубоко и личностно, как Джон Рональд Руэл Толкин. Для автора «Властелина колец» легенда об Атлантиде была не просто литературным мотивом, а навязчивой идеей, «комплексом», выросшим из детских кошмаров и нашедшим свое полное воплощение в истории падения Нуменора — величайшей цивилизации людей Средиземья .
«Синдром Атлантиды»: личный миф Толкина
В одном из писем Толкин сделал поразительное признание: на протяжении многих лет его преследовал повторяющийся сон — «громадная, неотвратимая волна надвигалась из Моря или накатывала на землю, порою погружённую во тьму, порою зелёную и солнечную» . Этот кошмар, который писатель называл своим «синдромом Атлантиды», неотступно следовал за ним с детства .
Знаменательно, что мучительные сновидения прекратились только после того, как Толкин создал «Низвержение Нуменора» — историю о гибели островного королевства. «Кажется, этот сон перестал мне сниться с тех пор, как я написал “Низвержение Нуменора” как последнюю из легенд Первой и Второй эпох», — признавался писатель . Это свидетельство подчеркивает глубину личной вовлеченности Толкина в миф об Атлантиде: творчество стало для него способом психологического освобождения, превращения навязчивого страха в осмысленное художественное высказывание.
Нуменор: Атлантида, обретшая имя
В легендариуме Толкина Атлантида обрела конкретные очертания под именем Нуменор (в переводе с квенья — «Земля Запада») . Это был огромный остров в форме пятиконечной звезды, подаренный Валар (божественными хранителями мира) людям Эдайн за их участие в войне против темного властелина Моргота .
Сама языковая игра, связанная с названием, демонстрирует намерение Толкина создать аллюзию на платоновский миф. В одном из писем писатель с удовлетворением отмечал, что, работая над эльфийскими языками, он обнаружил: корень «talat-» в квенья означает «падать, низвергаться». Так появилось имя Аталантэ (Atalantë) — «Падшая», которое нуменорцы дали своему острову после катастрофы . Как подчеркивает исследователь Ф. Митчелл, это было не случайное совпадение, а «результат размышлений о природе человеческого зла и гордыни», органично вписавшийся в творческий метод писателя .
От расцвета к падению: история цивилизации
История Нуменора, подробно изложенная в «Акаллабет» (четвертой части «Сильмариллиона»), представляет собой развернутую драму искушения, гордыни и возмездия. В начале Второй эпохи нуменорцы — благородный народ, одаренный долголетием (до 200–300 лет жизни) и мудростью . Они достигают небывалого могущества, становятся искусными мореходами и приносят цивилизацию народам Средиземья .
Однако подобно Атлантиде Платона, Нуменор, достигнув вершины могущества, начинает клониться к упадку. Главным искушением становится зависть к бессмертию эльфов и запрет Валар, которые запретили нуменорцам плавать на запад, к Бессмертным Землям . Как отмечает португальская исследовательница Мария ду Росариу Монтейру, «равновесие между божественными и человеческими планами бытия было нарушено» .
Соблазн бессмертия постепенно развращает великий народ. Короли Нуменора начинают роптать против своей участи, пренебрегают традициями почитания Единого Бога Эру Илуватара, а затем и вовсе впадают в открытое язычество, поклоняясь темному властелину Саурону, который, попав в плен к нуменорцам, сумел развратить их сердца .
Катастрофа: когда миф обретает форму
Кульминацией истории становится акт величайшего безумия и гордыни. Последний король Нуменора, Ар-Фаразон, под влиянием Саурона собирает несметный флот и отплывает к берегам Валинора, чтобы силой отнять у Валар бессмертие .
Ответом на это святотатство становится прямое вмешательство Эру Илуватара, Верховного Бога. В тот момент, когда воины Ар-Фаразона ступают на берег Бессмертных Земель, мир претерпевает катастрофическое изменение: Валинор изымается из кругов мира, а Нуменор проваливается в пучину . Толкин следует здесь платоновской версии гибели Атлантиды, описывая, как «огромная волна вздымается к небу и неотвратимо надвигается, накрывая собой деревья и зелёные поля» .
Спасаются лишь немногие — Верные (Элендили), которые сохранили верность Валар. Возглавляемые Элендилем, они бегут в Средиземье, где основывают королевства Арнор и Гондор — последние осколки былого величия .
Многообразие источников: от Платона до Библии
Хотя платоновский миф об Атлантиде служит основной структурой для истории Нуменора, Толкин обогатил его множеством других культурных и литературных источников. Исследователи отмечают параллели с библейскими сюжетами — падением человека и разрушением Содома и Гоморры . В письмах Толкин называет Нуменорскую катастрофу «вторым падением людей», проводя прямую аналогию с грехопадением Адама и Евы .
Кроме того, Толкин наделил культуру нуменорцев чертами, напоминающими великие цивилизации древности. Историк Крис Снайдер, автор книги «The Making of Middle-earth», проводит параллели между нуменорцами и римлянами, которые принесли цивилизацию «варварским» народам Европы, а также отмечает влияние египетской и финикийской культур . Адûнаик — язык Нуменора — был намеренно смоделирован Толкином по образцу семитских языков, что придало культуре острова дополнительную историческую глубину .
Важным литературным контекстом стало и обсуждение темы Атлантиды с близким другом Толкина — Клайвом Стейплзом Льюисом. В 1936 году, когда Толкин работал над рукописью «Утраченного пути» (The Lost Road) — одним из ранних вариантов нуменорской легенды, — эта тема активно обсуждалась в их кружке . Льюис, вдохновленный этими беседами, включил отсылки к Нуменору (под названием Нуминор) в свои произведения .
Философский смысл: миф как размышление о судьбе цивилизации
Для Толкина обращение к мифу об Атлантиде было не просто данью литературной традиции. Как отмечает Ф. Митчелл, писатель использовал мифотворчество, чтобы ответить на глубинный вопрос: «почему и как цивилизация движется от великого культурного расцвета к тирании и финальной катастрофе» .
Нуменор в этом контексте становится универсальной моделью любого великого государства, которое, достигнув вершины могущества, утрачивает духовные ориентиры. Запрет Валар, который нуменорцы воспринимают как несправедливое ограничение, символизирует те моральные границы, нарушение которых неизбежно ведет к саморазрушению. Саурон выступает здесь как искуситель, который использует самые благородные устремления (стремление к бессмертию, к преодолению человеческих границ) для развращения душ.
Гибель Нуменора — это не просто физическая катастрофа, но и метафорическая смерть великой цивилизации, променявшей смирение и верность на гордыню и бунт. Вместе с тем, как подчеркивает исследовательница Мария ду Росариу Монтейру, в толкиновской интерпретации миф об Атлантиде обретает новое измерение: погибший Нуменор остается в памяти выживших как «земля обетованная, порождающая вечную тоску по утраченному» .
Заключение
Отражение Атлантиды в творчестве Толкиена представляет собой уникальный случай творческого переосмысления классического мифа. Нуменор — это не просто аллюзия и не механическое заимствование. Это глубоко личная, выстраданная интерпретация, вобравшая в себя детские кошмары писателя, его филологическую эрудицию, философские размышления о природе власти и морали, а также мастерское владение инструментарием мифотворчества.
Создав историю Падения Нуменора, Толкин не только избавился от мучившего его «синдрома Атлантиды», но и обогатил мировую культуру новым, мощным вариантом древнего мифа — вариантом, который продолжает вдохновлять читателей и исследователей, напоминая о том, что вечные вопросы о гордыне, искушении и границах человеческого могущества не теряют своей актуальности на протяжении тысячелетий.